18.9.3. После 4 марта 2012 г.
18.9.3. После 4 марта 2012 г.
По официальным данным за Жириновского проголосовали 4 458 103 человек (6,22 % голосов), за Зюганова – 12 318 353 (17,18 %), за Миронова -2 754 935 (3,85 %), за Прохорова – 5 722 508 (7,98 %), за Путина – 45 602 075 (63,6 %) при явке 65,3 %.
Несмотря на обещанные Путиным честные выборы процесс голосования сопровождался значительными фальсификациями.
Кандидат от КПРФ Г.А. Зюганов на своей пресс-конференции после выборов вечером 4 марта заявил: «У нас была редкая возможность обсудить все стоящие перед Россией проблемы перед очередными президентскими выборами. Тем более что в яму кризиса, который охватил всю планету, наша страна провалилась глубже всех.
Мы предложили создать Правительство народного доверия и выработать левоцентристский курс, который помог России после дефолта в 1998 году выбраться из глубочайшей ямы. Но от обсуждения этих мер Путин отказался.
Вместо этого почти полтора месяца нам показывали веб-камеры, отвлекая внимание граждан. Я как кандидат в президенты не могу признать выборы ни честными, ни справедливыми, ни достойными…
Честные выборы предполагают, что огромная государственная машина работает на строгое соблюдение закона: чтобы были равные условия для всех участников выборной кампании. В данном случае вся огромная криминальная, насквозь коррумпированная государственная машина работала только на одного кандидата…
Вертикаль криминальной власти продолжает вышибать нужный результат на выборах самыми незаконными средствами. Но выборный ажиотаж в ближайшие дни спадёт, и за всё придётся отвечать, за всё придётся платить…
Никогда не видел такого безобразия, связанного с распространением грязной, циничной печатной продукции, которая была спущена во все регионы. Если в 1996 году Ельцин против меня издавал под эгидой «Коммерсанта» 15-миллионным тиражом лживую газету «Не дай Бог!» в Финляндии, то теперь, начиная от Владивостока и заканчивая Псковом, подобные газеты издаются практически везде. В Самарской области, например, таких выпустили девять. Даже у меня на родине, в Орле, они появились. Если вы эти газеты возьмёте в руки, они даже на ощупь грязные, омерзительные и отвратительные.
И всё это хамство прикрывала правоохранительная система. Если взять выборный процесс, то в стране сложился мафиозный спрут, который включает вертикаль власти, вышибающей результат всеми доступными средствами: в избирательных комиссиях девять из десяти членов – представители «Единой России». Правоохранители в лице полиции и прокуратуры не поймали за руку ни одного издателя грязной литературы, распространявшейся многомиллионными тиражами по всей стране. Но этот спрут должен отвечать перед гражданами, требовавшими честных выборов на многочисленных митингах.
Мы со своей командой готовы и дальше бороться за те идеи, которые выносили на выборы. Мы всё сделаем для того, чтобы процесс шел мирно и демократично, но будем наращивать давление и на улице, и в интеллектуальном плане, и с организационной точки зрения…
Мы не признаём выборы, считаем их нелегитимными, нечестными, непрозрачными. Я не вижу смысла кого-либо поздравлять. Ибо от такого рода выборов проигрывают все без исключения. Проигрывает Россия. Проигрывают трудовые коллективы, проигрывают все народы нашей страны, которых, как военнопленных, передали с рук на руки. Такого рода выборы свидетельствуют о том, что о страну и граждан вытерли ноги, не сообразуясь ни с законом, ни с элементарной порядочностью. Нормальные люди не могут признать эти выборы» [125]!
Собственно невозможность честных выборов уже была ясна и до 4 марта. Хотя официально «замруководителя президентской администрации Вячеслав Володин призвал губернаторов не допускать фальсификаций входе выборов». Но «Владимир Чуров не был отправлен…в отставку; суды не приняли большинство исков о нарушениях, соответственно, подозреваемые в фальсификациях члены избиркомов не понесли наказания (как и не были оправданы). То есть избирательная система, кроме общих слов Путина о честности выборов, получила и другой, конкретный сигнал – ваша работа на думских выборах одобрена и нарушения признаны допустимыми» [126].
Отвечая на вопросы СМИ, первый заместитель Председателя ЦК КПРФ, руководитель Центрального штаба КПРФ по выборам Иван Мельников также резко охарактеризовал выборы как нечестные. Ниже приведены некоторые его высказывания, дополняющие характеристику выборов, данную Зюгановым: «Мы утверждаем: если бы выборы были честными, второй тур оказался бы неизбежным. А они не были ни честными, ни свободными. Даже количество сообщений о нарушениях показывает, что эти выборы прошли грязнее, чем декабрьские выборы в Государственную думу.
