Технология перемен: что именно должен сказать России ее президент

Технология перемен: что именно должен сказать России ее президент

(реконструкция президентского послания, которое ждет автор)

Изложенные выше необходимые преобразования требуют кардинального изменения самого отношения государственной власти к исполнению своих прямых служебных обязанностей. Данный раздел представляет собой реконструкцию ежегодного послания президента России Федеральному собранию: серьезность и продуманность намерений по модернизации страны должны, как представляется, вылиться в серьезные и продуманные слова.

Граждане России!

Катастрофа на Саяно-Шушенской ГЭС в августе 2009 года, вне зависимости от ее конкретных причин и виновных, знаменовала собой завершение длительного периода в истории нашей страны.

Не могу назвать этот период «развитием» – это время деградации. Не только государство, не только экономика, но, как ни печально, и все общество жестко ориентировано не на созидание, но на проедание, а во многом и на разрушительное разворовывание «советского наследства» – не только промышленности и инфраструктуры, но и культуры, социальной сферы и общественного здоровья, созданных советской цивилизацией.

Разговор о виновных, о тех, кто энергично и изобретательно направлял нас именно по этому пути, важен, но не стоит забывать, что Россия не пошла бы по нему, если бы по нему не пошли мы, большинство народа, – все вместе и каждый в отдельности. Часть вины за более чем двадцатилетнюю деградацию, прикрытую фиговым листком разговоров о «демократии» и «рынке», которых как не было, так и нет, лежит на каждом из нас.

На каждом, кто не сопротивлялся изо всех сил сложившемуся паразитическому устройству нашего общества и нашего государства, кто с удовольствием или нехотя соглашался с ним, принимал его и подчинялся ему.

Время существования, а точнее, разложения этого паразитического устройства заканчивается не потому, что власть одумалась, и не потому, что народ принудил ее к ответственности.

Это время заканчивается по иной причине: объект нашего паразитирования, «советское наследие», завершает технологический цикл своего существования, разрушается на глазах как в силу естественно исторических причин, так и в силу разрушительного безудержного воровства.

Паразитировать на нем так, как было привычно еще полтора года назад, больше нельзя.

Никому.

И сегодня мы, какие есть, со всеми нашими несовместимыми с жизнью в уже близком будущем паразитическими привычками, обязаны решать качественно иные – не сиюминутные, а стратегические задачи. Задачи не паразитирования, а развития и, в качестве цели нынешнего этапа модернизации, – созидания новой российской цивилизации.

Если мы не решим эти задачи, через полвека нас не будет. Российская цивилизация исчезнет с лица земли, наша территория превратится в пустынные окраины трех соперничающих миров – Китая, Европы и исламского мира, а руины наших городов зарастут бурьяном.

Решать задачи модернизации и созидания новой, российской цивилизации будет неимоверно сложно, потому что в решении этих задач нам предстоит бороться не столько с внешними конкурентами и с внутренними преступниками разных сортов, сколько прежде всего с собственными самоубийственными привычками, накопленными нами за последние 20 лет, включая лень, разврат, корысть, трусость и разобщенность.

Бог с ней, с «мировой закулисой», – нашим главным врагом являются наши собственные пороки. Победа над ними, нравственное возрождение, моральная революция – условие нашего выживания как народа, условие сохранения и развития нашей цивилизации.

Эта моральная революция будет непростой, потому что граница между воскрешающей правдой и убивающей ложью проходит не по улицам и не по окопам, но по сердцам каждого из нас.

И я не обещаю ничего ни хорошего, ни легкого, ни комфортного для каждого из нас по отдельности.

Потому что это именно нам – не только «начальству», но и большинству обычных, нормальных людей – предстоит задавить в себе обезумевших зверей, рвущих на кровавые ошметки нашу Родину, и вновь стать ее неотъемлемой частью.

Поэтому я обещаю только одно: тяжелый труд ради возрождения России – для всех нас вместе и для наших детей.

Мы должны суметь объединить свои силы на благо наших семей и нашей Родины, ибо Господь творит не сам по себе, но лишь через нас.

* * *

Вокруг чего нам объединять свои силы?

Стратегические задачи России – задачи, которые нужно решить нашему поколению, в ближайшие четверть века, – просты.

Первое – модернизироваться, обновить себя и страну, потому что старая модель развития исчерпана полностью.

Вторая – сохранить Сибирь, Забайкалье и Дальний Восток: 2 % мирового населения сохранят за собой 16 % мировых ресурсов, лишь будучи умными, умелыми и энергичными.

Третья – восстановить внутреннее единство России по региональному, национальному и социальному признакам.

