РАБОТА ЛЕНИНА В БИБЛИОТЕКАХ

РАБОТА ЛЕНИНА В БИБЛИОТЕКАХ

Ленин проводил очень много времени в библиотеках. Когда он жил в Самаре, он брал очень много книг из библиотеки. Когда приехал в Питер, целыми днями просиживал в Публичной библиотеке, он брал книжки и из библиотеки Вольного экономического общества и из ряда других. Даже когда он сидел в тюрьме, сестра носила ему книги из библиотеки. Он делал выписки из этих книг. В III томе нового (третьего. — Ред.) издания Сочинений Ленина установлено, что для того, чтобы написать свою книжку «Развитие капитализма в России», ему пришлось пользоваться 583 книгами. В «Развитии капитализма в России» есть ссылки на эти книги. Мог ли Ленин купить себе все эти книги? Многие из них не поступали даже в продажу, например особенно ценные для Ленина земские статистические сборники. Но, кроме того, Ленин жил тогда как студент, в небольшой комнатушке, тратил на себя гроши. Не было у него возможности истратить столько денег — не меньше тысячи — на покупку этих книг, не было времени бегать по книжным лавкам разыскивать эти книги, не осталось бы времени на чтение, без книжных библиотечных каталогов он даже не знал бы о существовании многих из этих книг. И, наконец, негде ему было держать эти книги. Прочтя эти книги, он не только смог написать такую большую и важную книгу, как «Развитие капитализма в России», но в то же время прекрасно изучил тогдашнюю жизнь рабочих и крестьян. А без этого не мог бы из него выйти тот Ленин, которого мы все знаем. Книжка «Развитие капитализма в России» была издана в 1899 г.

Попав за границу, Владимир Ильич еще усерднее стал пользоваться библиотеками. Он знал иностранные языки и прочел на них массу книг. Он никогда не мог бы купить их, потому что в эмиграции приходилось рассчитывать каждую копейку, экономить деньги на трамвай, на еду и пр. А не читая книг, не читая иностранных газет и журналов, Ильич не мог бы вести той работы, которую он вел, не было бы у него тех знаний, которыми он был так прекрасно вооружен.

Если посмотреть его «Письма к родным», видно, какое значение придавал он библиотекам.

В 1895 г. едет он в первый раз за границу; масса новых впечатлений, живет пару- недель в Берлине, наблюдает рабочую жизнь и в то же время занимается в берлинской «Императорской библиотеке». Попал в 1896 г. в тюрьму и через три недели уже организует пользование библиотечными книгами. Он пользуется не только книгами тюремной библиотеки, он заботится о том, чтобы, сидючи в тюрьме, пользоваться библиотеками с воли. Через три недели после ареста Владимир Ильич писал на волю:

«Литературные занятия заключенным разрешаются: я нарочно справился об этом у прокурора, хотя знал и раньше (они разрешаются даже для заключенных в тюрьме). Он же подтвердил мне, что ограничений в числе пропускаемых книг нет. Далее, книги разрешается возвращать обратно, — следовательно, можно пользоваться библиотеками. С этой стороны, значит, дела обстоят хорошо.

Гораздо серьезнее другие препятствия — по добыче книг. Книг нужно много, — я ниже прилагаю список тех, которые намечаются у меня уже сейчас, — так что доставанье их потребует порядочных хлопот. Не знаю даже, удастся ли достать все. Можно наверное рассчитывать на библиотеку Вольно-экономического общества (у меня уже оттуда взяты книги и оставлено 16 руб. залога), выдающую книги под залог на дом на срок 2 месяца, но она очень неполна. Вот если бы воспользоваться (через какого-нибудь писателя или профессора) библиотекой университетской и ученого комитета Министерства финансов, — тогда бы вопрос о добыче книг можно считать разрешенным…

Последнее, и самое трудное — доставка книг. Это уж не то, что принести пару-другую книжек: необходимо периодически, в течение продолжительного времени, собирать их из библиотек, приносить (я думаю, что вполне бы достаточно было одного раза в 2 недели, а, может быть, даже в месяц, — если бы доставать побольше книг сразу) и относить. Это уж я даже не знаю, как бы можно устроить. Разве вот как: подыскать какого-нибудь швейцара, или дворника, или посыльного, или мальчика, которому я мог бы платить, и он ходил бы за книгами. Обмен книг — и по условиям работы, и по условиям выдачи из библиотек — потребует, конечно, правильности и аккуратности, так что все Это необходимо наладить.

