6. «Возвращайся, Гиппо!..» Эпилог

…Так развеялись два года,

как Шатуры едкий дым.

Всё ему здесь — и погода,

и российская природа,

и еда, и даже мода

стало близким и родным.

Ночью спал он у комода,

днём работал для народа —

не считал себя «крутым».

Он любил Москву всем сердцем

за открытый нрав её.

Ел салат с зелёным перцем

и ценил своё житьё.

Но порой, придя с работы

и хватив кваску бокал,

он родимое болото

вдруг с тоскою вспоминал.

Да, с Москвою он сроднился,

но душа зовёт назад.

«Где родился — там сгодился», —

как в России говорят.

Видно, надо возвращаться —

там и мама, и отец.

Видно, час пришёл прощаться,

есть всегда всему конец.

Рассчитавшись в зоопарке,

он на все свои рубли

накупил родне подарки,

чтоб и в Африке могли

вечерком, средь звона мошек,

прежде, чем улечься и спать —

сто весёленьких матрёшек

друг из дружки вынимать…

Только как ему вернуться?

В самолёт залезет он —

будет там не разминуться:

он расклинит весь салон.

Вдруг случится так, что надо

пассажирам в туалет,

а проход огромным задом

загорожен — хода нет!

Надо срочно делать что-то,

ведь не зря, едва лишь ночь —

и вплывает в сон болото,

а Москва — отходит прочь…

…В мире много бед и злости,

но не меньше и чудес.

И пришёл вдруг к Гиппо в гости

сам министр МЧС.

В жизни множество подарков

ждёт на каждом нас шагу.

И, горя улыбкой яркой,

говорит ему Шойгу:

«Вертолёты дружным строем

завтра в Африку летят.

Мы дома там людям строим

и детсадик для ребят.

Там в пустыне — наводненье

смыло целый городок!

Русским людям — наслажденье

взять пилу и молоток.

Мы построим им бунгало

на четыреста семей.

Ну, а если будет мало,

мы им целых два квартала

возведём там для людей.

Если кто-то нас попросит —

мы, не медля, мчим вперёд…

Можем и тебя подбросить

до твоих родных болот.

Сядешь в люльку из брезента,

к ней привяжем прочный трос…

Нынче наши президенты

обсуждали твой вопрос».

…Ночь прошла — и над лесами,

через ширь полей и вод,

полетел под небесами

из России бегемот.

Вниз поглядывая робко,

Гиппо видел целый мир:

вон в стороночке — Европка,

вон — Афины, вон — Каир.

Вон — идут в потоках пота

бедуины по песку.

Вон — и милое болото,

что зажгло в душе тоску.

Полный счастья и печали,

на поляне Гиппо сел.

И все джунгли закричали:

«Гиппо! Гиппо прилетел!»

Загалдели попугаи,

затрубил слонихе слон:

«Ты слыхала, дорогая?

Гиппо — с нами, с нами он!»

Вмиг мартышки-вертихвостки

разнесли по лесу весть,

что их давний друг московский —

снова с ними, снова здесь!

Из ближайшей мутной лужи,

обе с радостным лицом,

встали две большие туши,

пошагав к нему по суше,

и узнал он мать с отцом.

Все полезли обниматься,

но свалили Гиппо в грязь.

Стали вместе подниматься,

над собою всласть смеясь.

Гиппо снова поскользнулся

и, восторга не тая,

громко крикнул: «Я — вернулся!

Это — Родина моя!..»

...........................................

…Так свершается вращенье

наших жизней на Земле —

расставанье, возвращенье,

день в сиянье, ночь во мгле.

Сладко спать среди болота,

слыша ветер в камыше.

Ни работы, ни заботы —

только счастье на душе.

Райских птиц весёлый промельк,

свист в лесу, а вкруг него —

только солнце, грязь и, кроме

солнца с грязью, никого.

Но под сенью пальм красивых

на закате слышал он,

как струился из России

колоколен милый звон.

А в ночи, — то ль всех пугая,

то ль хуля, а то ль хваля, —

тарахтели попугаи,

криком джунгли веселя.

Но в ответ кричащим птицам

и мартышкам, что визжат,

лился голос из столицы:

«Милый Гиппо, приезжай!»

И ему припоминался

им увиденный Валдай.

(А ещё ведь там остался

неизведанный Алтай!..)

Как ему в пространстве сблизить

эти джунгли и Арбат?

Как Россию не унизить

тем, что он болоту рад?..

Глядя ввысь, он погружался

в звёздной ночи синеву

и как будто возвращался

в освещённую Москву.

Даль темнела, словно глыба,

ночь звенела, как трамвай:

«До свиданья, милый Гиппо!

Ты о нас — не забывай.

До свиданья, друг! Навечно

ты теперь в душе у нас.

Знаем, будет, будет встреча

впереди ещё не раз.

Что нам — вёрсты и года?..

Дружба — это навсегда!..»