Правильное сочетание

Правильное сочетание

Это был остро дискуссионный вопрос: оставить военную промышленность как обособленную отрасль производства либо распределить военное производство по гражданским предприятиям, в соответствии с характером выпускаемой продукции. Споры на эту тему велись нешуточные, и от разрешения вопроса зависело очень многое.

В пользу распределения военного производства по гражданским заводам и фабрикам выдвигались следующие аргументы. Во-первых, военное производство может вестись в рамках гражданского, и тому примерами было множество частных фирм и машиностроительных заводов, производивших также вооружение и боевую технику. В России самым крупным предприятием такого рода был завод А. И. Путилова, в годы войны национализированный. В нем были отдельные мастерские, выпускавшие военную продукцию по заказам военного ведомства. Во-вторых, военное производство зависит от гражданского, в силу того что получает оттуда полуфабрикаты и сырье, в особенности военное машиностроение. В-третьих, в годы войны воюющие страны довольно быстро привлекли большое количество гражданских фабрик и заводов для выпуска предметов вооружения, снаряжения, техники и боеприпасов. В России в 1915 году генерал С. Н. Ванков создал целый трест из 442 заводов для организации производства трехдюймовых снарядов[37]. «Организация Ванкова» произвела 12 млн. трехдюймовых снарядов, что составило 44 % от их общего производства. Ссылались и на опыт Первой мировой войны в индустриально развитых странах, в которых также по мобилизации на войну работали сотни заводов, а специально военных было не так много. Например, в Германии специальных заводов по производству орудий было всего четыре, а всего на выпуск артиллерии работало 586 заводов. Отсюда делались выводы, что военное производство надо распределить на гражданские производства. Одним из сторонников этой точки зрения был М. Н. Тухачевский.

Контаргументы на эту распространенную точку зрения начальник ГУВП ВСНХ СССР П. И. Богданов и его помощник по военно-техническим вопросам проф. В. С. Михайлов изложили в своем докладе «Об организации военной промышленности», представленном 2 марта 1924 года в Реввоенсовет, Совнарком и СТО[38]. Доклад этот делался в рамках военной реформы, проводимой под руководством председателя Реввоенсовета М. В. Фрунзе.

Первый и наиболее весомый аргумент состоял в том, что все предметы вооружения и снабжения армии должны изготовляться внутри страны и базироваться только на собственном сырье. Второй аргумент состоял в том, что стрелковое оружие требует очень точной и сложной обработки, выпуск оружия и боеприпасов требует массового производства, а изготовление взрывчатки, порохов и химических веществ требует строгой техники безопасности. Передача этого производства на гражданские заводы требует длительного освоения, в течение 1–3 лет, что во время войны сделать не всегда возможно. Они должны производиться специализированными военными предприятиями.

Орудия, военные корабли, самолеты, танки, оптические приборы, радиооборудование могут производиться на гражданских заводах, но при этом требуется точная увязка выпуска с производством специальных военных заводов, как, например, выпуск корпусов снарядов должен быть увязан с выпуском пороха, тротила, гильзы, капсюля, взрывателя, дистанционной трубки, чтобы получилось конечное изделие. Их тоже предлагалось передать на специальные заводы, оставив остальные производства, способные выпускать эту продукцию, в «запасе» на случай мобилизации.

Наконец, вещевое, интендантское и саперное имущество может производиться гражданскими предприятиями, и тут никакой специфики нет.

Соответственно, возникло разделение военного производства на специализированные, «кадровые», военные заводы и на гражданские, «запасные», предприятия, привлекаемые по мобилизации. В этой же записке Богданов и Михайлов изложили основные задачи «кадровой» военной промышленности СССР:

«1) Изготовлять в мирное время предметы вооружения для накопления мобилизационных запасов вооружения и боеприпасов;

2) Поддерживать технику военных производств на уровне современных требований;

3) Разрабатывать новые образцы вооружений и осваивать их в производстве;

4) Служить ядром, около которого будет мобилизоваться остальная промышленность, а для мобилизации последней подготовить кадры рабочего и технического персонала, запасы рабочего и проверочного инструмента, запасы материалов и прочее;

5) С объявлением войны – быстро, до максимально возможных размеров, развернуть свое производство и пополнить исчерпанный в первый период войны запас вооружения и боеприпасов, – пока идет мобилизация всей остальной промышленности»[39].

Иными словами, выдвинутое решение предусматривало как сохранение определенной обособленности военного производства, так и установление регулярных технологических и кооперационных связей с гражданскими предприятиями и отраслями для нужд мобилизации в случае войны. Первое нужно было для достижения максимально высокого технического уровня, а второе – для максимального расширения производства в случае войны.

Справедливости ради отметим, что это решение также опиралось на опыт Первой мировой войны. Аналогичное решение было предложено в 1916 году в докладе, представленном в Особое совещание по обороне начальником Главного артиллерийского управления генералом А. А. Малиновским. Он предлагал для каждого отдельного производства боевого снаряжения создать особую группу заводов, ядром которых были бы казенные заводы. Они, в свою очередь, должны руководить частными подрядчиками, обеспечивая техническую и административную помощь. Также Малиновский выделил предметы боевого снаряжения, которые на 100 % должны производиться казенными заводами: винтовки, пулеметы, ружья-пулеметы, взрывчатые вещества и снаряжение снарядов и гранат[40]. Однако ГУВП в своих предложениях по организации военного производства хоть и использовало ту же самую аргументацию, но пошло значительно дальше мнения генерала Малиновского.

