Экономика России во время Первой мировой войны

Первые месяцы войны были связаны с падением промышленного производства из-за призыва большого количества рабочих в армию.

Промышленность Польши, Прибалтики и фронтовых губерний пострадала наиболее сильно, особенно при отступлении войск, эвакуации промышленных предприятий. Благодаря этому, промышленность России сократила свое производство почти на 20 %. Было закрыто свыше 51 % предприятий по обработке камня и глины, а вновь открыто 3,7 %, в пищевой промышленности закрылись свыше 1/3 предприятий. Отрасли, обслуживающие нужды фронта, получили развитие.

Движение промышленной продукции за военные годы (в млн довоенных рублей).

Как видно, никакого грандиозного роста продукции в условиях войны не получилось, а в 1917 году падение ее производства в целом достигло почти 23 %. Отдельные отрасли получили развитие. Металлообработка выросла на 300 %, продукция химии – в 2,5 раза, производство смешанных волокнистых веществ – более чем вдвое. Производство винтовок в 1916 году по сравнению с 1914 годом возросло на 1100 %, патронов – на 250 %, пушек – на 1000 %, снарядов к ним на 2000 %, выработка пороха увеличилась в 3 раза. Таков вкратце общий итог развития промышленности в годы Первой мировой войны.

Россия оказалась слабо подготовленной к мировой войне в финансовом отношении. Ее огромный масштаб требовал за месяц расходовать денег столько, сколько их было израсходовано за год русско-японской войны. Но 1 марта 1917 года сумма бумажных денег в обращении составила 9950 млн рублей, причем, золотое обеспечение кредитов сократилось до 14–15 %. С начала войны и до февральской революции было выпущено шесть внутренних займов в 8 млрд рублей. Из октябрьского займа 1916 года в 3 млрд рублей синдикат банков взялся разместить лишь 1,8 млрд рублей. В годы войны были повышены ставки всех прямых и косвенных налогов и пошлин, введены новые, что дало в казну дополнительно более 500 млн рублей, в 1916 году – 725 млн рублей. В 1915 году был введен переходный налог. Налог на военные прибыли не взимался в течении двух с половиной лет. Расход по заграничным кредитам и сделанным в их счет заказам к моменту февральской революции составили 6,3 млрд рублей. Главным кредитором была Англия (4,5 млрд рублей). Кредит у США составил 250 млн рублей, Японии – 154,5 млн рублей, Италии – 121 млн рублей. Почти 2/5 всех этих средств шло на уплату процентов по старым долгам.

Большие организационные преобразования были сделаны в области организации снабжения армии оружием и предметами боевого снаряжения. До войны частная промышленность не была привлечена к указанным проблемам. По инициативе Ставки 15 февраля 1915 года была создана, во главе с великим князем Сергеем Михайловичем, особая распорядительная комиссия по артиллерии, которая занималась не производством, а распределением, поэтому практического результата не давала. Председатель государственной Думы М. В. Родзянко, поддержанный представителями банка и промышленности, предложил Главнокомандующему русской армии великому князю Николаю Николаевичу разогнать городскую шайку артиллерийского ведомства и убрать военного министра Сухомлинова. В мае было созвано особое совещание по усилению снабжения действующей армии главнейшими видами довольствия, а Комиссия, возглавляемая великим князем Сергеем Михайловичем, была распущена.

В конце мая 1915 года съезд представителей промышленности и торговли выдвинул идею создания военно-промышленных комитетов. В июле состоялся I Съезд военно-промышленных комитетов, на котором председателем избрали А. Тучкова. Руководителями областных комитетов были крупнейшие представители местной буржуазии, в Москве – П. Рябушинский, в Киеве – М. Терещенко. 4 августа 1915 года Совет Министров утвердил положение о Комитетах, которым ограничивалась их деятельность в рамках снабжения армии и флота. Военно-промышленные комитеты объединили около 1300 средних и мелких предприятий. В июле 1915 года кадеты внесли в Думу законопроект об учреждении Главного управления по снабжению армии, и по предложению военного министра А. А. Поливанова он был принят Думой.