Наконец, четвертая – повысить не только уровень, но и качество жизни так, чтобы жить в самом дальнем уголке нашей страны было приятно и уютно, а россияне имели все возможности для раскрытия самых разнообразных талантов, которыми награждает нас бог.

Для решения этих стратегических задач необходимо в качестве первого шага в течение двух лет реализовать программу– минимум, включающую как социально-экономические, так и управленческие новации.

Первый и главный шаг – гарантирование всем гражданам России прожиточного минимума. Это не вопрос экономической или социальной политики, это вопрос о том, являемся ли мы людьми и считаем ли мы людьми друг друга.

Прожиточный минимум – экономическое выражение права на жизнь. Государство, которое считает, что его граждане имеют право на жизнь, обязано гарантировать им этот минимум. Он должен быть реальным, то есть учитывать стоимость не только еды, но и лекарств, и жилищно-коммунальных услуг, и транспорта. Он должен различаться по регионам, так как в регионах не только разные уровни цен, но и разный климат, а в более холодном климате человеку нужно больше одежды, еды и тепла. Наконец, семьям с детьми в регионах с дефицитом населения надо гарантировать не прожиточный, а социальный минимум, обеспечивающий нормальное воспитание и социализацию детей. В более отдаленной перспективе, через три года, надо прийти к ситуации, когда каждый новый ребенок не ухудшает, как сейчас, а улучшает благосостояние семьи.

Вся межбюджетная политика, вся федеральная поддержка региональных бюджетов должна быть подчинена обеспечению прожиточного минимума. Это даст ей конкретную содержательную цель, которой нет сегодня, когда финансовая помощь регионам распределяется в соответствии с анекдотом о средней температуре по больнице.

Регионы, федеральная помощь которым превысит половину их расходов, а также регионы, в которых доля административных расходов превысила предельный уровень, будут передаваться под прямое бюджетное управление Министерства финансов России.

Цена обеспечения прожиточного минимума сравнительно невелика – при сегодняшнем прожиточном минимуме и ценах около 300 млрд рублей в год; допускаю, что при пересчете в соответствии с реальными минимальными потребностями россиян эта сумма может вырасти даже до 500 млрд рублей в год. Напомню, что только неиспользуемые остатки на счетах федерального бюджета в 8 раз выше этой суммы.

То есть деньги есть – не было желания. Теперь оно появится, а у тех, у кого в госаппарате оно не появится, появится пособие по безработице.

Второй шаг программы-минимум – модернизация инфраструктуры на базе новых технологий. Инфраструктура – ключевой элемент модернизации, так как определяет деловой климат. И качественное снижение издержек благодаря ее развитию качественно же активизирует хозяйственную деятельность. Потенциал здесь колоссален. Например, мы теряем столько тепла, что простой ремонт наших теплоцентралей и тепловая изоляция наших жилищ и производств может остановить глобальное потепление.

Существенно и то, что инфраструктура требует больших и долгосрочных вложений, которые просто непосильны частному капиталу – что нашему, что иностранному. Значит, модернизируя инфраструктуру, государство гарантированно не вступит в недобросовестную конкуренцию с предпринимателями и сохранит их энергию для роста экономической активности.

Важным источником инвестиций в модернизацию инфраструктуры, в первую очередь коммунальной, станут пенсионные средства россиян. Сейчас они вкладываются в фондовый рынок, то есть в спекулятивные игры, обогащая его профессиональных участников, не имеющих никаких обязательств перед будущими пенсионерами и получающими доход даже при падении котировок и, соответственно, обесценении наших будущих пенсий. Пенсионная реформа служит спекулянтам, а мое поколение, например, оставляет практически без пенсий.

Чтобы гарантировать пенсии, надо инвестировать пенсионные взносы в долгосрочные проекты с гарантированной прибылью. один из них – модернизация коммунального хозяйства, которую мы качественно ускорим.

Говоря о применении новых технологий, я не имею в виду фронтальные закупки технологий 1970-х годов по абсурдно завышенным ценам. Конечно, на безрыбье и рак рыба, но мы имеем целую гамму собственных разработок высокой степени готовности, которые опережают сегодняшний уровень даже наиболее развитых стран.

Многие фирмы используют эти технологии втихую, чтобы ни с кем не делиться приносимой ими сверхприбылью. Многие технологии блокируются зарабатывающими на издержках, а не на доходах монополиями – как нашими, так и иностранными. Многие изобретатели разрушили свое психическое здоровье в попытках достучаться до чугунных голов наших бюрократов.

