Ольгерта:
Ольгерта:
Феминизм, как и его последовательницы, оброс мифологией. Каких ужасов только нам не приписывают. Разве что христианских младенцев мы не едим. А вот всех мужчин наверняка готовы съесть… или просто убить… ну, уж точно феминистки их ненавидят! Так же, как и лесбиянки, — все они против мужчин! Посторонним как?то невдомек, что лесбиянки — это женщины, любящие женщин. И им дела нет до мужчин. Весь их эмоциональный мир направлен на женщин, мужчинам там места нет, а следовательно, там нет места и ненависти в отношении мужчин. Разве что в каких?нибудь конкретных жизненных ситуациях, но не программно.
Вы серьезно считаете, что мужчины — зло?
А феминистки — это женщины, которые защищают права женщин, которым дорог «женский мир» с женскими ценностями, и поэтому эмоционально они тоже связаны с женщинами, с защитой их прав и свобод. Но это не подразумевает автоматически, что феминистки борются против мужчин и ненавидят их. Нет. Феминистки хотят изменить сами принципы существования общественного устройства. И если мужчины нам помогут, то от этого только всем будет хорошо.
Воззрения феминизма возникли не вчера. Уже несколько столетий феминистские идеи прорываются в учениях тех или иных мыслителей. Эти взгляды развивают как философы, так и общественные деятели, как женщины, так и мужчины, как в Европе, так и в Азии. Феминизм пока не стал идеей, захватившей умы человечества. Но этот день не за горами, так как альтернативы феминизму нет. Феминизм пока не стал единым учением со стройно изложенной системой взглядов. Но это и не является целью, так как феминизм — живая система взглядов, воззрений, точек зрения, и она развивается с каждой новой участницей, с каждым новым витком общественного движения. Пора уже и России включиться в развитие идей феминизма. Российским феминисткам есть, что сказать обществу. Однако на постсоветском пространстве к феминизму по?прежнему относятся настороженно. Он считается учением, пришедшим с Запада, чуждой россиянам идеологией. Феминизм отвергается и высмеивается, многие считают его чем?то неприличным и порочным, о чем следует молчать. За феминизм еще не сажают, но его уже публично осуждают. В официальных СМИ феминистские воззрения никто не высказывает, потому что в официальных кругах их никто и не придерживается. Феминистки — это фигуры умолчания, для россиян нас нет, так как нас не показывают по телевидению, наш голос не слышен, идеи остаются не высказанными. В России считается, что революция 1917 года решила женский вопрос: женщинам дали право голоса, им предоставили право на образование, на труд и закрепили равенство прав в Конституции. Казалось бы, чего еще требовать? Однако на деле равенство прав не соблюдается, остается простой формальностью, а общество продолжает жить в рамках двойных стандартов, «стеклянного потолка» для карьерного роста и тройного рабочего дня для женщин.
По моему, вы преувеличиваете/раздуваете проблему: всех так или иначе дискриминируют!
Женщина вынуждена строить свою жизнь на принципах патриархата, говорить с миром на его языке. Но при этом оставаться женщиной, со своим жизненным опытом, своими интересами и потребностями. Чтобы сохранить себя, женщине приходится жить в «параллельном» мире, не включаясь в патриархальные традиции общества. Однако в социальном мире мы необходимо играем по правилам патриархата: строим карьеру, открываем свой бизнес, отвоевываем себе место под солнцем. И получается так, что современные, сильные, самодостаточные, успешные женщины, развивая в себе лидерские качества, играют не против патриархата, а за него, пробиваясь в команду его лидеров. Но и безвольные, слабые, прячущиеся за мужнино плечо женщины также играют в команде патриархата в качестве защитников.
Ведь правда, все феминистки просто страшные, унылые, злобные, озверевшие от мужского невнимания и неуспешности, а кричат от проблем с психикой и личной жизнью?