Чтобы рассредоточить ответственность и лучше скоординировать деятельность, вместо одного Совещания было организовано четыре: особые совещания по обороне, по топливу, по продовольствию и перевозкам во главе с соответствующими министрами. Они были приняты Думой, Государственным Советом и 17 августа 1915 году подписаны Николаем II. С созданием системы особых совещаний усилилось проникновение буржуазии в государственный аппарат. Этот процесс пошел дальше. В июле 1915 года при Министерстве торговли и промышленности был создан Комитет для снабжения сырьем хлопчатобумажных фабрик, а затем Комитет по делам суконной, льняной и джутовой промышленности. В январе 1916 года при особом Совещании при обороне был создан комитет по делам металлургической промышленности. Монополистические объединения в коксобензольном производстве активно сотрудничали в создании при Главном артиллерийском управлении Химического комитета.

Таким образом, наряду с особыми совещаниями, в их систему входили органы, непосредственно регулирующие развитие отдельных отраслей производства. Создавалась государственная монополистическая структура управления и развития их. Пошел процесс комбинирования в одном предприятии нескольких вспомогательных производств: механических, электрических, ремонтных, производящих сырье для основного производства и т. д., они стали превращаться в комбинаты, концессии, тресты.

В целом, правительству не удалось создать крепкого военного хозяйства, приостановить падение производительности труда, замедлить рост цен.

Развертывание военного производства происходило за счет всего народного хозяйства, что, в конечном итоге, привело к кризису.

Остро встал вопрос развития железнодорожного транспорта, отсутствовала железнодорожная связь с морскими портами. Его низкая пропускная способность сдерживала рост всех отраслей производства.

Погрузка леса, нефти и хлеба сократилась. Вывоз угля из Донецкого бассейна упал до небывало низкого уровня – 74,4 млн пудов. Подвоз продовольствия в Петроград уменьшился наполовину, в Москву – на 2/3. Железные дороги не удовлетворяли потребностям народного хозяйства. Железная дорога Мурманск-Петрозаводск была введена в строй к концу 1917 года. Неудовлетворительно пополнялись железные дороги новыми паровозами, вагонами, рельсами. Накануне февральской революции железнодорожный транспорт находился в глубоком кризисе.

Очень серьезные трудности переживала страна из-за дефицита металла, особенно, высококачественной стали и топлива. От всего производства стали в стране на нужды тыла оставалось около 1/4. Месячная производительность заводов составляла 16,4 млн пудов, а потребность в металле, по определению Центрального военно-промышленного комитета, составляла 26–27 млн пудов. Несмотря на рост производства, дефицит стали в ноябре 1916 года упал до 8 млн пудов ежемесячно. Большинство заводов сокращало производство, в основном, из-за недостатка топлива. Выплавка металла с 16,5 млн пудов в октябре 1916 года упала в феврале 1917 года до 9,5 млн пудов. В марте дела пошли еще хуже. Правительство вынуждено было закупать металл за границей.

В топливном балансе 57,4 % занимали дрова, 40,7 % – каменный уголь и нефть. Слабо развивалась добыча угля в Подмосковном бассейне, Западной и Восточной Сибири, на Урале. На долю названных районов приходилось лишь 10 % их общей добычи. Необходимо было увеличивать добычу всех видов топлива, чтобы покрыть дефицит в нем.

Добывалось угля в Донецком бассейне 75 % от всей импортной добычи. Она была несколько больше довоенной, но производительность труда снизилась из-за уменьшения числа квалифицированных горняков. На железных дорогах использовалось 48,4 % вывезенного донецкого угля, остальной дефицит покрывался дровами.

Добыча нефти в первые два года войны шла на довоенном уровне и лишь к 1916 году поднялась на 7 %, достигнув 602 млн пудов. Нефть во время войны стала широко заменять уголь и дрова. Крупными потребителями дров были города, железные дороги и, особенно, горнозаводский Урал. Расширилось использование торфа, особенно в промышленности центрального района. Уже к осени 1915 года страна переживала полосу острейшего топливного голода.

Оздоровить топливную проблему не представлялось возможным. Топливный кризис приобрел перманентный характер.

