2. Московские будни

Бегемоту жить непросто

в тесном городе Москве.

Хоть и малого он роста,

но ведь весит — тонны две!

Кто такого согласится

посадить к себе в такси?

Тут бессмысленно проситься,

так что даже — не проси!

Летом — даже толстопятым

хочется, когда жара,

заскочить в кафе к ребятам —

съесть пломбира полведра.

Но не ставят из бетона

мебель в детский уголок.

Где взять стул, чтоб он две тонны

удержать спокойно мог?

(Я во всех кафе огромных

побывал и знаю сам —

не найти там мест укромных,

где б мог сесть Гиппопотам.)

Тяжело и магазины

бегемоту посещать:

двери там не из резины —

начинают вмиг трещать.

Потому он шёл на рынок,

где ворота широки,

покупал там десять крынок

молока и пуд муки.

Ставил дома тесто в ванне,

пёк на кухне пироги,

ну, а после — на диване

сочинял весь день стихи.

Были им в стихах воспеты

Кремль, Арбат, луна во мгле…

Что поделать, коль поэтом

он родился на земле?

А когда он шёл, как глыба,

и его народ встречал,

каждый встречный: — «Здравствуй, Гиппо!» —

увидав его, кричал.

Но грустнел душой он, ибо,

вспоминал, как средь болот:

«Гиппо, Гиппо, где ты, Гиппо?» —

мать его к себе зовёт…