Этот технологический потенциал нужно выявить, просеяв «пустую породу», реализовать и коммерционализировать, обеспечив массовое применение этих технологий в нашей стране. А иностранное оборудование – лучше комплектными заводами – закупать надо там, где речь идет о воссоздании чуть ли не заново целых отраслей, например, в производстве легковых автомобилей.

Для обеспечения технологической модернизации, помимо Совета по технологиям при президенте, создано Министерство технологического прогресса. На «расстрельную» в случае неудачи должность министра сегодня утром назначен лучший стратегический менеджер сегодняшней России Чубайс, задание ему на ближайшие два года с четкой разбивкой по срокам утверждено. Не сомневаюсь, что на этой должности он не огорчит ни свое руководство, ни своих родных. Верю как в его потенциал, так и в возможность использования этого потенциала в мирных целях.

Однако даже с одним гарантированием прожиточного минимума, не говоря уже о модернизации инфраструктуры, мы вылетим в трубу, если будем продолжать идти на поводу монополистов и покорно принимать все абсурдно завышенные цены, навязываемые ими обществу. У нас скоро не только бензин, но и электричество будет дороже, чем в США!

Значит, нужно ограничивать произвол монополий. Механизмов много, но принцип один: обеспечение полной прозрачности структуры цены всех монополий, в первую очередь, разумеется, естественных, и всех компаний, подозреваемых в злоупотреблении монопольным положением.

Поскольку антимонопольное расследование может длиться годами, за которые экономике может быть нанесен необратимый ущерб, следует заимствовать немецкий опыт и разрешить антимонопольной службе при резких колебаниях цен и тарифов сначала возвращать их на прежний уровень, а потом уже выяснять причины.

На ближайшие три года запрещается рост тарифов на продукцию и услуги естественных монополий, ЖКХ, городского транспорта. В течение полугода будет проведен тщательный анализ их издержек, который за счет сокращения воровства и повышения качества управления позволит снизить тарифы на услуги ЖКХ не менее чем на 20 %, а тарифы на электроэнергию и цену газа на внутреннем рынке – не менее чем на 10 %.

Преступные монополии, сложившиеся на рынках, особенно крупных городов, будут разрушены. Российским производителям будет обеспечен свободный доступ на эти рынки, при необходимости – внутренними войсками и ОМОНом.

Особая сфера – коммунальные монополии. Практика показывает: справиться с ними не могут не только мэры, но даже губернаторы. Думается, надо заинтересовать ими наш всемогущий Минфин. Давно пора принять предложения общественности по субсидированию жилищно-коммунальных расходов для семей, у которых эти расходы превышают 10 % доходов. Сейчас планка установлена на 22 %, что слишком тяжко для людей и слишком комфортно для бюджета. А вот снижение планки до 10 % сделает жертвой шантажа и неэффективности коммунальных монополий уже не добросовестных граждан, а региональные бюджеты и, когда тем не будет хватать денег, федеральный бюджет. А когда обуздание коммунальных монополий станет приоритетом Минфина, это обуздание произойдет очень быстро.

Но уповать только на него не стоит.

Федеральная служба антимонопольной политики и развития конкуренции, – а развитие конкуренции не менее важно, чем удержание монополий в правовом поле, – должна стать более серьезной структурой в экономической сфере, чем ФСБ – в политической. И, смею вас заверить, мы добьемся этого не ослаблением ФСБ.

«Священных коров» здесь не будет. Когда представители «Майкрософта» признают, что себестоимость операционной системы составляет 40 долларов, а продают они ее чуть не за 15 тысяч рублей, – это аргумент как для более четкого проведения границы между интеллектуальной собственностью и злоупотреблением монопольным положением, так и для перевода российских компьютеров на открытое программное обеспечение. Этот перевод должен осуществляться на государственном уровне как важный элемент снижения национальных издержек.

Правда, все мы знаем, что важнейшие издержки России – это не слишком дорогие компьютерные программы. И даже не дураки и дороги.

Национальные издержки России – это прежде всего коррупция и тесно связанная с ней организованная преступность.

Разнообразный опыт – Италии, США, Китая и многих других стран, включая Грузию, Белоруссию и Молдавию, – доказывает: в обуздании коррупции и мафии нет ничего невозможного, было бы желание.

Желание есть, потому что при нынешней «норме воровства» бюджетные расходы бессмысленны в принципе: они идут не туда и тратятся не на то. Похожая ситуация сложилась в большинстве крупных корпораций.

