Маргарита Ерёменко[73] Метелью на стекле

В спутанных твоих волосах —

Летние мои дожди.

Тише сиди на часах,

Тише смотри, говори…

Потому, если тронется лёд,

Ускользнёт моя рука, ускользнёт,

Ускользнёт — не будет «ждёт» и «не ждёт» —

Просто — пока.

В переплётах неподшитых — подол…

Будешь петь — любить и пить — голосить,

Потому что, если тронется лёд,

То подаренных сапог не сносить.

Тихо льётся под осиновый кол

Горемычная вода — пустота,

И качается легко-прелегко

Тень твоя.

Твоя. Легка-прелегка.

* * *

К вечеру затоскуешь,

носом почти клюёшь…

Это ж во сне такую

выплачешь, засмеёшь —

ся колокольцем в омут —

не отводи глаза:

бледная, как икона,

страшная, как гроза.

Вон в телогрейке колет —

выстиралось бельё.

Господи, слева колет,

справа — опять поёт.

Господи — ночью счастье,

а по утрам — грехи.

То есть по нашей части —

ангелы да стихи.

* * *

Прогретые солнцем луга,

И, солнцем твоим прогретая,

Легка, совершенно легка,

И неразличимо — где ты и я.

Ещё не разлиты водой,

Раскрыты и вместе сложены,

Листвой говорю, листвой,

И паузы невозможны, и…

И руки, и голова,

И небо, и облако белое —

Листва, говорю, листва,

И тело твоё загорелое.