«Скоро сказка сказывается…» Я очень чувствую, что затея эта не так-то легко осуществима и что «план» мой может оказаться химерой»[62].

Получение книг из библиотек и доставку их в тюрьму Владимиру Ильичу взяла на себя Анна Ильинична.

По дороге к месту ссылки Ленин прожил с 4 марта по 30 апреля 1897 г. в Красноярске. В это время он ходил в библиотеку некоего Юдина. Вот что пишет Ленин 10 марта из Красноярска:

«Вчера попал-таки в здешнюю знаменитую библиотеку Юдина, который радушно меня встретил и показывал свои книгохранилища. Он разрешил мне и заниматься в ней, и я думаю, что это мне удастся. (Препятствия тут два: во-1-х, его библиотека за городом, но расстояние небольшое, всего версты две, так что это приятная прогулка. Во-2-х, библиотека не закончена устройством, так что я могу чрезмерно обременить хозяина частым спрашиванием книг.) Посмотрим, как это выйдет на деле. Думаю, что и второе препятствие устранится. Ознакомился я с его библиотекой далеко не вполне, но это во всяком случае замечательное собрание книг. Имеются, напр., полные подборы журналов (главнейших) с конца 18 века до настоящего времени. Надеюсь, что удастся воспользоваться ими для справок, которые так нужны для моей работы»[63].

О той же библиотеке пишет он и в письме от 15 марта:

«В библиотеку хожу ежедневно, и так как она находится в 2-х верстах от окраины города, то мне приходится проходить верст 5 — около часа пути. Прогулкой такой я очень доволен и гуляю с наслаждением, хотя частенько прогулка меня совсем усыпляет. В библиотеке оказалось гораздо меньше книг по моему предмету, чем можно было думать, судя по общей ее величине, но все-таки есть кое-что для меня полезное, и я очень рад, что могу провести здесь время не совсем зря. Посещаю и городскую библиотеку: в ней можно просматривать журналы и газеты; приходят они сюда на 11-й день, и я все еще не могу свыкнуться с такими поздними «новостями»[64].

Попав в ссылку, в с. Шушенское, куда письма и газеты приходят только на тринадцатый день, Ленин и в этом далеком углу Сибири стремится наладить пользование московскими библиотеками.

25 мая 1897 г. он пишет из Шушенского в Москву сестре Анне Ильиничне Елизаровой:

«Я все раздумываю насчет пользования московской библиотекой: устроилось ли что-нибудь у вас на этот счет, т. е. нашли ли доступ в какую-нибудь общественную библиотеку? Дело в том, что если бы можно было брать на срок в2месяца (как в СПБ., в библиотеке Вольного экономического общества), то пересылка бандеролью стоила бы не так дорого (16 коп. за фунт (можно посылать 4 фунта=64 коп.); 7 коп. за заказ) и, вероятно, было бы больше расчета для меня расходовать деньги на пересылку и иметь много книг, чем расходовать значительно больше денег на покупку немногих книг. Мне представляется, что это бы гораздо удобнее для меня; вопрос только в том, можно ли получать книги на такой срок (под залог, конечно) из какой-либо хорошей библиотеки: университетской (я думаю, Мите легко бы устроить это либо через какого-либо студента-юриста, либо прямо пойти к профессору политической экономии и сказать, что он желает работать по этой специальности и брать книги из фундаментальной библиотеки. Только теперь придется уж отложить до осени) или библиотеки Московского юридического общества (надо навести там справки, взять каталог библиотеки, узнать условия приема новых членов и т. д.) или еще какой-нибудь. Вероятно, в Москве есть же несколько хороших библиотек. Можно даже справиться и насчет частных. Если кто-либо из вас остался еще в Москве, то, пожалуйста, разузнайте все это.

