Сомнамбула

Сомнамбула, спящий пророк,

Босыми ступнями по полу,

Крещенский не чувствуя холод,

Шагаешь в назначенный срок

Навстречу светилу. Очнись!

Твои небеса под запретом!

Ты тянешься вверх и при этом

Безудержно падаешь вниз.

Полёт твой не больше, чем сон.

Его траекторию зная,

Шумит голубиная стая,

Испуганно взмыв под балкон.

Но шаг безвозвратный вовне

Ты сделал — во сне, наяву ли —

И голуби шеи свернули,

Теряя твой след на Луне.

* * *

Когда темно в душе поэта,

Как тень, черны его стихи.

В них нет ни запаха, ни цвета,

Они пустынны и глухи.

И, многократно отражаясь,

В них черноточат злость и страх.

Земля холодная, чужая

Глядит на нас в его стихах.

Лишаясь музыки и света,

Всё гибнет, прикоснувшись к ней.

И тёмная душа поэта

Чем одаренней, тем страшней.

* * *

Душа, как нищенка, нагая,

Решила помогать другим,

Поскольку проще, помогая,

Себя не чувствовать нагим.

Любви разбрасывая семя,

Она рассказывала всем,

Как просто, став любимой всеми,

Себя не чувствовать совсем…

Из цикла «Графоманки»

Работала Клавдия Яковлевна

Учителем в среднем звене.

Тоску свою Клавдия Яковлевна

Ночами топила в вине.

Но были за Клавдией Яковлевной

Ещё не такие грехи —

Почтенная Клавдия Яковлевна

Украдкой писала стихи!

Бывало, у Клавдии Яковлевны

Контрольная или «окно» —

Задумалась Клавдия Яковлевна,

Уставилась молча в окно…

Директор ей: «Клавдия Яковлевна,

Нас вызвали в райисполком»,

А дети ей: «Клавдия Яковлевна,

Колбаскин опять под столом!»

Воспрянет тут Клавдия Яковлевна

Кубанских томатов красней —

Не трогайте Клавдию Яковлевну,

Поэма рождается в ней!

* * *

Она была голодною

И бедною была.

И платьице немодное

Истёрлось добела.

Нелепая, неверная,

Без связей деловых,

Стихи писала скверные

И скверно пела их.

И жизненной изнанкою

Свой краткий век жила,

И в подворотнях с панками

И пела, и пила.

Цвели цветы неяркие

В бесхитростной душе.

Лишь панк поёт под аркою,

Где нет её уже…

Пускай же всем отплатится

Несчастное житьё!

И выцветшее платьице,

И худенькие пальчики,

Углы чужие, съёмные,

И спившиеся мальчики,

А самое-то главное —

Как провод, оголённая,

Никем не оценённая

Поэзия её!

* * *

Когда на обрыве стоишь речном

И сердце твоё звенит,

И вечность ты чувствуешь за плечом —

Он рядом с тобой стоит.

На шумной пирушке сквозь гам и смех

Не разобрать ничего,

Но вдруг накрывает молчанье всех —

И это голос Его.

Он был вместе с нами лишь миг назад —

Невидим, но ощутим.

И всё, что хотели бы вы сказать —

Уже подумано Им.

На ярмарке этой мы все равны,

И каждый здесь оценён,

Но всё, чему мы не найдём цены —

Одно из Его имён.