Эфедрин

о бармаглотище немого языка

подохшая как яблоня ослица

не вывезти ей под обстрел меня

и отчего как эфедрин мне снится

солёная под пятницу москва

похожая на воробья из детства

и лобзик вжик и вжик насквозь меня

а кажется что в кадре этом

местность

как бармаглотище ты мой немой язык

слепое яблоко — больнее мандарина

и как мне до тебя суметь дожить

поскольку жизнь всё ж оказалась длинной

поскольку наблюдая местность нас

пасёт и эфедрина не хватает

и на глоток чужого языка

которого никто ещё не

знает

* * *

Прекрасны дворники, когда и их земля

уже почти касается — коснётся —

как имярек пуглива речь — когда

она ещё в себе самой проснётся?

Прекрасны дворники и их несёт земля —

считалочка сбывается — живыми,

читают землю, и раз, два — четыре

выходят ангела из [счёркнуто] угла,

с той стороны, где загнутая клумба

всё сохраняет, дворники летят.

Звезда их видит и внутри смеётся —

до полседьмого. Вырастет гора,

и бригадир придёт или приидет:

прекрасен дворник, если упадёт —

а сверху бог такими их увидит,

что утро Бога в отчий приберёт.

* * *

сведёт с ума присутствие зимы

как время кости наши с фотоснимков

рентгеновских — и разве были мы

иначе как под капельницей — близко

уже сгорание всего всего всего

за минусом под ёлкой мандарина

попробуем представим вкус без вкуса

холодное немёртвое зверьё

(перечеркнул — поскольку не моё

переписал — поскольку нас не видно)

сведёт с ума наличие имён

необходимость называнья вещим

произношения с акцентом и нулём

перешиваешь шерстяные вещи

сведёт до насекомого меня

чтобы раскройщики увидели земля

ладони разжимает и клевещет

особенно как видно детвора

глотает нашу жизнь за нас — в бега

нас ударяет в небеса гремя

как перебежчик

скажу тебе нам не сойти с ума

пока лучи рентгеновские светят

насквозь отличия зимы и января

пережимают глотку говоря пускай

ещё немного много не заметят

и я сижу смотрю на этот луч

благодаря судью или присяжных

или подонка что велик-могуч

засунул в тело мне и с тем оставил

* * *

…чтобы покоились с миром палочки Коха

Светлана Чернышова

о господи мы выпав из тебя

летим как мошка из глубин сибирских

с урановой рудой в одной руке

с уродом восковым на колпаке

с трудом большим припоминая близких

мы край тебе свинцовая вода

вина виной но мне не удержаться

и главная задача у з/к

отсюда прыгнув

до тебя добраться

о господи храни свою руду

шугая вертухая и собаку

ураново здесь нам по глубине

твоей и прочее почти уже

не жалко

о господи в краплёном колпаке

хитином тельника зажаты в кулаке

урана Мельпомены пилорамы

о господи прощай как я прощу

законника что приведёт к врачу

но больше вероятие

что в яму