Ольгерта:
Ольгерта:
В русскоязычном пространстве стали использовать слова «абьюз» и «абьюзер», так как абьюз в европейских странах это больше чем то, что в России относят к насилию.
Абьюз — это и брань, и плохое обращение, угрозы, запугивание, это насилие в отношениях в самом широком смысле слова (эмоциональное, вербальное, физическое, экономическое и т. п.), это агрессия, злоупотребление доверием, пренебрежение. То есть многое из того, что в российском обществе к насилию и относить?то было не принято.
Больше всего, хотя это и не очевидно, женщины страдают от домашнего насилия. По официальной статистике МВД РФ, в России 40 % всех тяжких насильственных преступлений совершается в семье. Общее количество «домашних» преступлений растет год от года. Ежегодно более 10 тысяч женщин погибает от рук мужей, партнеров, сожителей, отцов, братьев и других близких мужчин.
Домашнее насилие — это повторяющийся с увеличением частоты цикл насилия одного партнера по отношению к другому в близких отношениях, в первую очередь в браке. Может выражаться в форме физического, сексуального, психологического (эмоционального, словесного) и экономического насилия, оскорбления и давления по отношению к своим близким с целью обретения над ними власти и контроля. Домашнее насилие имеет явные гендерные признаки: его жертвами чаще всего становятся женщины.
Физическое насилие включает прямое или косвенное воздействие на жертву с целью причинения физического вреда, выражается в нанесении увечий, тяжких телесных повреждений, побоях, пинках, шлепках, толчках, пощечинах, бросании предметов и т. п. Телесные наказания в семье являются одной из форм домашнего насилия. К физическому насилию причисляется уклонение от оказания первой медицинской помощи, депривация сна, лишение возможности отправления жизненно?важных функций (например, отказ в душе и туалете), навязывание алкоголя и наркотиков против желания жертвы. Нанесение физического вреда другим членам семьи или животным с целью психологического воздействия на жертву квалифицируется как косвенная форма физического насилия.
Депривация сна — недостаток или полное отсутствие удовлетворения потребности в сне.
Сексуальное насилие — любое принудительное сексуальное действие или использование сексуальности другого человека. Секс с использованием принуждения может приносить насильнику сексуальное удовлетворение, хотя его основная цель, как правило, состоит в утверждении власти и контроля над жертвой. Часто люди, принуждающие к сексу партнеров, с которыми они состоят в браке, считают свои действия допустимыми на том основании, что это — их законная супруга.
Эмоциональное (психологическое) насилие выражается в унижении, оскорблении, контролировании поведения, изоляции, ограничении круга общения жертвы, контроле сознания, допросе, шантаже, угрозах причинения насилия, высмеивании, отказе в помощи, публичном порицании и т. п.
К экономическому насилию относится контроль над финансовыми и прочими ресурсами семьи, выделение жертве денег на «содержание», вымогательство, принуждение к вымогательству. Сюда также относятся запрет на получение образования и/или трудоустройство, и намеренная личная растрата финансовых средств всей семьи с целью создания напряженной обстановки, а также зависимости жертвы.
Таким образом, домашнее насилие принимает различные формы, проявляется разными способами, но суть его остается одной — это властные отношения в форме превышения силы, необходимой для безопасности, с целью унижения достоинства партнера.
Женщины просто любят «плохих»!
Ссоры и конфликты присутствуют в семейных отношениях всегда. Разница между конфликтом и насилием в наличии реальной причины в конфликте и отсутствием ее в акте насилия. Насильник зачастую объясняет свое жестокое поведение надуманными им причинами, хотя на самом деле все упирается в установление власти над другим человеком. Отличительной чертой насилия является цикличность и интенсивность происходящего и серьезность его последствий. Насилие — это тщательно выстроенная система установления власти и контроля, направленная на подавление личности другого человека. Женщины, подвергающиеся домашнему насилию, живут в постоянном страхе и стрессе, что приводит к потере уверенности, формированию низкой самооценки, различным недомоганиям.
Более 800 000 книг и аудиокниг! 📚
Получи 2 месяца Литрес Подписки в подарок и наслаждайся неограниченным чтением
ПОЛУЧИТЬ ПОДАРОКДанный текст является ознакомительным фрагментом.
