Сценарий «Торможение курса реформ»

Сценарий «Торможение курса реформ»

Всё изложенное в сценарии «Продолжение реформ» относится и к первому, и ко второму варианту развития событий. И ведут они в одну и ту же точку. Но во втором варианте, к которому мы сейчас перейдем, имеется некоторое сопротивление курсу реформ. Об этом каждый может судить уверенно, потому что именно этот вариант событий и реализуется сейчас.

Как показывают социологические исследования, большинство народа находится в состоянии пассивного сопротивления курсу реформ. Но не потому, что люди догадываются об истинных целях реформаторов. Просто каждый нутром чует, что реформы ведут к уничтожению лично его. Сопротивление проявляется в том, что производство товаров и услуг продолжается в условиях кризиса неплатежей и многократного снижения реальной заработной платы.

Те производители, которые по первому сценарию должны были уже свернуть свое производство, не хотят этого делать. Люди продолжают работать без зарплаты! Подобное нельзя представить себе в рамках западной экономической теории, согласно которой хозяйственная жизнь в России должна была бы прекратиться ещё несколько лет назад. Сопротивление видно и в деятельности ряда структур исполнительной власти: они тихо саботируют.

Обобщая факты «протеста», можно сказать, что любая деятельность, направленная на созидание, творчество, выпуск продукции, а не на разрушение, растление и расхищение объективно противостоит «курсу реформ». Независимо от того, осознаётся это как сопротивление, или нет. Скорее не осознается.

Вариант продолжения реформ с торможением можно представить себе как скатывание с обрыва, но не простое, а с постоянным застреванием на различных препятствиях. Задержались, покрутились, устойчивость нарушилась. Покатились дальше. Опять застряли, и т. д.

Самое плохое в такой динамике существования заключается в том, что люди теряют чувство опасности. Это – тот самый, уже описанный нами «феномен вареной лягушки». Известно, что у лягушки внутренняя температура соответствует внешней. Если поместить животное в воду и нагревать достаточно медленно, то оно успевает выравнивать внутреннюю и внешнюю температуру. И делает это до тех пор, пока не сварится. Но если лягушку сразу поместить в воду с высокой температурой, то эта разность даст сигнал опасности, и она выпрыгнет из воды.

Стремление образовывать локально устойчивые состояния лежит в природе человека. Но особо развито это умение у россиян, потому что условия у нас всегда экстремальные, а жить хочется. Каждый из нас в ходе реформ создавал для себя лично приемлемые условия. (Правда, не всем удавалось и удается приспособиться, в чем и есть причина сверхвысокой смертности.) Но сегодня этот эффект может сыграть плохую шутку. Ситуация плоха тем, что люди перестали чувствовать историческую перспективу, им уготованную, и теряют драгоценное время, которое могли бы потратить на оптимизацию дел в стране.

Поэтому те, кто приспособился (не важно, что у большинства ситуация объективно ухудшилась, они ощущают не абсолютные значения благосостояния, а относительно своего окружения), боятся, что резкие движения нарушат их мирок. И чисто психологически они не хотят слышать и не слышат сообщений о реальных тенденциях, происходящих в обществе. А на тех, кто пытается сообщить плохие вещи, с гневом обрушивают все свое недовольство.[14]

Большинство не может понять, что нет опасности скупки нашей экономики, а есть только опасность ее уничтожения. Ведь для многих рабочих всё равно, что производится на их предприятии, и кто будет директором, – японец или американец, лишь бы платили зарплату. Главное выжить сейчас, а «про потом» будем думать потом. И людям не верится, что японец или американец купит их предприятие не для того, чтобы что-то производить, а для того, чтобы закрыть.

В результате такой эволюции – падение с замедлением – устойчивость достигается только за счёт ранее накопленных ресурсов. Когда какой-нибудь из них кончается, общество опускается на новый устойчивый уровень, который, естественно, хуже предыдущего, но, тем не менее, позволяет существовать ещё какое-то время, – до следующего исчерпания очередного ресурса и скачкообразного сброса жизненного уровня, и т. д.

И раньше, и в настоящее время имеется некоторое сопротивление курсу «реформ» даже в верхах. Причина проста. Ведь на самом деле идет постоянная борьба между сторонниками «либерализма» и теми, кто от его победы пострадает. Но сколь долго так будет продолжаться, сказать трудно, – хоть это и самый вероятный сценарий на ближайшее время, но он не устойчивый.

