V Эпилог

О каждом пожаре докладывали лично первому секретарю обкома Д. Мельнику. Размер трагедии был настолько велик, что Мельник поставил в известность Москву. Прилетела правительственная комиссия. Областному прокурору В. Цареву было поручено взять следствие под свой личный контроль, наказать виновных по всей строгости закона.

Бывшего директора Сергеева, замполита Сапова, завхоза Лазарева и дежурного коменданта Колундаева взяли под стражу 13 января, а в конце того же месяца судили. С обвинением выступил сам Царев, потребовавший Сергееву десятилетний срок. Суд ограничился восемью. Остальные получили от пяти до трех.

Виноват, конечно, Сергеев, что не предусмотрел многих обстоятельств, да разве нет вины того, кто поставил малограмотного слесаря на директорскую должность?

Не обошла судьба и пятую комнату.

Проведение первомайского праздничного концерта чуть не сорвалось по банальной причине: украли аккордеон. Пришлось временно попросить у военных. Больше недели ходил музыкант по толкучкам Долинска и Южно-Сахалинска, надеясь, что инструмент где-нибудь выплывет. Но нашелся он тут же, ворами оказались обитатели пятой комнаты. Далее следствие выявило, что причастны они к действиям банды, которая трепала городских обывателей. Анатолия Кузнецова осудили на 25 лет, получил свое и самый дерзкий из них — староста комнаты Водопьянов, не помогла ему мачеха, бывшая судьей в Долинске.

А ведь могли бы они избрать себе судьбу иную, но пересилила жажда легкой наживы, и понесло их по этапам, по зонам, надо полагать, навсегда.

18 лет отработала на Долинском ЦБК Зинаида Андреевна Колесникова. Клавдия Дмитриевна Сухова отдала ему всю жизнь. Когда на северо-восточной окраине города выстроили новое училище с просторными светлыми классами, кабинетами, мастерскими, спортзалом, общежитием, Клавдия Дмитриевна отправила туда свою дочь. Заканчивает училище и внук ее. Каждый год нынешние ученики ходят на братскую могилу, красят ограду, носят цветы.

Сенников Анатолий, смышленый староста, спасший своих тринадцатилстпих корешков, работал на Макаровском бумзаводе до самого выхода на пенсию. Стал он мастером высшей рабочей квалификации, гордостью завода. Рядом с ним прошла трудовой путь однокурсница Жанна, ставшая его женой вскоре после выпуска.

Михаила Петрухина после училища направили на Поронай- ский ЦБК. Проявил он завидное упорство и вскоре овладел своей профессией в совершенстве. Его портрет не сходил с Доски почета. Параллельно шла учеба в вечерней школе. Сложности русского языка одолел он самостоятельно, аттестат зрелости получил с хорошими оценками. Учеба стала профессиональной и душевной потребностью, закономерным был вузовский диплом.

Биография Михаила Лаврентьевича подтвердила еще давний наш вывод: если у человека на плечах не тыква, а светлая голова, в душе — благородные устремления, то карьера ему обеспечена. Пиком ее у Михаила Петрухина стала должность заместителя председателя Сахалинского облисполкома. Ушел он с нее по собственному желанию ввиду развала Советской власти.

В один из июльских дней, кружа по Долинску, попали мы на окраинную улицу, где под кронами огромных тополей, высаженных в пору романтических порывов, догнивают старые бараки. Последний раз их ремонтировали в пору молодости Зинаиды Ка- ракуян. В таком когда-то жила она сама. Теперь живут дети и внуки. Бараки держатся на энтузиазме ушедших лет, потому что все остальное сгнило: иструпела и покоробилась крыша, поросшая полянами зеленого мха; скособочились стены, обшитые рубероидом; крысы источили полы. Вот она, родимая сторонка!

Жизнь тут не городская и не деревенская, а барачная, обездоленная.

Прошло мимо этих бараков и развернутое строительство коммунизма, и эпоха развитого социализма, и уж вовсе не коснулась их капиталистическая революция девяностых годов.

Бараки расположены метра на три ниже дороги, и тут все лето киснет болото. Ничего отсюда не видно, кроме давно угасшей трубы бумзавода.

Но это так, мимоходом. К нашей истории бараки не имеют никакого отношения.