Если представить в целом развитие промышленности по отраслям в сравнении с 1913 годом, то в период военных действий и революций оно выглядело так, как указано на нижеприведенной таблице, по данным Кафенгауза Л. Б.[14]

Как видно из таблицы, в 1917 году валовая продукция тяжелой промышленности снизилась, в том числе производство военных припасов, металлообработки и химическая, пищевая и легкая промышленности. Выпуск всей промышленной продукции уменьшился на 20,2 %. Из-за серьезных организационных и других недостатков нарушились все технологии и пропорции, в том числе связанные с войной.

Война оказала глубокое воздействие на сельское хозяйство. Была разорвана связь с мировым рынком, на который Россия поставляла хлеб, лен, коноплю, масло и др. продукцию. Прекратился импорт сельскохозяйственных машин. Призыв в армию отвлек от сельскохозяйственного труда значительную часть крестьян. За два года войны посевы зерновых культур сократились практически повсеместно на 11,9 %, кормовых – на 10,4 %. В четырех губерниях Северного Причерноморья сокращение посевов достигло 20,7 %. Уменьшились посевы картофеля, сахарной свеклы, льна. Прекращение экспорта хлеба и сокращение производства водки сохранило в стране много зерна.

За 1914–1916 годы из 13,5 млрд пудов собранного урожая правительство закупило хлеба около 1,4 млрд пудов, или примерно 10 % валового сбора. Как видно из этого – хлеб в стране был. Сокращение производства в 1916 году на 15–20 % не было основной причиной продовольственных трудностей, а потом и кризиса продовольствия. Основным камнем преткновения была организация закупок.

Статистические данные о производстве хлеба в стране в условиях войны и революции.[15]

Из таблицы следует, что производство продовольственного зерна за 1917 год сократилось на 22,1 %, крупяных – на 14,4 %, картофеля – на 42,5 %.

Значительно хуже обстояло дело с сахаром и мясом. Страна переживала сахарный голод. Его производство по причине прекращения посева свеклы сократилось со 126 млн до 82 млн пудов. Из-за острого недостатка сахара в 70 губерниях были введены карточки и твердые цены. Большие трудности испытывала страна в снабжении мясом, особенно после потери Польши.

В 1916–1917 годах годовая потребность армии в мясе достигло 53,4 млн пудов. За 1916 год в армию было направлено свыше 6 млн пудов мяса и 1,5 млн голов скота, что далеко недостаточно. Основной фонд скота Европейской части страны сократился на 5–7 млн голов. Снабжение мясом было фактически монополизировано правительством. Поступление мяса на частный рынок сократилось в 4 раза. В результате, цены на мясо в крупных городах в середине 1916 года поднялись на 220 % по сравнению с 1914 годом.

Правительство установило твердую разверстку на хлеб по губерниям. К концу декабря 1916 года предполагалось довести разверстку до крестьянских дворов. Но затея провалилась. Даже армия оказалась на грани голода. Обострился продовольственный вопрос как в центре, так и на местах. Правительство оказалось не в силах бороться с этим. Продовольственный кризис наложил суровый отпечаток на всю жизнь страны. Появилось массовое недовольство войной, правительством среди населения в тылу и в армии. Все это способствовало революционному накалу среди рабочих и крестьян. Рождалось и множилось революционное движение за хлеб, за мир и за свободу.[16]

Кризис назревал не только в народе, но и в верхних эшелонах власти. На экстренной сессии Государственной Думы 26 июня 1914 года прозвучали призывы о миролюбии России. О верности союзническому долгу помощи братьям – славянам, воевать до Победы призывал глава правительства И. Л. Горемыкин. Председатель Думы М. В. Родзянко и лидер кадетов П. Н. Милюков полностью одобрили внешнюю политику правительства. От имени крестьянской трудовой партии А. Ф. Керенский призвал думцев отстоять русскую землю и культуру от германского нашествия. Большевистская фракция Думы выдвинула лозунг «Война войне». Представители еврейской и прибалтийской буржуазии и другие говорили в Думе о лояльном отношении к правительству, выражали надежду и помощь со стороны Германии, Австрии и Турции некоторых представителей буржуазных националистов. Против властей и войны выступали призывники в 43 губерниях России. Их протесты сопровождались разгромом военных лавок, магазинов, помещичьих усадеб, кулацких хуторов. До конца 1914 года было отмечено 265 крестьянских волнений. Введение в стране военного положения несколько сбило накал страстей. Начались репрессии. Оживились политические партии.

