КНИГА I Мать

КНИГА I

Мать

I

Докторъ Эразмъ*** своей жен?

3 января 185…

Ц?лую долгую нед?лю я не былъ въ состояніи писать теб?, милая Елена. Не нахожу словъ выразить теб? все, что я выстрадалъ въ это время. Ужасъ тюремнаго заключенія не въ лишеніи свободы идти куда вздумается, а въ томъ уныніи, которое подавляетъ душу. Глазъ устаетъ вид?ть все т? же своды, т? же столбы, т? же корридоры; голова кружится въ этой живой могил?, среди этихъ камней становишься камнемъ и самъ. Безъ голоса, почти безъ движенія, безъ мыслей я сид?лъ истуканомъ въ своей тюрьм?. Мн? казалось, что у меня отняли мою собственную личность; что не я жилъ, а жила эта тюрьма, которая захватила меня какъ добычу и заключила меня въ кругъ безвыходнаго и механическаго существованія. Нужно много работать надъ собой, ув?ряю тебя милая Елена, для того, чтобы снова стать самимъ собой. Я пережилъ дни этой работы, и теперь я снова тотъ же, ч?мъ былъ.

Не жди отъ меня описанія ***. Заключенный въ тюрьм? не знаетъ м?стности гд? живетъ. Меня вывезли изъ *** при заход? солнца и ночь уже наступила, когда мы прибыли сюда. Я едва могъ разгляд?ть на черномъ неб? еще бол?е черные силуеты каменныхъ башенъ, шпилей и остроконечныхъ крышъ: тюрьма казалось выстроенной изъ мрака. Мы вышли изъ кареты и поднялись п?шкомъ по узкому проходу, выс?ченному ступенями въ скал?; онъ оканчивался у тюрьмы для государственныхъ преступниковъ. Я шелъ какъ во сн?, но не смотря на то, меня поразила величественная красота зданія, в?нчающаго вершину мрачнаго утеса, и море, волны котораго съ ревомъ разбивались другъ о друга. Этотъ утесъ сплошная масса гранита, которая поднимается надъ песчаной степью.

Берегъ пустынный и печальный тянулся къ океану, который я узналъ издали по дрожавшему блеску его зыби. Но не всегда такъ бываетъ. При высокомъ прилив? океанъ заливаетъ песчаную пустыню, съ ревомъ поднимается выше и окружаетъ утесъ своими неизм?римыми клокочущими волнами.

Моя келья, изъ которой видно море, осв?щена узкимъ окномъ, прорубленнымъ въ толщ? ст?ны. Это даже не окно, а какъ говорятъ инженеры, бойница — и эта жалкая щель для меня открываетъ безграничное. Это окно такъ высоко, что я долженъ встать, чтобы вид?ть в?чно б?гущія волны, и даже приподняться на носки. Когда я сижу — я вижу одно небо. Все равно и у меня есть свой уголъ въ природ?. Я по ц?лымъ часамъ наблюдаю ц?лый рядъ явленій, которыя до сихъ поръ не останавливали мое вниманіе: см?няющіеся переливы св?та и т?ни, громъ, градъ, туманъ — словомъ мрачную и величественную красоту метеоровъ. Пусть другіе любятъ смотр?ть на отраженіе неба въ поверхности воды, въ которую глядятся проносясь облака; для меня эта картина оборочена. Я вижу море въ неб?.

Ты видишь, что я беру свою долю въ природ?. Сл?дя по ц?лымъ часамъ за облаками, я вижу въ нихъ ц?пи горъ и въ безграничномъ эфир? син?ющіяся поля. Эти картины, висящія въ воздух?, я знаю, призраки вызванные моею мыслью, или моими воспоминаніями. Въ одиночеств? одна отрада вызывать призраки знакомой м?стности и любимыхъ людей. Я люблю вид?ть эти прекрасные сны прошедшаго въ св?тломъ пространств?, которое открывается надо мной. Я вижу тамъ тебя.

Неужли я дошелъ до галлюцинацій? Это было бы посл?днимъ наказаніемъ для ума, который бол?е двадцати л?тъ былъ занятъ положительными науками. Я не жалуюсь. Счастливъ тотъ, который въ своемъ пораженіи можетъ найти опору въ сознаніи, что онъ защищалъ правое, честное д?ло. Я страдаю только отъ мысли, что я принесъ теб? страданіе.