Принципы изживания коррупции просты. Первый – освобождение взяткодателя от ответственности и даже сохранение его доброго имени, если он активно и последовательно сотрудничает со следствием. Ведь это чиновник создает «правила игры», в которых бизнесмену, да и гражданину, приходится либо давать взятки, либо эмигрировать в другую страну: значит, он и виноват, и если взяткодатель не покрывает взяткополучателя, а встает на сторону общества, – он не сообщник, а жертва.

Второй принцип изживания не только коррупции, но и всей оргпреступности, – конфискация у не сотрудничающих со следствием ее членов всех активов, с помощью которых они могут влиять на общество. Не имущества, как в СССР, когда человек иной раз по выходу из тюрьмы сохранял только то, что на нем надето, и порой не имел средств для законной жизни, а именно активов. Не квартиры, а роскошного дома, не велосипеда, а представительского автомобиля, не денег в кошельке, а счета в швейцарском банке, не холодильника, а акций компании по их производству.

В борьбе с коррупцией много деликатных направлений, и оглашать предпринимаемые действия заранее – значит снижать их эффективность.

Ограничусь поэтому лишь двумя из многих шагов.

Прежде всего, на базе следственных органов Генпрокуратуры, ФСБ, МВД и некоторых других структур создается Федеральный следственный комитет, занимающийся преступлениями особой тяжести, оргпреступностью, а это значит, и коррупцией, и межрегиональными преступлениями.

Второй шаг – аттестация. Все госслужащие, занимавшие с 1990 года должности, начиная с начальника департамента федерального ведомства, должны в течение полугода обосновать источники активов, принадлежащих их семьям. Кто попытается обмануть государство, будет наказан в соответствии с Уголовным кодексом. Кто просто не сможет этого сделать, пожизненно лишится возможности занимать госдолжности, руководить любыми организациями и вести любую юридическую деятельность.

Предварительное исследование показывает: таких будет относительно немного. Значительно меньше, чем кажется нашему контуженному массовым воровством обществу. Ибо воруют, на самом деле, жалкие десятки тысяч, а порочат они всех работников всех сфер управления.

И наконец, последняя часть программы-минимум связана с глобальным экономическим кризисом. Почему так обострились проклятия в адрес протекционизма? – Потому что его усиление является естественной реакцией экономик на кризис. И наши экспортеры испытывают это на себе.

Необходимо снизить до нуля ввозную пошлину на все товары, которые мы не планируем производить прямо сейчас и которые не конкурируют с российскими аналогами, восстановить жесткую систему контроля качества импорта (да и российские товары забывать не надо) и усилить таможенную защиту отечественного производителя, хотя бы до уровня Евросоюза. При этом защита должна быть дополнена принуждением к прогрессу при помощи технических стандартов, а в отдельных случаях и более прямыми мерами. Наш рынок пока высокомонополизирован, несовершенен и еще не принуждает производителей к прогрессу в автоматическом режиме. Поэтому, если рынку не помочь, наша промышленность либо сгниет от недостатка конкуренции, как мы видим на «АвтоВАЗе», либо будет уничтожена чрезмерной конкуренцией, как гражданское авиастроение и производство бытовой техники. Помогать надо, повторю, временным усилением защиты, с одной стороны, и постоянным принуждением к прогрессу, с другой.

Следует полностью запретить импорт за государственные средства продукции, производимой в России.

Ну и, разумеется, контроль за движением капиталов должен быть восстановлен в масштабах, не препятствующих развитию реального сектора. В частности, вывод капиталов, работавших на нашей территории менее года, должен облагаться 10 %-ным налогом.

* * *

Наше государство иногда производит впечатление несуществующего, так как не контролирует имущество, доверенное ему народом России.

Пора обеспечить действенный контроль государства за его собственностью, остановить ее тотальное расхищение.

Все предприятия, права собственности на которые выведены в офшоры и не будут возвращены в Россию в течение полугода, должны быть национализированы без каких бы то ни было выплат и компенсаций.

Необходимо выделить стратегически и социально значимые предприятия: в отношении первых нельзя допускать перехода под контроль иностранного капитала или закрытия (пример – ВПК), в отношении вторых – закрытия (пример – градообразующие предприятия).

Господдержку частным предприятиям следует предоставлять исключительно под залог не менее чем блокирующих пакетов их акций. В случае невозврата господдержки эти акции будут переходить в госсобственность.

Государственным предприятиям господдержка должна предоставляться лишь под личную ответственность их руководителей. В частности, выезд их из страны (до выполнения обязательств госпредприятия, для выполнения которых ему предоставляется помощь) должен допускаться лишь под личную ответственность чиновника, принявшего решение о предоставлении этой поддержки.