Если поедешь за границу, то сообщи, и я тебе подробно напишу насчет книг оттуда. Посылай мне побольше всяких каталогов от букинистов и т. п. (библиотек, книжных магазинов). Твой В. У.»[65]

В письме от 19 июля 1897 г. к матери и Марье Ильиничне Владимир Ильич, отвечая на предложение Марии Ильиничны делать для него выписки, пишет: «Выписки, не знаю уж, понадобятся ли. Я надеюсь устроиться к осени с какой-нибудь московской или с. — петербургской библиотекой»[66].

Зимой 1897 г. Ильич, пишет письмо родным, из которого видно, что кое-что удалось сделать, но Ильич ищет дальнейших возможностей:

«Маняше

Получил твою открытку от 2. XII и 2 книги Семенова. Merci за них. Их отошлю вскоре, не позже как через неделю, обратно (в среду, 24-го, я боюсь, что почтарь не поедет у нас вовсе).

Оказалось, что именно в первых-то двух томах ничего интересного. Разумеется, такие истории неизбежны при выписке книг незнакомых, — и я заранее был готов к этому.

Надеюсь, что штрафа-то хоть не заплатим: перепишут на месяц еще.

Не понял твоей фразы: «Чтобы проникнуть в юридическую библиотеку, — я спрашивала у Каблукова, — надо быть юристом и представить рекомендацию 2-х членов юридического общества»? Только? А членом общества самому быть не надо? Я постараюсь через Питер достать себе рекомендацию.

Что в члены общества может войти и не-юрист, это несомненно. Жму руку. В.У.»[67]

Сколько-нибудь широкого пользования библиотеками, однако, в Шушенском наладить не удалось и из-за трудностей почтового характера.

В сентябре 1898 г. Владимир Ильич получил разрешение поехать в Красноярск лечить зубы. Он чрезвычайно рад был поездке, но и во время этой поездки собирался делать выписки в Красноярской библиотеке.

Вернувшись из ссылки, Ленин поселился в Пскове. В письме от 15 марта 1900 г. он пишет матери: «… часто посещаю библиотеку и гуляю»[68].

В эмиграции Ленин работал очень много в библиотеках, но это довольно слабо отразилось в письмах к родным.

Когда мы жили в Лондоне в 1902–1903 гг., Владимир Ильич половину времени проводил в Британском музее, где имеется богатейшая в мире библиотека с прекрасно налаженной техникой обслуживания. Пользовался Ильич также очень широко лондонскими читалками, как это видно из его письма к матери от 9 ноября 1902 г.[69]

В Лондоне много читалок — одна комната, куда входят прямо с улицы, в них нет даже никакого сиденья, а лишь стойки для чтения и прикрепленные к палкам газеты; входящий берет газету, прикрепленную к палке, и по прочтении вешает ее на место. Такие читалки очень удобны и очень посещаемы в течение целого дня.

Во время второй эмиграции, когда разгорелись споры по философским вопросам и Владимир Ильич засел за писание книжки «Материализм и эмпириокритицизм», в мае 1908 г. он поехал из Женевы в Лондон, где пробыл больше месяца специально для работы в Британском музее.

В Женеве, куда мы приехали в 1903 г., Ильич целые дни проводил в библиотеке «Общество чтения» (Societe de Lecture), где была громадная библиотека и прекрасные условия для работы, получалась масса газет и журналов на французском, немецком и английском языках. В этой библиотеке было очень удобно заниматься. Члены общества — ^ по большей части старики-профессора — редко посещали эту библиотеку; в распоряжении Ильича был целый кабинет, где он мог писать, ходить из угла в угол, обдумывать статьи, брать с полок любую книгу.