6 января 185…

Вчера, между десятымъ и одинадцатымъ часомъ, густой туманъ покрылъ весь берегъ. Зд?сь обычай въ такомъ случа? звонить въ колоколъ. Вс? колокола окрестныхъ деревень подняли непрерывный звонъ. Я тотчасъ догадался о томъ, что означалъ этотъ звонъ. Морской берегъ, который тянется отъ подножія скалъ перер?занъ болотами, лужами стоячей воды, зыбучими песками; опасность грозитъ на каждомъ шагу незнакомому съ м?стностью путнику. Звонъ колокола долженъ указать ему дорогу къ подошв? горы. Вечеромъ я распрашивалъ своего сторожа, семейство котораго живетъ въ деревн?, и онъ сказалъ мн?, что двое д?тей, захваченныхъ приливомъ, были спасены см?лыми прибрежными рыбаками, которые сами чуть не погибли спасая ихъ.

Ты видишь, что у меня нашлась сегодня хорошая в?сть, чтобы записать для тебя.

8 января 185…

Зд?сь дни идутъ другъ за другомъ и повторяютъ одинъ другой. Жизнь кажется однимъ безконечнымъ днемъ подавляющаго однообразія. Еслибъ еще я могъ знать, что д?лается за ст?нами тюрьмы! Если бы я могъ им?ть в?сти о теб?!

Мн? позволяютъ каждый день выходить на часъ или два для прогулки, на высокой площадк? тюрьмы. Я употребляю время прогулки на путешествіе… глазами. До сихъ поръ я жилъ въ м?стности совершенно мн? незнакомой, я походилъ на мертвеца, не сознающаго, куда его бросили. Съ нед?лю уже я началъ знакомиться съ м?стностью. Подъ вліяніемъ инстинкта, который в?роятно, тюрьма прививаетъ вс?мъ заключеннымъ, я стараюсь запомнить видъ окрестностей. Мои глаза постоянно ищутъ новую, ускользнувшую отъ нихъ подробность; мн? кажется, я теперь въ состоянія нарисовать на память очертанія береговъ изъ?денныхъ моремъ, заливовъ, длинныхъ мысовъ, которые тянутся до горизонта, скалъ, которыя поднимаются облитыя солнечнымъ св?томъ или до половины скрыты туманомъ дали. Я также изучилъ въ совершенств? планъ тюрьмы, въ которую запертъ; красивыя архитектурныя линіи, укр?пленія ея, и военныя и данныя природой, валы и ярусы ст?нъ опоясывающихъ скалу. Я не обдумываю планъ б?гства. Другіе д?лали попытки б?жать — и вс? были неудачны. Не говоря уже о солдатахъ и тюремныхъ сторожахъ, отъ бдительности которыхъ ничто не ускользнетъ, насъ стережетъ океанъ съ своими предательскими песками и еще тысячи препятствій. Я изучаю положеніе кр?пости только для развлеченія. Я б?гу изъ своей тюрьмы только мыслью.

10 января 185…

Знаешь ли что д?лаетъ со мной тюрьма! Она учитъ меня быть свободнымъ челов?комъ.

Челов?къ безсиленъ поработить челов?ка. Я это все бол?е и бол?е чувствую съ каждымъ днемъ. Есть горькая радость въ сознаніи, что мы сильн?е угнетенія. Гранитныя ст?ны, жел?зные засовы, часовые не остановятъ мысль, св?тъ ея прорвется черезъ вс? преграды. Воля заключеннаго борется съ волей того, кто заковалъ его въ этихъ ст?нахъ; поб?жденный онъ не сдается, и если на его сторон? справедливость, онъ сильн?е своего поб?дителя. Чтобы ни д?лали — мысль неуловима какъ воздухъ. Закуйте члены, но сов?сть вамъ не достать! Это сознаніе непоб?димости моего я даетъ мн? великую ув?ренность въ будущемъ. Да! я клянусь вс?ми тюрьмами, клянусь т?нью т?хъ, которые погибли въ этихъ каменныхъ м?шкахъ и жел?зныхъ кл?ткахъ, право и свобода восторжествуютъ въ мір?!

12 января 185…

Я наконецъ нашелъ средство переслать теб? это письмо. Ты получишь его черезъ ***, который рискуетъ вс?мъ, чтобы помочь намъ переписываться. Если сила и богатство им?ютъ толпы прислужниковъ, за то и несчастіе находитъ иногда друзей неизв?стныхъ и преданныхъ.

Твои на всю жизнь.