4

4

Фрэнк Рокко из Пенсильвании и Роберт Каупп из Калифорнии были альпинистами с резко выраженным авантюрным уклоном. Опытные, здоровые и выносливые, эти люди официально отправлялись на поиски “ценных минералов”, но каждая бездомная собака в каждой подворотне Кито прекрасно знала, что название этих “ценных минералов” пишется так: ЗОЛОТО ИНКОВ. Американцы выступили в поход в октябре 1961-го и собирались вернуться в эквадорскую столицу к рождеству. Но они так и не вернулись. Тогда в середине января следующего года объединенная американо-эквадорская спасательная экспедиция начала восхождение на вулкан.

Бог Огня хорошо позаботился о неприступности своих владений. Путь к подножию Сангая преграждают, выражаясь языком военных, несколько неприступных линий обороны. Сначала перед смельчаками встают влажные леса с густым, непролазным подлеском и жидкой черной грязью по пояс. Затем идут злые, бурлящие реки, уровень воды в которых с неимоверной быстротой повышается при каждом оживании вулкана: тают тысячетонные толщи снега, реки вздуваются и мгновенно выходят из берегов. Еще выше начинаются каменные осыпи, только и ждущие неосторожного шага человека, чтобы сорваться вниз и похоронить под собою все, что повстречается на пути… Немного не доходя до кратера вулкана, спасатели наткнулись на последнюю стоянку американцев. По снегу были разбросаны вещи, следы вели к восточному склону и терялись там на плотном голубом льду. Когда экспедиция с превеликими трудностями спустилась в высокогорную долину Кулебрильяс, опоясывавшую вулкан с юго-востока, она внезапно обнаружила в полуразвалившейся индейской хижине умирающего от истощения Роберта Кауппа. Когда незадачливого кладоискателя привели в чувство, он рассказал спасателям подробности этой трагической одиссеи.

…По словам альпиниста, они с Фрэнком Рокко поднялись почти на самую вершину Сангая, когда почувствовали, что не могут дышать из-за ядовитых вулканических газов. С ними началось твориться что-то непонятное, исследователей охватил приступ какого-то злого буйства, они утратили всякое представление о том, где именно находятся и куда им следует идти. Сознание мутилось. Каким-то образом они оказались на восточном склоне вулкана, хотя поднимались по южному, тому самому, где доктор Риттер нашел свое золото. Вскоре, невзирая на царящий в головах кавардак, путешественники поняли, что безнадежно заблудились. По словам Кауппа, он долго уговаривал Рокко вернуться к последнему лагерю и поискать нужную тропу. Тот отказался наотрез, не переставая бормотать: “Оно здесь, точно говорю — ЗДЕСЬ!” Тогда Каупп оставил товарища, а сам отправился за помощью, но как он оказался внизу — не помнит, хоть убей!

Кауппа отправили в больницу в Риобамбу. Однако выйдя из нее через несколько дней, он бесследно исчез. Его пытались искать, но тщетно. Кито, хоть и является столицей целого государства, но город относительно небольшой, и любой, даже самый невероятный, и любой, даже самый невероятный слух всегда найдет здесь благодарную аудиторию, о чем красноречиво свидетельствует следующее происшествие.

Через полтора месяца после бегства Кауппа в редакции одной из столичных газет откуда ни возьмись объявился некий итальянец по имени Рего Мараццони, поведавший газетчикам любопытные детали восхождения американцев Рокко и Кауппа, причем он говорил так складно, словно сам был очевидцем. Он утверждал, будто от вершины вулкана к восточному склону шли две цепочки следов. Потом в одном месте снег был раскидан во все стороны — несомненно, здесь шла яростная борьба, хотя крови не было видно. После этого вниз по восточному склону шли следы лишь одного человека… Итальянец Мараццони называл себя одним из участников спасательной партии, который впоследствии вознамерился провести свое собственное расследование.

Когда четыре года спустя после драматического восхождения в Кито вновь прибыла группа американских альпинистов, чтобы продолжить поиски Рокко, итальянец объявился вновь и предложил свои услуги в качестве проводника. Однако этой экспедиции сбыться так и не было суждено, потому что от индейцев хиваро-моро пришло сообщение, что ими наконец-то найден труп злополучного Фрэнка Рокко. Карманы одежды альпиниста якобы были битком набиты золотыми изделиями культуры инков…

Сразу же после обнародования этого сообщения правительство Эквадора объявило территорию Сангая культурным заповедником и запретило проводить частным лицам какие-либо раскопки на его склонах. В 1967 году на вулкан отправилась международная археологическая экспедиция под эгидой ЮНЕСКО. Однако ученым, имевшим на вооружении самое современное защитное и поисковое оборудование и снаряжение, на этот раз не повезло. Следопыты, как ни старались, а напасть на следы тайника, из которого погибший Рокко “причерпнул” ценности инков, не смогли. Провозившись в опасной зоне более трех месяцев, экспедиция покинула Эквадор, и эта неудача надолго отбила охоту поковыряться во льду и вулканических отложениях Сангая многочисленных незаконных последователей.

И только спустя 20 лет после этого на вершине непокорного вулкана снова появились люди. Это был отряд кладоискателей, собранный западногерманским миллионером Коуффом, который при научной поддержке ученых из Музея Золота в Боготе, заключил с правительством Эквадора контракт. Коуффу повезло больше, но это везение было совершенно случайным. В самом начале своего восхождения на Сангай немцы обнаружили в пробитом ледником каньоне засыпанную мелкой галькой двухметровую золотую скульптуру древнеиндейского божества, однако находка к культуре инков имела весьма отдаленное отношение. Найденный идол был творением рук мастеров племени муисков, обитавших на территории соседней с Эквадором Колумбии в доисторические времена, и каким образом эта скульптура попала в окрестности Сангая, никто толком так и не смог объяснить до сих пор.