5

5

Утро. Французское знамя

(Зачем оно здесь?) на дверях,

Алые синяки на руках,

Записка лежит в головах.

Глаз скошу и читаю

(Лень шевельнуть рукой)

Слово одно только — «злая».

Сам ты — я думаю — злой.

Тело поет — зачем?

Окурок с полу возьму,

Дева ли, или шлюха,

Столетняя злая старуха, —

Я уж сама не пойму.

Разве и он виноват?

Закон естества такой.

Может, он сам не рад,

Пятку зря целовал,

Зря называл сестрой.

Бог с ним. А память плывет:

Толстый уродливый грек

Робко дитя растлевал,

Так до конца не растлил.

Все же и он человек:

Папой просил называть,

Слушаться старших учил.

Сладко в крови поет

Перестоявшийся пыл,

Ленью в костях заныл,

Все же — сладость во всем.

Иду, подпрыгивая,

Не чувствуя кожи.

Вспыхнет в памяти стыд —

Чуть подвою, пугая прохожих.

Только луна не ласкает,

Солнце, лаская, блестит.