Сформулировав этот принцип, в СССР расстались окончательно с традицией организовывать военное производство на немногочисленных казенных заводах, как в Российской империи, или передавать заказы частным или, в условиях отсутствия частного капитала в промышленности Советского Союза, гражданским заводам. С началом мобилизации военно-промышленный комплекс должен был вобрать в себя все гражданские производства, более или менее подходящие по профилю, быстро и решительно их реорганизовать. Чем больше производств вберет в себя военно-промышленный комплекс при мобилизации, тем мощнее армия и тем ближе победа в новой мировой бойне: «Единственная известная нам граница массового применения технических средств борьбы на фронте – общий уровень технических и производительных сил, на которых базируется боевое снабжение армии»[41].

В такой формулировке задача милитаризации и подготовки к войне подпирала политику индустриализации, выдвинутую XIV съездом ВКП (б). Чем сильнее вообще вся промышленность советской страны, чем больше она производит продукции, тем, стало быть, больше производств может быть мобилизовано и тем сильнее будет армия и ее техническое оснащение. Между добычей угля и выплавкой стали, с одной стороны, и производством пушек, танков, снарядов – с другой стороны, пролегала, таким образом, прямая логическая связь.

Чтобы не казалось, что тут разъясняются прописные истины, стоит отметить, что другие варианты сочетания военной и гражданской промышленности дали бы совершенно другой результат, а вовсе не массовое производство новейшего оружия. Если бы военная промышленность была обособленной от остального хозяйства, как было с казенными дореволюционными заводами, то такая военная промышленность не смогла бы освоить по-настоящему масштабное производство, потребное для нужд большой войны. Если бы военное производство было распределено по гражданским заводам, по примеру принятия военных заказов частными заводами, то такой подход делал бы невозможным или очень трудным разработку и освоение передовых и сложных видов вооружения и военной техники, а производство не гарантировало бы стандартного качества изделий и массового выпуска.

По этому пути – организация отдельных государственных заводов и отдача части заказов на частные заводы – пошли в Польше, и результат был удручающим. Хотя оборонная промышленность к концу 1930-х годов в Польше значительно увеличилась, с 48 предприятий в 1931 году до 280 в 1939-м, посильный им объем производства не покрывал потребностей польской армии в случае войны. Так, шестимесячное производство покрывало мобилизационные потребности по минометным минам на 4 %, по снарядам к 150-мм пушкам – на 9 %, к 155-мм гаубицам – на 17 %. Производство малокалиберных боеприпасов покрывало месячную потребность во время войны на 17 %, по орудийным выстрелам – на 24 %, по гаубичным выстрелам – на 19 %[42]. Польская промышленность выпускала иностранные образцы вооружения: зенитные и противотанковые пушки «Бофорс», карабины «Маузер», ручные и станковые пулеметы «Браунинг».

Это зримое выражение неправильного выбора курса развития военной и гражданской промышленности. Итог известен и выражен словами знаменитой ноты Молотова: «Польское правительство распалось и не проявляет признаков жизни. Это значит, что Польское государство и его правительство фактически перестали существовать». С такой военной промышленностью Польша потерпела быстрое и сокрушительное поражение в войне.

Таким образом, принципиальный вопрос сочетания военной и гражданской промышленности был решен еще в середине 1920-х годов, причем решение впоследствии оказалось правильное и потом было подтверждено практикой предвоенного перевооружения Красной Армии и войны. От него не отступали, несмотря на ряд реорганизаций в военной промышленности: организацию в 1926 году военно-промышленных трестов, создание всесоюзных объединений в 1930-м, перевод в 1932 году военных предприятий в Наркомат тяжелой промышленности с образованием ряда управлений и трестов. Но даже в этот период, когда военные и гражданские заводы пребывали под управлением НКТП СССР, существовал отдельный список из 68 «кадровых» военных предприятий, которыми управляло Главное военно-мобилизационное управление наркомата. С конца 1936 года снова началось выделение «кадровых» военных заводов в отдельные организационные структуры, что будет рассмотрено ниже.

Если мы подведем некоторые промежуточные итоги, то увидим, что вопросы военно-хозяйственной подготовки были принципиально решены еще в середине 1920-х годов, до начала индустриализации как таковой, даже до составления первого пятилетнего плана, работа над которым началась в 1926 году. К этому времени уже существовало твердое убеждение в неизбежности новой войны, базирующееся на трудах целого ряда военных экспертов и теоретиков. Были определены основные черты этой будущей войны, вооружения и тактики. Также была проведена реформа Красной Армии и сформулированы основные принципы организации военной промышленности в мирное и военное время.

Слово теперь оставалось только за хозяйственниками и плановиками, которые должны были обеспечить подготовку к войне с экономической стороны: обеспечить ее металлом, топливом и сырьем, рабочей силой, средствами производства, транспортом. Вот это и было одной из главных задач индустриализации, и именно в этой области Сталину и его товарищам предстояло одержать первую крупную экономическую победу.