Сегодня энергетика – одно из самых слабых мест экономики. Рост цен на нефть и газ на мировом рынке ведёт к тому, что их всеми возможными способами вывозят из страны. Если же они дешевеют, то затраты на их добычу становятся больше, чем получаемый доход, и добыча снижается. Владельцы компаний, чтобы получать избыток энергии для продажи за границу, повышают её цену на внутреннем рынке и требуют стопроцентной оплаты «живыми» деньгами.

Вывозя энергию и энергоресурсы за рубеж, они объясняют, что это делается в интересах всей страны: «Когда у нефтяников много денег, они тратятся не только на виллы в Монте-Карло, но и, к счастью, расползаются внутри страны и повышают покупательский спрос. То есть, грубо говоря, каждый доллар, заработанный нефтянкой, это лишние пять центов, которые получило население».

Такие рассуждения публикуют газеты! Какая-то перевернутая логика. Мы должны идти на огромные потери для того, чтобы малая толика наших денег осталась в стране. Иначе говоря, чтобы купить хлеб за пять рублей, мы должны отдать продавцу сто рублей, тогда он вернет нам пять, и на них-то мы и купим хлеб.

И дальше между сбросами жизненного уровня будут возникать периоды стабилизации, продолжающиеся до исчерпания очередного ресурса. Например, ближайший «сброс» связан со стремлением Чубайса увеличить доходы своего РАО «ЕЭС России» за счет газовой и нефтяной трубы. Покупая энергоносители по внутренним ценам, он получает дешёвое электричество, а потом добивается разрешения продавать электроэнергию за границу по мировым ценам, а разницу оставлять у себя. Чтобы получить избыток энергии, он и начал борьбу якобы ради оплаты энергии живыми деньгами, понимая, что в стране нехватка наличных, и многие не смогут вовремя платить.

Некоторые говорят, что отключение энергии неплательщикам – правильная мера. В таком случае, ждите остановки транспорта и отключения связи. Кстати, для чего в стране суды, если все проблемы можно решить, отключая рубильник?

Процветание Чубайса зависит от того, что у Газпрома остаются две цены, низкая внутренняя, и высокая внешняя. Но Газпрому это совершенно не нужно! Ведь он может продавать свои энергоносители за рубеж и без таких подарков Чубайсу. Такие же противоречия – и между РАО «ЕЭС России» и производителями алюминия и удобрений; последние хотели бы, чтобы цены на энергию были как можно ниже, а энергетики, наоборот, чтобы они была выше. Таким образом, большинство экономических игроков желают «либерализма» для себя, но чтобы другие оставались в прежней ситуации. Наша верховная власть качается туда-сюда, под действием разных ветров, а цены они не падают, а только растут, сбивая жизненный уровень народа.

Ничего иного, кроме снижения жизненного уровня, нельзя ожидать и от разделения электроэнергетики на две части: производящую энергию, и продающую её. Тем более, что эту идею проталкивает сам А.Б. Чубайс. Он однажды выступал по телевидению и выражал удивление: как это люди не понимают, что от такой реформы цены непременно снизятся? Телезрители тоже удивлялись: как это цены снизятся, если НИ ОДНА РЕФОРМА не привела ни разу к их снижению? Особенно, если где-то рядом с этой «реформой» маячил Чубайс.

В ближайшие годы следует ожидать массового выхода из строя различных технологических систем, которые дорабатывают или уже выработали свой ресурс, а замены им нет. Обычно плановые замены происходили за счет амортизационных отчислений, однако в 1990-е годы предприятия были вынуждены использовать амортизационные отчисления не по назначению, а для пополнения оборотных средств, съедаемых инфляцией и неплатежами. Аварии, которые уже происходят – следствие такого старения. Это обстоятельство также чревато падением жизненного уровня.

Количество энергии на внутреннем рынке связано с общим уровнем производства, и уменьшение этого количества из-за возможных аварий приведет к дальнейшему сокращению производства. Это даст толчок к очередному падению жизненного уровня. Такой же эффект будет иметь резкое снижение мировых цен на энергоносители. С другой стороны, на внутреннем рынке эти цены будут расти, приближаясь к мировым, а от этого товары станут неконкурентоспособными на внешнем рынке, а если импорт начнут сдерживать таможенными мерами, то их конкурентоспособность упадёт и на внутреннем рынке, из-за падения покупательского спроса.