Крайне важно понимать, что такие нововведения, как размещение веб-камер на участках, были использованы лишь в качестве отвлекающего маневра: 90 % фальсификаций происходили за рамками поля зрения объективов. Технологи власти верно просчитали, что для «витринной чистоты» выборов достаточно минимизировать грубые ручные вбросы, которые легче фиксируются и вызывают наибольший резонанс.
Однако одновременно были усилены «теневые» механизмы: автобусные «карусели» с голосующими по нескольку раз, игры с открепительными удостоверениями, голосования на дому, командные голосования. Число избирательных бюллетеней в переносных ящиках для голосования составило более шести миллионов! Чтобы понять, много это или мало, достаточно увидеть, что эта цифра соизмерима с совокупным результатом Владимира Жириновского и Сергея Миронова. А мы хорошо понимаем, что эти важные шесть миллионов использовались преимущественно административно в пользу кандидата власти, только за счет этого ему добавилось до 10 %.
Появились также такие новинки избирательного произвола, как голосование на «дополнительных» участках, куда под разными предлогами не пускали представителей оппозиции, и массовое внедрение наблюдателей с фальшивыми удостоверениями – якобы от других кандидатов… По приблизительным оценкам специалистов, за счёт технологий искусственного увеличения числа голосов за кандидата власти его результат вырос не менее чем на 15 %» [126].
Сюда следует прибавить ещё одну важную составляющую: склонение разными способами пенсионеров службой соцзащиты на голосование за Путина. Поскольку это делалось сотрудниками администрации и, скорее всего, в рабочее время, то это являлось нарушением закона.
В конце Мельников привёл положительные моменты «того, что названо выборами.
Первый момент. Для сегодняшнего состояния России твёрдое второе место с результатом более 17 % и с отрывом от других оппонентов на 10 % – это чёткий сигнал о показателе колоссальной и прочной базы поддержки КПРФ и Зюганова. Добавлю также, что даже по версии ЦИК Зюганов в большом числе регионов улучшил результат партии относительно декабрьского, а в 30 субъектах РФ вышел за 20 %. Он набрал практически столько же, сколько набрали в сумме трое оставшихся позади его претендентов.
Второй момент. Важнейшим результатом является также и то, что в ходе кампании мы вынудили Владимира Путина и других кандидатов включиться в обсуждение тех вопросов, которые ставили именно мы: от национализации до пересмотра итогов приватизации. Это вывело партию на новый этап политического противостояния.
Третий момент. Несмотря на то, что у власти были возможности обеспечить победу своему кандидату более трудным путём – через два тура и с более мягкой формой нарушений, – она побоялась риска, избрала сценарий очевидного и явного произвола. Данный фактор ещё сильнее возмутил граждан, уставших от обмана. Мы это ощутили по гражданской активности в борьбе с нарушениями, какой не видели никогда начиная с 90-х годов. Мы можем быть твёрдо уверены, что сделан шаг вперёд в борьбе за честные выборы, власть не сумела выпустить пар, фундамент для прозрения общества укрепился» [126].
В таблице 18.1 приведены результаты сравнительного анализа результатов голосования (по официальным данным) на выборах 4 декабря 2011 и 4 марта 2012 г. Третья строка таблицы показывает, что кандидаты всех оппозиционных политических партий получили меньше голосов, чем было подано за возглавляемые ими партии (на 9 412 644). Потеря у Жириновского почти 50 %, а у Миронова – более 2/3 (68,3 %), т. е. просто катастрофическая.
А у Зюганова эта потеря очень мала (2,19 %). Ещё раз подчеркнём, что это – официальные данные – истинных цифр мы не знаем. Поэтому можно сказать, что Зюганов набрал примерно столько же голосов, сколько набрала КПРФ на думских выборах. Это, кстати, опровергает широко распространённое мнение о сильном неприятии Зюганова левым электоратом. Такое неприятие свойственно только некоторой части интеллигенции, которой близки взгляды внутрипартийной оппозиции 2007–2011 гг.
Большая часть потерянных голосов ушла Прохорову, а почти 3,7 млн. – Путину. Вообще что-то не верится, что более половины сторонников СР и почти половина сторонников ЛДПР проголосовали за Путина, а не за лидера своей партии. Однако есть довольно простое объяснение: поскольку большинство членов комиссий контролируется администрацией, то существует такой приём, когда часть голосов за других кандидатов попадает «случайно» в кучку за кандидата власти. Есть факты разоблачения такой фальсификации, когда члены комиссий и наблюдатели от КПРФ являются бойцами. Но, к сожалению, таких кадров у партии мало. Поэтому большая часть такой фальсификации не разоблачается.
