Овцы-мутанты

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Овцы-мутанты

В каком-то смысле вконец опаршивевшая овца пугает много сильнее волка. Людей, способных на преступление непосредственно — украсть, избить, просто жестко нахамить невинному человеку — все равно меньшинство. Явное меньшинство троллит в интернете, кидает знакомых на деньги и отжимает мобилы у незнакомых. И всегда это будет меньшинство. Так вот, страшно не то. Страшно, когда человек, заведомо не относящийся к этому меньшинству, начинает его нормально воспринимать. И даже как-то впрягаться, что ли.

«Подумаешь, в инете обматерили. А знать надо, куда прешь. И поближе к народу надо, народ к тебе и потянется…».

«Ну снасиловали девку, а чего она жопой крутила?».

«Попортили очочки интеллигенту — а вот надо уметь за себя постоять, ха-ха».

«Ну шмальнули Пушкина — а чего он, Сашок, нарывался-то? Нарывистый Сашок был… Поэт — так все можно, что ли? И Дантес, между прочим, тоже человек».

И все-то им люди.

Странная порода овец, выведенная причудами эволюции, болеющая за волков, и даже за вирусов. И кажется, беспредела больше не потому, что больше хищников. А больше вот этого.

В идеальном обществе на помощь человеку против хама и вора придет все общество.

В нормальном придет хоть кто-то.

А у нас будут рассуждать о том, что Лермонтова завалил неплохой такой, нормальный пацан… И вообще Лермонтов — сам виноват. Попроще надо было, попроще. Глядишь, и люди бы к нему потянулись. Нормальные такие люди.