Мурка
(подцензурная)
Как-то было дело, выпить захотелось —
Я зашел в шикарный ресторан.
Вижу, возле бара там танцует пара —
Мурка и какой-то юный франт.
Я к ней подбегаю, за руку хватаю:
«Мне с тобою надо говорить!»
А она смеется, только к парню жмется:
«Не о чем, — сказала, — говорить!»
«Мурка, в чем же дело, что ты не имела,
Разве я тебя не одевал?
Кольца и браслеты, шляпки и жакеты
Разве я тебе не покупал?
Здравствуй, моя Мурка, здравствуй, дорогая,
Здравствуй, моя Мурка, и прощай!
Ты меня любила, а теперь забыла —
И за это пулю получай!»
В середине 60-х годов, еще десятилетним мальчиком, я впервые услышал «Мурку» именно в этом варианте. Прекрасно помню, что она была записана на пластинке с изображением сфинкса. Как мне удалось выяснить, такая маркировка характерна для ленинградской артели «Пластмасс» (1950-е годы). Значит, именно эта артель и выпустила столь смелую для 50-х годов пластинку (возможно, на волне «оттепели»?).
Текст врезался мне в память, а позднее я встретил несколько его воспроизведений, более-менее одинаковых. В результате удалось восстановить в общих чертах первоначальную версию, которая и представлена в настоящем сборнике.
Однако существует и другой, более полный «подцензурный» текст. Его приводит в своем исследовании (на которое мы уже не раз ссылались выше) Владимир Бахтин, снабжая следующим предисловием:
«По-видимому, первоначальный ее вариант — просто городской или, как его еще называют, жестокий романс (у него всегда трагическая концовка). Этот вариант я нашел в «Новом песеннике» В. В. Гадалина, изданном в Латвии еще до Отечественной войны.
Здравствуй, моя Мурка, Мурка дорогая!
Помнишь ли ты, Мурка, наш роман?
Как с тобой любили, время проводили
И совсем не знали про обман…
А потом случилось, счастье закатилось,
Мурка, моя верная жена,
Стала ты чужая и совсем другая,
Стала ты мне, Мурка, неверна.
Как-то, было дело, выпить захотелось,
Я зашел в шикарный ресторан.
Вижу — в зале бара там танцует пара —
Мурка и какой-то юный франт.
Тяжело мне стало, вышел я из зала
И один по улицам бродил.
Для тебя я, Мурка, не ценней окурка,
А тебя я, Мурка, так любил!
У подъезда жду я, бешено ревнуя.
Вот она выходит не одна,
Весело смеется, к франту так и жмется —
Мурка, моя верная жена!
Я к ней подбегаю, за руку хватаю:
«Мне с тобою надо говорить.
Разве ты забыла, как меня любила,
Что решила франта подцепить?
Мурка, в чем же дело, что ты не имела?
Разве я тебя не одевал?
Шляпки и жакетки, кольца и браслетки
Разве я тебе не покупал?
Здравствуй, моя Мурка, Мурка дорогая,
Здравствуй, моя Мурка, и прощай!
Ты меня любила, а потом забыла —
И за это пулю получай!»
Впрочем, Бахтин уточнил, что, по словам коллекционера В. Д. Гибовича, действительно существовала пластинка с вариантом «Мурки», похожим на тот, который он приводит по довоенному сборнику, — однако записанная на пластинку песня короче письменного варианта на три куплета. На пластинке якобы указан также автор текста — Ядов. Последнее утверждение я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть: в мальчишеские свои годы просто не обратил на это внимания.