И лишь осознанное восприятие идей феминизма поможет женщинам изменить этот мир. Пока же кто?то свои феминистские взгляды скрывает, предпочитает не афишировать, а кто?то их попросту не осознает. Мало кто из окружающих знает, какие социальные и политические задачи ставят перед собой феминистки, но многие чувствуют в них угрозу и начинают в официальной культуре, а также в соцсетях вести против них кампанию. Именно поэтому так часто можно услышать фразу: «Я не феминистка, но…» Женщины, имеющие и высказывающие феминистские взгляды, не хотят быть причисленными к этому движению за изменение существующего положения вещей. Они стараются делать вид, что их устраивают неизменные гендерные нормы и что их взгляды ничем не угрожают мужчинам. Они хотели бы изменить только отношение к ним мужчин, политику государства в отношении женщин (а заодно и всех граждан), и чтобы общество отказалось от культуры насилия.
Таким образом, многие женщины уже высказывают феминистские взгляды, даже не называя себя феминистками. И это гораздо лучше, чем когда женщина говорит, что она никакой дискриминации не испытывает, удачно строит свою карьеру, не ощущает никакой угрозы насилия и вообще все это выдумки неудовлетворенных женщин. Когда так говорит женщина в частной беседе, то это — полбеды.
Что это вы говорите от лица всех женщин? Самоутверждаетесь за счет нормальных?
Хуже, когда так думает и говорит депутатка какого?нибудь законодательного собрания.
Как?то на записи беседы, посвященной 8 Марта, я услышала слова женщины, выбранной в законодательные органы одного подмосковного района. Она как раз говорила о том, что в ее карьере мужчины ей только помогали, что у нее любящий муж и прекрасные сыновья. За нее можно было только порадоваться. Но вставал вопрос: услышит ли она голоса тех женщин, у которых в жизни все складывалось не так розово, как у нее, тех, кто испытывает домашнее насилие и не знает, куда уйти с ребенком от мужа?алкоголика, тех, кто уперся в «стеклянный потолок» и не знает, как строить свою карьеру дальше, тех, кто испытывает сексуальные домогательства от начальника, а уйти с работы не может, так как другой работы в маленьком городке нет, и т. п. Сможет ли она помочь девочке, которую изнасиловали в школе одноклассники — сыновья тех, кто сидит в том же заксобрании? Когда женщины во власти не видят никакой дискриминации женщин, никаких гендерных вопросов у них не возникает — вот это действительно страшно.
Феминизм — это желание женщин получить привилегии и ничего не делать. Женщины не могут конкурировать с мужчинами, поэтому хотят добиться своего через введение различного вида квот и послаблений.
Именно поэтому некоторые феминистки ставят себе цель пройти во властные органы, чтобы менять структуры изнутри. Чтобы способствовать принятию закона против домашнего насилия. Чтобы уже наконец приняли закон о гендерном равенстве, чтобы защищать репродуктивные права женщин и т. п. Этим не изменить общественное устройство, но можно постепенно менять общественное сознание.
Как женщины от стадии «Я не феминистка, но…» переходят к осознанию ценности феминизма? По?разному. По сети давно гуляет вот, например, такой текст (http://alivewomen.livejournal.com/9668.html).
Более 800 000 книг и аудиокниг! 📚
Получи 2 месяца Литрес Подписки в подарок и наслаждайся неограниченным чтением
ПОЛУЧИТЬ ПОДАРОКДанный текст является ознакомительным фрагментом.
Читайте также
Ольгерта:
Ольгерта: «Мужской взгляд» и миф о красоте разъединяют женщин. Они ввергают их в ситуацию ложной конкуренции за самца, за место под солнцем. Миф «разделяет и властвует», обращая женщин друг против друга, против самих себя. Он заставляет соперничать и обвинять, видеть в
Ольгерта:
Ольгерта: Повинуясь такой логике, самыми рьяными сторонницами женского обрезания становятся женщины.Женское обрезание — операция, состоящая в удалении или травмировании частей женских гениталий. Удаляют головку, захватывая тело, клитера, а также малые половые губы.