Таблица 18.1
Сравнительный анализ думских и президентских выборов по официальным данным. Результаты при гипотетическом частичном устранении фальсификации.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/432135_147_i_008.png)
В последних двух строках таблицы проведён пересчёт результатов голосования, если отнять у Путина в соответствии с предположением Мельникова15 % голосов (для получения наиболее жёсткой оценки 15 % взяты не от 46 млн. Путина, а от общего числа проголосовавших). В результате Путин получает 34 305 370 голосов, что, однако значительно больше 25 252 900, полученных остальными 4-мя кандидатами, т. е. Путин получает 57,6 %.
Конечно, количество голосов за 4-х кандидатов также должно было бы увеличиться за счёт хотя бы устранения подмешивания голосов за 4-х кандидатов к голосам за Путина, но едва ли на 9 млн.
Т.е. у Путина была возможность выиграть в первом туре без тех диких нарушений с липовыми работниками непрерывных производств, дополнительными участками, каруселями, массовыми грубыми воспрепятствовании работе наблюдателей. С использованием только такого более «мягкого» нарушения, как незаконная агитация как самим кандидатом, так и органами государственной власти и местного самоуправления.
* * *
В первой части анализа (18.9.1) было указано, что основным вопросом после выборов будет: а устроит ли Запад в России цветную революцию?
Ответ вырисовывался по состоянию на конец февраля следующий: похоже, что не устроит. Почему? Во-первых, либеральная оппозиция за два месяца провела в Москве всего один массовый митинг 4 февраля, а в конце февраля – гораздо менее солидную акцию в виде Большого Белого кольца. Во-вторых, на это указывала настроенность власти организовать победу Путина уже в первом туре и с большим перевесом.
Но окончательный ответ должен был дать характер акций протеста после 4 марта, а также реакция Запада на выборы и акции протеста.
В марте в Москве состоялись два митинга: на Пушкинской площади 5 марта и на Новом Арбате 10 марта 2012 г.
В митинге «За честные выборы» на Пушкинской площади участвовало от 14 (ГУВД) до 20 (организаторы) тыс. человек. Из резолюции митинга «– президентские выборы не были свободными и честными; – избранная власть нелегитимна; – подтверждаются требования Болотной, Сахарова и Большой Якиманки; – требуем досрочных парламентских и президентских выборов; – будем продолжать акции протеста, пока все требования не будут выполнены». Выступили: Алексей Навальный, Илья Пономарев («Левый фронт»), Гарри Каспаров, Константин Крылов, Геннадий Гудков, Илья Яшин, Михаил Касьянов, Анастасия Удальцова, Ольга Романова, Михаил Прохоров (свист на площади), Сергей Удальцов, Сергей Доронин (московский горком КПРФ), Сергей Бабурин, Борис Немцов, Сергей Митрохин, Григорий Явлинский, Владимир Рыжков, Татьяна Лазарева, Сергей Шаргунов» [127].
На Новоарбатском митинге по данным МВД присутствовало 10 тыс. человек, а по данным организаторов – 25 тыс. Требования были примерно те же, что и на Пушкинской. Их в конце митинга огласил один из организаторов мероприятия Владимир Рыжков…По его словам, оппозиция требует прекращения политических репрессий, освобождения незаконно осужденных, требует отменить результаты думских и президентских выборов, проведения комплексной судебной реформы и увеличения полномочий парламента.
«Мы должны добиться проведения политической реформы и новых выборов в Думу, президентских выборов, мэров, губернаторов, местных депутатов», – сказал он [128].
Мы видим, что митинги значительно малочисленнее (примерно в 10 раз), чем в декабре 2011 и феврале 2012 г. Митинги – мирные, требования – те же, что и до выборов (прибавилось только, естественно, требование отмены президентских выборов).
Всё это подтверждает отмену сценария цветной революции.
Реакция Запада.
Она была умеренной. Поругали, конечно, за фальсификацию, но уже 7 (или 8) марта Путина поздравил президент Франции Саркози, а 10 марта – сам Президент США Обама. После это факт отмены цветной революции на обозримое время почти очевиден: перед организацией цветной революции не поздравляют.
Итак, цветная революция, как следствие использования возмущения народа фальсификацией выборов не состоялась. Почему? Здесь возможны два варианта ответа.
Первый. Силы, которые мог Запад использовать для совершения цветной революции оказались слабы, и не нашлось достаточного количества элиты (особенно среди силовиков), готовой сдать Путина.
Второй. Никакой цветной революции не планировалось. Это был спектакль, согласованный с Западом. Угроза цветной революции позволила Путину занять патриотическую антиамериканскую позицию и существенно поднять свой рейтинг (более чем на 10 %).