Усердно пользовался Ильич в Женеве и богатой русской библиотекой имени Куклина, которой заведовал т. Карпинский. Живучи в других городах, он потом выписывал из этой библиотеки книги.

В Париже Ильич пользовался главным образом Национальной библиотекой (Bibliotheque rationale).

В декабре 1909 г. я писала матери Ильича про его работу в библиотеке: «Вот уж вторую неделю встает в 8 ч. утра и ездит в библиотеку, откуда приезжает в 2 часа. Первые дни трудно было так рано вставать, зато теперь он очень доволен и спать ложиться стал рано»[70].

Кроме Национальной библиотеки, Ильич обошел и ряд других библиотек в Париже, но они мало удовлетворили его. В Национальной библиотеке отсутствовали каталоги за более поздние годы, кроме того, была большая бюрократическая канитель с выдачей книг. Вообще во Франции библиотечное дело было архибюрократично поставлено. Городские районные библиотеки состояли почти из одной беллетристики, но и то, чтобы получить право пользования ими, надо было принести удостоверение от домохозяина, который должен был брать на себя ответственность за аккуратное возвращение книг жильцом. Нам домохозяин долго не выдавал такого удостоверения по случаю бедности нашей обстановки. По тому, насколько налажено библиотечное дело, судил Ильич об уровне культуры; состояние библиотечного дела было для него показателем общей культурности.

Вот что писал он 22 апреля 1914 г. из Кракова: «… работать в Париже неудобно, Bibliotheque nationale налажена плохо, — не раз мы вспоминали Женеву, где работалось лучше, удобная библиотека, менее нервна и бестолкова жизнь. Из всех мест моего скитания я бы выбрал Лондон или Женеву, если бы оба не были так далеко. Женева особенно хороша общей культурностью и чрезвычайными удобствами жизни. А здесь, конечно, о культуре уже говорить не приходится — почти как Россия, — библиотека плоха и архинеудобна, но мне почти и не доводится в ней бывать…»[71]

Когда мы приехали из Кракова в Берн, Ильич писал Марии Ильиничне от 22декабря 1914 г.: «Хороши здесь библиотеки, и я устроился недурно в смысле пользования книгами. Приятно даже почитать — после периода ежедневной газетной работы. Надя имеет здесь еще педагогическую библиотеку и пишет педагогическую работу»[72].

20 февраля 1916 г. Владимир Ильич пишет Марии Ильиничне: «Мы с Надей очень довольны Цюрихом; здесь хороши библиотеки…»[73], а 12 марта 1916 г. пишет матери: «Мы живем теперь в Цюрихе. Приехали позаниматься в здешних библиотеках. Озеро здесь очень нам нравится, а библиотеки много лучше бернских, так что пробудем еще, пожалуй, дольше, чем хотели»[74].

И потом опять 22 октября в письме к Марии Ильиничне повторяет: «… в Цюрихе библиотеки лучше и работать удобнее»[75].

В Швейцарии библиотечное дело великолепно поставлено. Особенно хорошо налажен обмен книг между библиотеками. Научные библиотеки немецкой Швейцарии связаны с библиотеками Германии, и даже во время войны Владимиру Ильичу удавалось получать через библиотеку нужные ему книги из Германии.

Другое — это прекрасное обслуживание читателей, отсутствие всякого бюрократизма, прекрасно составленные каталоги, открытые полки, исключительно внимательное отношение к читателю.

Летом 1915 г. мы жили в горах, у подножья Ротхорна, в очень глухой деревушке, и получали там из библиотек книги, пересылаемые бесплатно по почте. Книги присылались в складной папке, к которой прикреплялся билет с надписью: на одной стороне был написан адрес того, кому направляется книга, на другой — адрес библиотеки. Возвращая книгу, надо было лишь перевернуть билет с надписью и отнести на почту.

Владимир Ильич всячески выхваливал швейцарскую культуру и мечтал о том, как налажено будет после революции библиотечное дело в России.

1932 г.