Ольгерта:
Ольгерта: Все общество пропитано мизогинией: женщин насилуют, убивают, дискриминируют на работе, в семье. И нет смысла выстраивать иерархию проявлений мизогинии: женщину убили только потому, что она не понравилась как женщина — это сильное проявление мизогинии, с ним
Ольгерта:
Ольгерта: Возможен ли сексизм в отношении мужчин, так называемый «обратный сексизм»? На этот вопрос может ответить социология, которая изучает закономерности, структуры, социальные институты. В нашем случае интересны властные институты, проводящие сексистскую политику,
Ольгерта:
Ольгерта: Мечтать о равных возможностях при приеме на работу женщинам пока не приходится. Даже в официальных документах есть свидетельства о широком распространении практики дискриминации женщин при приеме на работу: «…около трети руководителей организаций различных
Ольгерта:
Ольгерта: Хороший вопрос! Действительно, почему мужчины убеждены, что они лучше женщин справятся с той работой, за которую больше платят? И почему женщина должна нести всю ответственность за продолжение человеческого рода, а мужчина в это время может отсидеться в кресле
Ольгерта:
Ольгерта: В русскоязычном пространстве стали использовать слова «абьюз» и «абьюзер», так как абьюз в европейских странах это больше чем то, что в России относят к насилию. Абьюз — это и брань, и плохое обращение, угрозы, запугивание, это насилие в отношениях в самом
Ольгерта:
Ольгерта: В США, где система борьбы и профилактики домашнего насилия развита хорошо, в год погибает примерно две тысячи женщин. В России эта цифра больше в шесть?семь раз. Вероятность быть убитыми своими партнерами у женщин в России в 2,5 раза выше, чем у женщин США, которые в
Ольгерта:
Ольгерта: Женщины и крутятся как могут. Но очень часто не могут и убивают своих насильников. Тогда их сажают за превышение необходимой самообороны. Или их трупы находят в багажнике автомобиля (как, например, в деле о пропаже Ирины Черска). Убийство — это предельный случай
Ольгерта:
Ольгерта: Домашнее насилие не имеет социальных границ. Оно случается во всех социальных группах независимо от уровня образования и доходов. Опыт работы «телефонов доверия» показывает, что насильниками могут быть и ученые, и бизнесмены, и рабочие, и служащие, и бедные, и
Ольгерта:
Ольгерта: Обычно семейные отношения начинаются с любви. Для большинства женщин первая пощечина — это неожиданность. Насилие возникает не в самом начале связи, когда легко уйти, а через какое?то время, когда отношения стали стабильными и мужчина приобрел определенное
Ольгерта:
Ольгерта: СМИ старательно формируют мнение, что сексуальное насилие красиво и стильно и что женщинам оно нравится. Эротизация и эстетизация насилия над женщинами началась одновременно с ростом влияния женщин в общественной сфере. Фильмы, книги, музыка, вся массовая
Ольгерта:
Ольгерта: Секс?позитив, предлагаемый сегодня, — это не что иное, как возведенные в стандарт мужские потребности, подогреваемые порнокультурой. Женщине в этом «позитиве» просто нет места, ее желания (и нежелания) не влияют на сексуальные ритуалы в большинстве пар. И
Ольгерта:
Ольгерта: Разорвать порочный круг насилия можно только сменой парадигмы: вместо патриархата следует построить общество, основанное на феминистских ценностях, — в этом случае насилие как фундамент патриархата уйдет и человечество будут связывать человеческие
Ольгерта:
Ольгерта: Феминизм, как и его последовательницы, оброс мифологией. Каких ужасов только нам не приписывают. Разве что христианских младенцев мы не едим. А вот всех мужчин наверняка готовы съесть… или просто убить… ну, уж точно феминистки их ненавидят! Так же, как и