Хотя зачем Путину это было надо? Без предъявления ему «черной метки» Западом его рейтинг бы вообще и не опустился. К тому же кризис декабря 2011 создал некий потенциал сопротивления буржуазии бонопартистской власти и укрепил левый фланг оппозиции. Т. е. первый вариант более правдоподобен.
Цветная революция в марте 2012 не состоялась, но это не значит, что Запад уступил окончательно: его желание побыстрее «утилизировать» Россию, наверняка, осталось.
Кажется, что многочисленный «марш миллионов» в Москве 6 мая 2012 г. (накануне вступления Путина в должность Президента РФ), где количество участников достигло по некоторым данным 100 000 человек [130], противоречит утверждению о том, что цветная революция откладывается. На самом деле, не противоречит.
Выше мы говорили, что в движении протеста после выборов 4 декабря 2012 г. кроме буржуазных элементов была вовлечена и значительная масса недовольных трудящихся. Этому способствовал тот факт, что власть не решалась разгонять «болотные» митинги ввиду предъявленной ей Западом «чёрной метки». После выборов Президента буржуазные элементы, лишившись поддержки Запада, а также, заручившись обещанием власти о перераспределении в их пользу прибавочной стоимости [131], умерили свою активность. Однако вовлечённые в протест массы трудящихся ничего не получили. Представляющие их организации, наиболее ярким представителем которых является «Левый фронт», возглавляемый С. Удальцовым, настроены продолжать борьбу. Именно этим объясняется многочисленность «марша миллионов» в Москве. Но в отличие от «болотных митингов» до выборов Президента по отношению к участникам «марша миллионов» была применена грубая сила. Этим власть дала понять недовольным, что: цветная революция откладывается на неопределённое время, и власть может действовать жёстко.
Этот курс подтвердился проведением обысков 11 июня, в выходной день, накануне 2-ого «марша миллионов» у лидеров либеральной оппозиции Навального, Удальцова, Яшина… проходивших в качестве свидетелей по делу о нарушениях порядка на 1-ом «марше миллионов» 6-ого мая. Обыск был проведён даже у Ксении Собчак, которая в «марше» 6-го мая не участвовала, но на выборах Президента РФ демонстрировала антипутинскую позицию. Обыски прошли в довольно грубой форме: «Картины погрома после «производства следственных действии» в квартирах, суровые автоматчики на входе в подъезд создавали ощущение беспомощности обыскиваемых перед грубым насилием государства» [132].
Демонстративная грубость обысков, как будто бы, преследует цель повысить популярность лидеров внесистемной оппозиции, сделать из них героев, тем самым перетянуть протестный потенциал и, прежде всего, молодёжь от КПРФ. Т. е. подменить настоящую оппозицию лжеоппозицией.
Второй «марш миллионов» прошёл 12 июня, а следующий планировался на 15 сентября 2012 г. Таким образом, тактика либералов состоит в том, чтобы поддерживать дух «болотного протеста».
С. Кургинян в манифесте своего движения «Суть времени» [133] считает, что дело идёт к цветной революции, которую он называет «Перестройкой-2»:
«Американцы приговорили Путина – так же, как Каддафи, Мубарака и Асада».
Либеральная оппозиция вроде бы «проиграла, не сумев воспрепятствовать избранию Путина президентом. Но ведет она себя гораздо более агрессивно, чем в выборный период. Неужели непонятно, что знаменует собой такое поведение»?
Протестующие переходят «от подчеркнуто мирных действий к действиям совсем другого характера. Радикальная часть протестующих настроена очень решительно. Активисты уличного протеста проходят подготовку в разных тренировочных лагерях. Эти лагеря находятся и на территории России, и за ее пределами – в Латвии, Литве, Польше, Западной Украине, Хорватии и так далее. Зачем готовят этих активистов? Для конкретной борьбы – причем борьбы далеко не мирного характера»!
Нарастает угроза «физической ликвидации. Скоро радикальная часть протестующих начнет вывешивать такие списки в интернете. Но уже сейчас они обсуждаются – причем отнюдъ не только в маргинальной среде».
Появились смелые спонсоры. «У Навального, видите ли, появились элитные спонсоры, желающие открыто оказывать поддержку данному политическому герою. А почему так осмелели ранее суперосторожные спонсоры»?
«Стремительное обострение сепаратистских тенденций в разных частях страны. Это обострение носит откровенно рукотворный характер».
Это действительно говорит о том, что цветная революция только отложена, подготовка кадров для неё идёт. Но произойдёт она только тогда, когда Запад завербует достаточное количество окружения Путина для свершения этой революции. Только после этого подготовленная масса протеста будет брошена «в бой».
Данный текст является ознакомительным фрагментом.