УКРАИНА — НЕ РОССИЯ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

УКРАИНА — НЕ РОССИЯ

Я всю жизнь, с полугода, живу в России. Но родился в Киеве. И родные там, и друзей полно, и пьесы мои шли в тамошних театрах, и фильмы на их киностудиях снимались. Так что не могу я быть равнодушным ко всему, что происходит в Украине.

А теперь вопрос: это мое неравнодушие Украину к чему-нибудь обязывает? Ответ — ровно ни к чему. И мое отношение к киевским властям или одесским анекдотам мое сугубо личное дело. Ведь украинцам тоже не нравится многое из происходящего в России. И что — из-за этого мы хоть на градус меняем свою жизнь?

Две страны связаны веками общей истории. И нам очень трудно понять, что империи больше нет, что Украина не часть России, что она сама по себе — независимая страна, которая ищет не общий, а собственный путь и думает не о наших, а о своих интересах. И всякое российское вмешательство в свои дела встречает примерно так же, как мы самоуверенные поучения сенаторов США или европейских парламентариев.

Отношение иных наших политиков к украинским коллегам вытекает из единственного критерия: как они относятся к России. Но ведь они вовсе не обязаны любить Россию — они должны любить Украину. А нам бы понравилось, если бы нам навязывали лидера на том основании, что он обожает Белоруссию или Японию? Помню, какую брезгливость вызвало у многих заявление некоего парламентария по фамилии Кондратенко, который сказал, что готов баллотироваться в президенты только для того, чтобы в случае победы немедленно передать власть в России минскому правителю Лукашенко. Ну, если ему так противна нынешняя Россия, катился бы себе прямиком в Минск — там Лукашенко уже правит, причем, бессрочно.

У нас пишут, что «оранжевую революцию» устроили американские консультанты. Мне, однако, кажется, что тусовке на майдане Украина обязана скорее неумеренно энергичным российским доброхотам — они так старались в пользу желанного кандидата, что избиратель взбунтовался. Зато потом, когда всякое давление прекратилось, в премьеры выдвинули именно Януковича, который спокойной рассудительностью выгодно отличался от капризной конкурентки.

Вообще, пора понять: вмешательство в чужие дела редко приносит пользу. И смысл в нем — практически нулевой. В Абхазии, например, три четверти граждан носят российские паспорта. На последних выборах оба кандидата в президенты стремились к союзу с Россией. Зачем нашей печати понадобилось так явно поддерживать одного? Выбрали другого. Слава богу, Сергею Багапшу хватило мудрости не помнить обид. Но не знаю, есть ли на свете страна, которая так умела бы делать друзей недругами…

Мы ругаем американцев — мол, навязывают другим странам демократию. Но — зачем они это делают? Ведь не по глупости же, хотя и глупость случается. Прежде всего потому, что прочные экономические отношения (они лежат в основе всего) возможны только со странами, где правительство стабильно. А надежна лишь власть, избранная народом. При коммунистах «кремлевские старцы» за наш счет кормили чуть не всех диктаторов в мире. Где нынче те диктаторы? Где вбуханные в них российские миллиарды?

Я очень хочу, чтобы не только Россия с Украиной, но и все страны СНГ укрепляли общее культурное, экономическое, а, может, и политическое пространство. Но чтобы получилось именно так, надо не лезть в чужие дела, а заниматься своими. Если Россия станет, наконец, развитой демократической страной с высоким уровнем жизни, соседи потянутся к нам сами. Ведь в любом хоть московском, хоть киевском дворе жильцы стараются дружить с работящими культурными соседями, а не со скандальными бомжами. И разве Россия живет не по тому же принципу? Мы уважаем все страны планеты, но дружбу, например, с Францией ценим чуточку повыше, чем сердечное согласие с Албанией или Папуа-Новой Гвинеей…

Данный текст является ознакомительным фрагментом.