Куда ни кинь, всюду клин. Для нашей обыденной жизни всё это означает, что если вчера замерзало около 60 тысяч человек в год, сегодня – сотни тысяч, то завтра счёт пойдёт на миллионы. У жителей городов просто не будет тепла и света, и ниоткуда уголька не подвезут. Дальше, – больше: «Приморские страдания» рано или поздно достигнут Москвы. Процесс уменьшения населения ускорится, производство будет падать, вывоз ценностей элитой продолжится, и всё закончится так же, как и в первом варианте, только позже.

Такой ход событий не должен особо волновать Запад, более того, он даже лучше для него, поскольку не грозит неуправляемой смутой. Имеются риски лишь в борьбе за передел собственности на высшем уровне, в ходе которой возможны апелляции воюющих олигархов к народу, что может привести к неким вооружённым беспорядкам. А в целом такая эволюция более мягкая, чем первый сценарий, но устойчивое конечное состояние будет то же.

Правда, продление агонии порождает дополнительные трудности с бюджетом: в течение длительного срока нельзя будет уменьшить расходы на государственное управление, ибо надо будет дольше удерживать единство страны. При ослаблении центральной власти на местах начинают развиваться тенденции к сепаратизму, и чтобы их пресечь, власть ужесточает свою «вертикаль», а это очень затратно, и ведёт к необходимости урезания всех социальных трат, а также трат на развитие. Отсюда – ухудшение образованности населения, повышение смертности, ибо лекарства и медпомощь становятся малодоступными.

Уже сегодня Федеральный бюджет удалось сбалансировать лишь потому, что из региональных бюджетов выкачали всё возможное. А это значит, что если раньше человек приходил в больницу со своим полотенцем, носками и лекарствами, но при этом сама больница стояла на месте, и в ней хотя бы минимальный ремонт делали, то скоро денег может не хватить даже на покраску здания.

Реальная пенсия будет падать, по-прежнему отставая от прожиточного уровня. Новое пенсионное законодательство приведёт к тому, что скоро государство вообще откажется её платить, предложив гражданам заранее откладывать деньги на свою старость. А граждане, состарившись, обнаружат, что из накопленного ими ничего не осталось, – как это случилось с накоплениями в Сбербанке в 1991 году.

Но первое, что ждет граждан в ближайшее время – это невозможность платить за жильё; возможно, неплательщиков начнут переселять в какие-нибудь бараки. Поездки на работу будут дорожать, – цены на транспорт очень быстро растут, а «льгот» все меньше. В Москве в начале 90-х было 6000 автобусов, теперь – 3000, а интервалы увеличены. Рост транспортных тарифов будет очень сильным ударом по целостности страны. Рано или поздно встанет вопрос по удержанию Дальнего Востока, Юга Сибири, Калининграда и т. д.

В рамках данного сценария возможны свои дополнительные варианты. Например, и в самом деле достигли некоторого замедления темпов падения через занижение курса национальной валюты по сравнению с долларом. Это поощрило экспортеров и в какой-то степени способствовало поддержке отечественных производителей. Но провести такой вариант до полного развития не удаётся, потому что есть структуры, наживающиеся как раз на импорте.

Неустойчивость сценария «куда кривая вывезет» проистекает по двум причинам. Первое. Если в борьбе за передел собственности выделится сплоченная группа победителей, то страна немедленно перейдет в режим первого сценария, а он устойчивый. Второе. В случае сильного давления «Запада» на наших нуворишей, и особенно на их капиталы за границей, часть из них повернётся лицом к стране и начнет работать, чтобы Россия укрепилась, – и в этом случае возможен переход на траекторию третьего сценария, «мобилизационного».

К этому же результату приведет и глобальный мировой кризис, в результате которого богатая часть народа поймёт, что её выживание возможно лишь в России, и с Россией.

Опасна борьба за передел собственности на высшем уровне. В процессе этой борьбы возможны боевые столкновения, а Западу они не нужны. Он и в самом деле не очень хочет ввязываться в вооруженное противоборство на нашей территории. Потому что, если воевать с Россией, то неизвестно, чем всё кончится. А впрочем, известно.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.