Читайте также
Ольгерта:
Ольгерта: «Мужской взгляд» и миф о красоте разъединяют женщин. Они ввергают их в ситуацию ложной конкуренции за самца, за место под солнцем. Миф «разделяет и властвует», обращая женщин друг против друга, против самих себя. Он заставляет соперничать и обвинять, видеть в
Ольгерта:
Ольгерта: Повинуясь такой логике, самыми рьяными сторонницами женского обрезания становятся женщины.Женское обрезание — операция, состоящая в удалении или травмировании частей женских гениталий. Удаляют головку, захватывая тело, клитера, а также малые половые губы.
Ольгерта:
Ольгерта: Все общество пропитано мизогинией: женщин насилуют, убивают, дискриминируют на работе, в семье. И нет смысла выстраивать иерархию проявлений мизогинии: женщину убили только потому, что она не понравилась как женщина — это сильное проявление мизогинии, с ним
Ольгерта:
Ольгерта: Возможен ли сексизм в отношении мужчин, так называемый «обратный сексизм»? На этот вопрос может ответить социология, которая изучает закономерности, структуры, социальные институты. В нашем случае интересны властные институты, проводящие сексистскую политику,
Ольгерта:
Ольгерта: Мечтать о равных возможностях при приеме на работу женщинам пока не приходится. Даже в официальных документах есть свидетельства о широком распространении практики дискриминации женщин при приеме на работу: «…около трети руководителей организаций различных
Ольгерта:
Ольгерта: Хороший вопрос! Действительно, почему мужчины убеждены, что они лучше женщин справятся с той работой, за которую больше платят? И почему женщина должна нести всю ответственность за продолжение человеческого рода, а мужчина в это время может отсидеться в кресле
Ольгерта:
Ольгерта: В русскоязычном пространстве стали использовать слова «абьюз» и «абьюзер», так как абьюз в европейских странах это больше чем то, что в России относят к насилию. Абьюз — это и брань, и плохое обращение, угрозы, запугивание, это насилие в отношениях в самом
Ольгерта:
Ольгерта: В США, где система борьбы и профилактики домашнего насилия развита хорошо, в год погибает примерно две тысячи женщин. В России эта цифра больше в шесть?семь раз. Вероятность быть убитыми своими партнерами у женщин в России в 2,5 раза выше, чем у женщин США, которые в
Ольгерта:
Ольгерта: Женщины и крутятся как могут. Но очень часто не могут и убивают своих насильников. Тогда их сажают за превышение необходимой самообороны. Или их трупы находят в багажнике автомобиля (как, например, в деле о пропаже Ирины Черска). Убийство — это предельный случай
Ольгерта:
Ольгерта: Домашнее насилие не имеет социальных границ. Оно случается во всех социальных группах независимо от уровня образования и доходов. Опыт работы «телефонов доверия» показывает, что насильниками могут быть и ученые, и бизнесмены, и рабочие, и служащие, и бедные, и
Ольгерта:
Ольгерта: Обычно семейные отношения начинаются с любви. Для большинства женщин первая пощечина — это неожиданность. Насилие возникает не в самом начале связи, когда легко уйти, а через какое?то время, когда отношения стали стабильными и мужчина приобрел определенное
Ольгерта:
Ольгерта: СМИ старательно формируют мнение, что сексуальное насилие красиво и стильно и что женщинам оно нравится. Эротизация и эстетизация насилия над женщинами началась одновременно с ростом влияния женщин в общественной сфере. Фильмы, книги, музыка, вся массовая
Ольгерта:
Ольгерта: Секс?позитив, предлагаемый сегодня, — это не что иное, как возведенные в стандарт мужские потребности, подогреваемые порнокультурой. Женщине в этом «позитиве» просто нет места, ее желания (и нежелания) не влияют на сексуальные ритуалы в большинстве пар. И
Ольгерта:
Ольгерта: Разорвать порочный круг насилия можно только сменой парадигмы: вместо патриархата следует построить общество, основанное на феминистских ценностях, — в этом случае насилие как фундамент патриархата уйдет и человечество будут связывать человеческие
Ольгерта:
Ольгерта: Феминизм, как и его последовательницы, оброс мифологией. Каких ужасов только нам не приписывают. Разве что христианских младенцев мы не едим. А вот всех мужчин наверняка готовы съесть… или просто убить… ну, уж точно феминистки их ненавидят! Так же, как и