Государственная помощь должна предоставляться любому предприятию исключительно в обмен на добровольный отказ последнего от всех операций на любых спекулятивных рынках.

Необходимо вернуть в страну активы государства, размещенные за рубежом (Резервный фонд, Фонд национального благосостояния, часть резервов Банка России), и направить их на модернизацию и социальную помощь населению. Размещение активов государства за рубежом на условиях, исключающих их быстрый возврат, должно трактоваться с точки зрения Уголовного кодекса. Хотя бы как «преступная халатность».

В ближайшее время будет создано Агентство экономической реконструкции, концентрирующее в своих руках всю помощь нефинансовому сектору и управление всем госимуществом (включая госкорпорации) для реализации стратегических задач развития страны.

В течение полугода следует разработать и ввести в действие общенациональную программу энергосбережения, в разы снижающую совокупную налоговую нагрузку на предприятия, обеспечивающие рост производства при значимом сокращении его энергоемкости.

Считаю необходимым освободить малый бизнес от чиновничьего произвола: освободить все предприятия (кроме оптовой торговли и финансовой сферы), не занимающиеся внешнеэкономической деятельностью, с числом занятых менее 10 человек, а в сельском хозяйстве – менее 50 человек от всех налогов, включая подоходный налог, на два года. Ввести уведомительную регистрацию таких предприятий в течение месяца.

Граждане России должны получить право забирать пустующие земли сельхозназначения для их возделывания (до одного гектара на человека) в уведомительном порядке. После года возделывания земли оформлять ее в долгосрочную аренду, после 10 лет – передавать в собственность. Если человек не обрабатывает занятую им землю или ее часть, он будет лишаться ее, и местные власти будут передавать эту землю желающим.

Законопроекты об этом внесены в Госдуму, жду их одобрения.

Поддержка частного бизнеса в любой форме, включая протекционистские меры, должна сопровождаться его встречными обязательствами перед государством по производству определенной продукции по определенным ценам. Невыполнение этих обязательств должно вести к образованию задолженности соответствующих предприятий перед государством в размере стоимости непроизведенной (или произведенной, но не того качества или ценового диапазона) продукции.

* * *

Одна из главных проблем нашего общества – глубокий социальный раскол. Даже студенты бизнес-специальностей в качестве первой ассоциации с понятием «бизнесмен» называют понятие «вор».

Это отчуждение обоюдно. Небольшая часть народа чувствует себя ограбившими, а основная часть – ограбленными. Эту пропасть нужно засыпать, иначе мы так и останемся разделенной внутри себя и обессиленной этим внутренним разладом нацией.

Новый насильственный передел собственности – это новый хаос, новый разор, которого наша измученная страна может уже и не выдержать. Все должно быть по правилам, по законам – по справедливости.

Выход из положения подсказывают нам англичане. Спустя довольно длительное время после М. Тэтчер они ввели компенсационный налог на промышленные активы, приобретенные благодаря ее политике по явно заниженной цене. Современные методы оценки бизнеса позволяют четко выявить, какие предприятия были приватизированы по заниженной цене и насколько эта цена была занижена. Все, что создано трудом предпринимателя и его предпринимательской удачей, например, благодаря росту цен на экспортируемое им сырье, должно остаться ему. Но разница между стоимостью имущества на момент приватизации и ценой, которую он за него заплатил, должна быть возвращена обществу в лице государства с процентной ставкой в размере ставки рефинансирования Банка России. Впрочем, последнее является предметом дискуссии: может быть, если бизнес работал на внешних рынках и кредитовался там, правильнее использовать ставку LIBOR. Это вопрос для быстрого решения специалистами.

Не является предметом дискуссии иное: изъятие соответствующих денег из бизнеса может разрушить его. Поэтому владелец бизнеса, успешно порезвившийся во время приватизации, может выплатить компенсационный налог не деньгами, а пакетами акций в соответствии с их рыночной ценой. Разумеется, должны быть приняты меры, не позволяющие спекулятивно завышать эти цены перед передачей акций государству для занижения величины налога; поэтому их цена может быть установлена, например, на среднем уровне за два года, предшествующие их передаче государству.

Если люди, воспользовавшиеся результатами приватизации, покажут, что они не являются жуликами, не хотят вести себя как жулики и не хотят выглядеть жуликами, – это не просто улучшит имидж бизнеса. Это качественно повысит солидарность, в том числе социальную солидарность нашего общества, не на словах, а на деле обеспечит единство российского народа.

Понятно, что компенсационный налог изменит налоговую систему.

