Царь Борис[17] 29 августа 1991, “L’Hebdo”

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Царь Борис[17]

29 августа 1991, “L’Hebdo”

Исполнитель

Ельцин был взят в Москву «за простоту». Крепкий, грубый, не сомневающийся в коммунистической идеологии, он прекрасно проявил себя на уральском троне.

Первый секретарь Свердловского обкома КПСС – пост колоссальной важности. Урал – главная база ВПК. Танки, ракеты, ядерные бомбы – все там, на равном удалении от Англии и Японии.

В царской России наместник такого масштаба назывался генерал-губернатор. В гитлеровском рейхе – гауляйтер. Но точнее было бы сказать «фараон». Полная власть над телами и душами. Не ограниченная никакими законами. Давай план – и тебе простится любое преступление. Ни прокурор, ни Конституция не существуют, если тобой довольны в Политбюро.

Всякая власть развращает. Абсолютная власть развращает абсолютно.

Под властью Ельцина на Урале не только делали танки. Продолжались все прелести режима: преследование инакомыслящих, гонение религии… Именно Ельцин уничтожил Ипатьевский дом, где по приказу Ленина расстреляли царскую семью, в том числе мальчика-наследника. Детоубийство – скверная штука. Уничтожение дома-тюрьмы – попытка вычеркнуть событие не из истории – из фольклора.

(Те, чья память не выключается вечером вместе с телевизором, с улыбкой наблюдали потом, как Ельцин лезет в «дружбу» к Сахарову; как вчерашний воинствующий атеист пылко участвует во всех церковных церемониях.)

За эти качества капрала генеральный секретарь Горбачев взял Ельцина на второй пост страны – первым секретарем Москвы и Московской области. Двадцать миллионов жителей, столица России, СССР и социалистического лагеря.

Хулиган

Расчет был прост. Грубый провинциал будет решительно чистить Москву от брежневско-андроповско-черненковской мафии. И – всегда будет помнить, кому обязан переездом в столицу (этого со страстью добиваются все провинциальные аппаратчики).

Расчет оправдался. Ельцин начал громить коррумпированную московскую верхушку. Одновременно он играл привычную по Уралу роль отца народа. (Один раз проехал на автобусе. Жена – под охраной – сходила в магазин.)

Внезапно произошел скандал. Накануне очередного юбилея Революции Ельцин позволил себе критиковать Горбачева. Это была первая (в Политбюро) критика слева. «Перестройка буксует. Перемены медленные и не радикальны».

Сейчас это банальная фраза. Но тогда Горбачев взорвался. Ельцина с треском выставили из Политбюро.

Следует заметить, что объективно Горби был абсолютно прав. Слишком крутой поворот мог привести к путчу. А тогда, в 1987-м, никто не оказал бы сопротивления путчистам. Страх и рабство владели страной.

Ельцин пытался просить прощения. Каялся на пленуме, каялся на XIX партконференции, просил «политической реабилитации». Как провинившийся мальчишка, обещал вести себя хорошо. Обращался к Горбачеву «Вы, Михаил Сергеевич». Тот в ответ «тыкал».

Изгнание Ельцина – крупнейшая ошибка Горбачева. Ругать можно было сколько угодно. Ельцин остался бы послушным рабом (он и просился обратно в рабство). Изгнание создало соперника. Изгнание сделало Ельцина героем, привлекло внимание. Ореол «мученика за правду» сделал его кумиром народа. Народ соскучился по кумирам. До Ельцина советские люди вынуждены были любить Маргарет Тэтчер. Ибо среди своих вождей не видели ни одного, кого могли хотя бы уважать.

Последовали знаменитые эскапады. Поездка в США и пьяное выступление в Балтиморе. Мы видели это по ТВ и можем утверждать: Ельцин был несомненно пьян. Его речь, жесты, мимика – всё было типично для пьяного советского начальника.

Ельцин, вернувшись, лгал, что не пил. Утверждал, что «ТВ СССР по приказу ЦК КПСС исказило запись». На это председатель Гостелерадио честно признался: у нас нет таких технических возможностей.

Однажды вечером Ельцин упал в реку, а потом заявил, что это – покушение на его жизнь по приказу Горбачева. И любовь народа достигла апогея.

Потом авиакатастрофа в Испании, потом автоавария в Москве. И всякий раз, подогревая народную любовь, делались намеки на покушение.

Горбачев сходил с ума от успехов Ельцина. Но от злости делал только глупости, теряя в этой борьбе последнее уважение народа. Скандал вызвало обнаружение подслушивающей аппаратуры, установленной КГБ в комнате за стеной ельцинского кабинета.

А Ельцину везло. Все его промахи оборачивались в его пользу. И он поверил в свою богоизбранность. Его самомнение выросло тысячекратно. Его авторитарность теперь опиралась не на номенклатуру, чьи позиции слабели, а на миллионы избирателей, чье влияние постепенно росло. Он стал с наслаждением играть роль вождя России.

Перед выборами президента России я считал, что Ельцину для победы надо за день до голосования упасть в реку (желательно напротив Кремля). Но руководитель Москвы Попов, беседуя при мне с руководителем Ленинграда Собчаком, сказал, что победа у Ельцина и так в кармане и что проиграть он может, только если на Красной площади перед телекамерой изнасилует десятилетнюю девочку.

Для российской интеллигенции оба они – аппаратчики. Пусть Горби умеет притворяться интеллигентом, а Ельцин был и остался заводским хулиганом, но с точки зрения морали разницы меж ними нет.

Да, Ельцин блестяще вел себя во время путча. Но что ему оставалось? Смирно ждать ареста или «случайного» выстрела? Это не в его характере. Он волевой, отчаянный драчун. Драка – его стихия.

Да, Ельцин – избранник народа. Все просто с ума сошли от такой новости в русской истории. Но задумаемся: из кого выбрали Ельцина? Макашов, Рыжков, Жириновский… не конкуренты, а монстры.

И кто выбрал Ельцина? Народ? Мы, увы, знаем наш народ. Пьяницы, бездельники, воры. Шесть миллионов проголосовало за откровенного фашиста Жириновского. А перед тем грузинский народ посадил себе на шею Гамсахурдиа, который начал свою деятельность с запрета независимой прессы, политических арестов и преследования национальных меньшинств. Стоит ли радоваться такому народному выбору?

Народный выбор! Половина голосовала за Ельцина в пику Горбачеву. Другая половина – все равно за кого, лишь бы против коммунизма.

И с чего начал победитель путча? С того же, что путчисты: закрыл неугодные газеты.

Что продемонстрировал счастливый президент России Ельцин? Публичные пощечины спасенному Горбачеву. И парламент России приветствовал эту выходку аплодисментами.

Сказочные герои так себя не ведут. Сказочные герои великодушны.

А наша история завершила круг. Ленин выступал с броневика. Ельцин – с танка.

Несчастная наша страна всё время нуждается в героях.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.