Партия РСДРП выступила против войны и правительства, началась активная работа по сплочению рабочих и крестьян. В 1915 году А. В. Плеханов рекомендовал большевистской фракции в Думе голосовать за военные кредиты. Даже в левых партиях было много различных течений, противоречий в политике сегодняшнего дня, по отношению к войне, правительству, Николаю II.

С весны 1915 года началось заметное оживление рабочего движения. В Иваново-Вознесенске в конце мая прошла 35-тысячная стачка, она закончилась победой рабочих, которым удалось добиться снижения цен на продукты питания.

В июле и августе бастовали 54,6 тысяч человек, абсолютное большинство из них – по политическим мотивам. Стачки прошли в Петрограде, Новгороде, Сормове и Туле.

В неспокойной обстановке собралась Дума 19 июля 1915 года на очередное заседание, которое проходило под девизом «война до победы». Однако и на ней зазвучали мысли из уст Родзянко «изменения самого духа» действующей системы Милюкова: «Не поддерживать сейчас правительство – это значило бы шутить с огнем». 13 августа с требованием создания «правительства доверия» выступила Московская городская Дума. 9 августа 1915 года был образован «прогрессивный блок», в который вошли буржуазно-помещичьи фракции Государственной Думы, фракции Центра «Прогрессивные националисты», всего около четверти депутатов и часть членов Государственного Совета. Вся деятельность «Прогрессивного блока» была направлена на укрепление власти. «Не для революции мы призываем власть пойти на соглашение с требованиями общества, а именно для укрепления власти и в целях защиты Родины от революции и анархии», – говорил Тучков. Центральным пунктом программы блока было создание министерства общественного доверия, частичная политическая амнистия, восстановление профсоюзов и рабочей печати, предоставление автономии Польше, примирительная политика в Финляндии, уравнение в правах крестьян с другими сословиями и т. п. Это сказалось на снижении активности рабочего движения.

Николай II принял решение стать во главе армии. В правительстве наметилось две линии: за соглашение с «прогрессивным блоком» и совместную работу с Думой; против уступок и за скорейший роспуск Думы, где, по мнению Горемыкина, «болтают много всякого вздора». Николай II встал на сторону Горемыкина, и Дума 4 сентября до февраля 1916 года была распущена.

В то время разгорался стачечный дух во многих городах России. Внешне крестьянских волнений стало как бы меньше, но скрытый потенциальный дух крестьянского движения оставался очень высоким. Россия к осени 1915 года вновь вступила в предреволюционное состояние. В первой половине 1916 года началась активность рабочего класса. Основным требованием рабочих было повышение заработной платы. Январская политическая забастовка в Петрограде положила начало политическим демонстрациям с лозунгами «Долой войну!». Усилилось крестьянское движение.

За 1916 год в стране было отмечено 294 выступления, в 91 случае правительство вводило в охваченные волнением регионы войска. Продолжались волнения в армии и на флоте. Поднялось национально-освободительное движение в Средней Азии, Казахстане и др. территориях. Были произведены замены председателя Совета Министров, некоторых министров, но недовольство, брожение народных масс продолжалось. Все более ненадежной становилась армия, усилилось дезертирство. По данным Родзянко в 1915–1916 годах число сдавшихся в плен дошло до 2 млн человек, а дезертиров – до 1,5 млн человек. Это движение в армии становилось массовым.

Во время ноябрьско-декабрьской сессии Государственной Думы критика правительства со стороны левых сил, «прогрессивного блока» и части правых достигла своей кульминации.

Спасая положение, царь отстранил Штюмера от должности Председателя Совета Министров и от всех других обязанностей и назначил главой правительства сторонника «разумных реформ» А. Ф. Трепова. После того, как Трепов поставил перед Николаем II вопрос суда над Сухомлиновым и отставки Министра внутренних дел Протопопова, он был отстранен. Председателем Совета Министров был назначен больной и старый князь Н. Д. Голицын. Предлагалось в больших городах ввести военное положение. В либеральных кругах стали поговаривать о необходимости дворцового переворота. Планы заговорщиков предусматривали арест Николая II, принудительное отречение от престола в пользу сына Алексея.