Налоги у нас в целом низкие – у нас взятки высокие. Поэтому по мере сокращения коррупции наша экономика начнет распрямляться, как Русь по мере изживания татаро-монгольского ига, и налоговая политика должна быть сведена буквально к нескольким структурным изменениям.

Прежде всего, социальные взносы. Уж на что был плох Единый социальный налог, так создатели новой системы умудрились усугубить все его недостатки, похоронив немногие достоинства. Социальные взносы, одинаковые по своей природе, взимаются тремя разными внебюджетными фондами. Это втрое увеличивает бюрократический аппарат, который при этом еще и не обладает необходимыми полномочиями. Ведь социальные взносы – это не налоги, а социальные фонды – не налоговая служба.

Поэтому ЕСН должен быть возвращен. Его главный порок – регрессивный характер взимания: чем человек беднее, тем больше он платит. А с учетом запретительно высокого уровня налогообложения – общая налоговая нагрузка на фонд оплаты труда превышает 42 % – бедные люди и даже средний класс вынуждены получать зарплаты «в конвертах».

Кому, кроме самых отъявленных врагов России, нужно превращать основную массу россиян в вынужденных преступников?

Думаю, в зале таких врагов нет, а это значит, что ничто не мешает нам ввести рациональную, «плоскую» шкалу ЕСН на уровне 15 %, о чем уже давно просит государство российский бизнес.

Это приведет к снижению налоговой нагрузки на оплату труда до 26 %. Выпадающие доходы будут компенсированы повышением собираемости ЕСН с менее чем 65 до 90 %.

Теперь о том, что кое-кто называет «главным завоеванием 2000-х годов» – о плоской шкале подоходного налога, неведомой развитым странам. В Боливии она введена в 1986 году, но Эстония и Словакия, всерьез пытавшиеся ее ввести, отказались от нее. Маргинальность плоской шкалы вызвана не жадностью государств. Все дело в том, что более обеспеченный человек способен сильнее влиять на развитие своего общества, и потому должен нести большую ответственность за его состояние. Ответственность должна проявляться в том числе и в налоговой сфере.

У нас этого пока не наблюдается. После введения плоской ставки подоходного налога, как показали исследования МВФ, налоговые платежи выросли значительно сильнее у бедной части общества, для которой налоговые ставки не снизились, чем у богатой части, испытавшей снижение налогового бремени. Это доказывает, что рост поступлений вызван не введением плоской шкалы подоходного налога, но общим ростом благосостояния россиян, в первую очередь из-за притока в страну «нефтедолларов».

Соответственно, и прогрессивная шкала налогообложения – если она, конечно, не выйдет за пределы здравого смысла – не приведет к заметному снижению собираемости налога среди богатых. Я верю в присущие им ответственность, патриотизм и инстинкт самосохранения.

В связи с этим россияне с доходом ниже трех среднероссийских прожиточных минимумов освобождаются от уплаты подоходного налога. С дохода от трех до 100 прожиточных минимумов они платят 13 %-ный подоходный налог, а с дохода свыше 600 тыс. рублей платят 20 %.

Люди с доходами ниже трех прожиточных минимумов должны заранее, письмом с уведомлением о вручении, представить в налоговые органы заявление о своем положении, и тогда налог не будет с них взиматься. Если они ошиблись, ситуация будет исправлена, а недоплаченный налог им придется заплатить одномоментно, как это делается сейчас при уплате налога на имущество. Обеспеченной части общества по итогам года будет приходить из налоговой инспекции квитанция по уплате прогрессивной части налога. Личное посещение налоговой инспекции потребуется лишь при урегулировании споров или получении налоговых вычетов.

Подоходный налог должен быть прогрессивным не только для более полного выражения большей ответственности более обеспеченной части общества, но и для формирования у нее правильной, производительной мотивации. В развитых странах действует железное правило: налог на доходы и имущество богатой части общества должен быть гарантированно выше налога на прибыль принадлежащих ей же предприятий.

Если он выше, богатому человеку выгоднее вкладывать деньги в завод, развивать производство, а не проедать доходы, высасывая деньги из завода. До сего дня в России работает именно вторая модель; прогрессивная шкала подоходного налога вкупе с плоской шкалой ЕСН устраняет этот порок. Возможно, в перспективе следует снизить налог на прибыль и повысить налог на личное сверхдорогое имущество.

Это не социализм – это то, что работает при капитализме, и отказываться от опыта нелепо. Если, конечно, мы хотим жить не при военном коммунизме или не при бандитско-олигархиче– ском фашизме.

