Нелепая смерть

Нелепая смерть

– Его убили! – кричал в трубку Колобков.

– Кого? – испуганно спросил Зубов.

– Жогова. Теперь надо начинать все заново.

То утро для Жогова началось как обычно. Нужно было съездить в районную прокуратуру, отдать кое-какие бумаги. Обычно он приезжал туда раз в неделю, пил чай со своим давним другом, обсуждал последние новости.

В тот день он узнал, что «землевладелец из 90-х» согласился платить дань. Еще одна победа была одержана. Жогов условился отметить это радостное событие по традиции хорошей баней. Прямо из прокуратуры позвонил своему управляющему и приказал готовить пир. Он тогда еще не знал, что закупленная провизия пойдет на поминки.

Жогов вышел из здания прокуратуры в самом благостном расположении духа. В глаза светило яркое весеннее солнце, и жизнь казалась как никогда прекрасной. Он начал спускаться вниз по ступеням крыльца, как вдруг почувствовал, что кто-то схватил его сзади и резко полоснул его ножом по шее. Потом было еще несколько ударов, и Жогов остался лежать на ступенях, истекая кровью. Скорая помощь приехать не успела.

– Нелепая смерть, – причитал Колобков. – Замечательный был человек.

Он представлял себе, какой шум сейчас поднимется. Подумать только, кто-то в наглую оставил труп прямо на ступенях прокуратуры. К тому же убитый был практически незаменимым человеком, посвященным в самые деликатные вопросы.

Похороны Жогова состоялись в субботу, в банный день, когда все влиятельные люди собирались у него на даче. Они пришли и сейчас, но повод был совсем не радостный. Помимо собственно убийства, которое нужно было расследовать хотя бы неофициально, «чтобы тем козлам не повадно было», надо было решить, кто заменит Жогова.

Было ясно, что таких людей днем с огнем не сыщешь. Человек должен быть проверенный, лояльный, не слишком наглый. Есть ли такой на примете?

Кандидатур обсуждалось очень много. У каждого прокурора был свой протеже. Но все понимали, что фигура должна устраивать большинство, иначе построенная за несколько лет система перестанет работать. Новому человеку не будут доверять, станут решать вопросы в обход него.

Дело близилось к ночи, а компромисс так и не был найден.

– А есть у меня один мальчик на примете, казино у нас держит, – сказал щелковский прокурор.

– А сколько твоему мальчику лет? – спросили у него.

– Да лет 25, но очень хваткий. У него игровые автоматы были, ну, и сейчас в общем есть. Он с нами очень крепко повязан, так что не выдаст, если что. Потому что сам первый на дно пойдет. А ему еще мало лет, хочется пожить в свое удовольствие.

– Ну, давай позовем этого мальчика, посмотрим, каков он из себя.

Несмотря на поздний час, Андрей Иванов приехал по первому же звонку. Он давно платил прокурорским дань и знал, что с ними лучше дружить.

В тот вечер его ни о чем не спрашивали, ничего не предлагали, просто наблюдали, как он себя ведет, умеет ли правильно разговаривать со старшими, может ли держать язык за зубами.

Андрей понимал, что его проверяют, но не знал зачем. Он задавал себе вопрос: «Что я делаю на этом странном сборище?» Раньше он бывал разве что на днях рождения районных милиционеров, тут же уровень тусовки намного круче.

– А ты бы не хотел турфирму возглавить? – спросил у него знакомый прокурор района.

– Интересное предложение, – ответил он, – Да и бизнес, в принципе, не сложный.

– У нас тут одна турфирма осталась без директора, а мы через нее все билеты заказываем. Вон, Ивану Ильичу скоро на Маврикий лететь, а он не знает, как. Не идти же ему в кассу билет покупать. Не проконтролируешь процесс?

Иванов согласился. Вскоре он узнал, что особенностью этой фирмы было то, что она оказывала своим клиентам особые услуги. Высокопоставленный турист заказывал тур, и его оплачивала какая-то офшорная фирма. Собственно для бизнеса это не имело значения, так что работа была, в принципе, простой и понятной.

Вскоре Иванова стали вводить в курс и других дел. Он понял, что деньги на все представительские расходы поступают из некого общака, который находится за границей. Там на счетах небольшой кипрской фирмы осели миллионы долларов, которые постепенно превращались в дорогие автомобили, поездки на далекие острова, дачи и прочие атрибуты сладкой жизни.

Понятно, что и жизнь самого Иванова стала куда более сладкой. Уже через месяц работы на прокуроров он купил себе «ламборджини», о которой он мечтал столько лет. Теперь он выглядел не хуже московских олигархов.

Когда его спрашивали о происхождении внезапного богатства, Иванов отшучивался, говорил, что получил наследство. Впрочем, вскоре ему уже не надо было ничего объяснять. Круг его знакомств изменился, и теперь все знали или догадывались, кто он такой.