Многие бизнесмены негодуют по поводу НДС. Могу сказать: плох тот бизнесмен, который доволен налогами. Это выглядит противоестественно и даже вызывает подозрения.

Но проблемы НДС – не в самом налоге, а в формах его администрирования. Просто некоторым чиновникам проще отменить НДС и заменить его на уродующий экономику налог с продаж, введенный еще Горбачевым, чем подготовить нормальные толковые инструкции. Мы не пойдем на поводу у недобросовестных бюрократов и не будем отменять этот налог, а в крайнем случае отменим их самих, если они не начнут наконец исполнять свои обязанности и не подготовят инструкции по-человечески.

Вторая проблема – повсеместное распространение «фирм-однодневок», которые создаются для получения возврата НДС по фиктивным сделкам или для неуплаты. Но это результат не налога, а мошенничеств, в которых участвует ряд высокопоставленных чиновников. У них, как и у других коррупционеров, есть один способ избежать длительного тюремного заключения: явка с повинной.

А мы давайте не будем путать налогообложение с коррупцией: несмотря на частую схожесть, это разные явления.

Важное, хотя и малозаметное для стороннего наблюдателя изменение – отвязывание налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ) от мировых цен. Экспорт обкладывается пошлинами, зависящими от мировых цен, но облагать на их основе добычу нефти в самой России – не более чем игра на руку монополистам, завышающим цены на бензин здесь при каждом удорожании нефти там. Эта корыстная ошибка будет исправлена. Кроме того, НДПИ будет распространен на добычу всех полезных ископаемых, а его ставка также будет носить реальный характер для добычи всех их видов, а не только для нефти, как сейчас.

При этом ставки НДПИ будут дифференцированы по горногеологическим и природно-климатическим условиям, чтобы нефть было выгодно добывать даже по ведру в день, как в Канаде.

Со следующего года предприятия будут платить налоги не по месту своей регистрации, а там, где расположены их производственные мощности. Это потребует серьезного и заблаговременного анализа межбюджетных финансовых потоков.

И последнее: расходы на технологические инновации не будут облагаться налогом на прибыль. Предприятия получат право включать их в состав себестоимости в полном объеме, что называется, по факту.

Вопрос аналогичного вывода из состава налогооблагаемой прибыли всех расходов предприятия, вне зависимости от их цели, подлежит обсуждению с участием профессионалов. Это снизит расходы России на бухгалтерию, но нужно понять масштабы сокращения налоговых поступлений.

* * *

К сожалению, для социального благополучия мало экономической политики. Необходимо возрождение социальной сферы – здравоохранения, образования, культуры, нормализации трудовых отношений.

Уничтожение системы здравоохранения, которая формировалась в России около 200 лет, не сопровождалось созданием работающей новой системы. Страховая медицина не соответствует доходам россиян и потому не смогла обеспечить сохранения здоровья нации.

Сегодня надо срочно вернуть доступность для рядовых граждан квалифицированной медицинской помощи, восстанавливать систему профилактической медицины, врачебного контроля, социальной гигиены.

Постыдный эксперимент с единым государственным экзаменом (ЕГЭ) с треском провалился, а утверждение о том, что ЕГЭ сумеет побороть коррупцию, производит впечатление наглой и сознательной лжи. С внедрением ЕГЭ коррупция возросла многократно, а во главе этой коррупционной пирамиды встали органы управления образованием.

Система среднего образования за прошедшие годы пришла к такому состоянию, что значительной части выпускников школ нельзя дать высшее образование – просто потому, что у них нет среднего.

Надо обеспечить доступность, то есть в отношении бедной части россиян – бесплатность здравоохранения и образования. Поскольку обычный потребитель не в состоянии оценить качество услуг здравоохранения и образования, контроль за их качеством должен быть государственным.

Следует ввести обязательную диспансеризацию всего населения.

Работники государственных предприятий здравоохранения и образования по уровню социальной защиты будут приравнены к госслужащим.

Задача государства – введение жесткого контроля качества всех продаваемых в России товаров (особенно продовольствия и лекарств) и оказываемых россиянам услуг по стандартам, действующим в Белоруссии и Евросоюзе. Из двух групп стандартов мы будем применять более жесткие.

В ближайшее время будет ликвидирован как категория бизнес, паразитирующий на расходах бюджета, в первую очередь социальных.

Проценты по потребительским и ипотечным кредитам (с учетом сопутствующих платежей) в ближайшее время будут снижены до уровня ставки рефинансирования Банка России. В случае потери работы заемщику будет предоставляться шестимесячная отсрочка по выплате кредита и процентов, в случае резкого снижения заработной платы (в том числе из-за вынужденной смены работы) срок выплаты кредита будет увеличиваться в два раза с соответствующим снижением выплат. Законопроект об этом уже внесен в Госдуму, просьба уважаемых депутатов не тянуть резину.

Потребительское кредитование населения – лучшая защита от паники и эффективное стимулирование спроса. Оно будет сохранено за счет длинных и дешевых государственных денег, предоставляемых банкам на эту цель, разумеется, со снижением стоимости кредитов для населения.

Сложившаяся в нашей стране ситуация с жильем напоминает катастрофу. В течение полугода будут национализированы пустующие более года построенные в последние годы дома, принадлежащие юридическим лицам. Владельцы получат из бюджета компенсацию в виде расчетной себестоимости жилья – разумеется, без учета взяток и монопольного завышения цен.

Будут национализированы квартиры, дома и земельные участки, по состоянию на сегодня принадлежащие физическим лицам, являющимся собственниками более пяти квартир, или домов, или более двух гектаров земли (не используемых для сельхозпроизводства), начиная с шестой квартиры, дома и с третьего гектара земли. Владельцы получат компенсацию в размере расчетной стоимости квартиры и дома или рыночной стоимости земли.

Полученный жилой фонд, равно как и жилье, выкупленное у строительных и девелоперских компаний за долги, будет передан нуждающимся в улучшении жилищных условий семьям с детьми и молодым специалистам в качестве социального жилья.

Национализированные земли сельхозназначения будут выделяться бесплатно для развития сельского хозяйства.

Национализированная земля, предназначенная для жилищного строительства, будет выделяться нуждающимся в улучшении жилищных условий гражданам, обладающим средствами для жилищного строительства, бесплатно. Прокладка инфраструктуры будет осуществляться государством в рассрочку на 20 лет.

В ближайшее время начнется реализация программы массового строительства малоэтажного жилья по современным дешевым технологиям с технической и социальной инфраструктурой. Оно будет предоставляться по договорам социального найма.

В области трудовых отношений ситуация настолько остра, что до снижения безработицы до уровня ниже 5 % вводится уголовная ответственность за нарушение работодателем Трудового кодекса.

Для пресечения обмана и грабежа работников предпринимателями трудовые коллективы наделяются правом избирать в руководящие органы предприятия и корпорации своих представителей (для акционерных обществ – независимых членов совета директоров) с правом вето на принятие любого решения.

В ситуации банкротства среднего и малого предприятия трудовой коллектив получит право установления полного контроля над ним, в том числе в форме реорганизации его в народное предприятие.

В случае роста задолженности по зарплате она может по решению трудового коллектива погашаться передачей в собственность последнего пакета акций, долей или паев предприятия.

Все решения администрации предприятий, касающиеся уровня оплаты, условий труда и статуса предприятия, вступают в силу только после одобрения их всеми профсоюзами, объединяющими более 5 % работников предприятия.

Зарплата руководителя не может превышать зарплату рабочего более чем в десять раз. При этом размер премиальной части оплаты труда не должен превышать 30 %.

Соответствующие изменения в Трудовой кодекс сегодня утром внесены в Госдуму, и с ними я тоже не советовал бы медлить.

* * *

Во внешней политике наш принцип – теплые партнерские отношения со всеми, кто хочет сотрудничать с нами.

При этом мы не должны возвращаться в плен предрассудков и думать, что все в мире только и думают о нас. Главная проблематика современности – конкуренция, с одной стороны, глобальных корпораций с национальными властями, а с другой – США и Китая. Евросоюз, Япония и некоторые другие страны смогут сдерживать их противостояние, направляя его на пользу человечеству и купируя его опасные обострения.

Наша задача – надежно закрепиться в группе этих «второстепенных» стран. Потому что все остальные страны не будут иметь никакого влияния и, соответственно, никаких выгод, связанных с этим влиянием.

Этого не удастся сделать без решения второй по значимости задачи – реинтеграции основной части постсоветского пространства. Ведь без Украины, Казахстана и Белоруссии Россия в экономическом плане существовать не может. Поэтому интеграция с этими странами для нас – абсолютный приоритет. Для нас свет сошелся клином на наших четырех странах.

Остальное постсоветское пространство важно потому, что продолжение его хаотизации ведет к притоку беженцев в Россию. Носители иной культуры, часто жертвы социальных катастроф, они могут разрушить этнокультурный баланс России и просто смыть нашу цивилизацию. Значит, чтобы существовала Россия, постсоветские страны должны развиваться нормально, и организовать это развитие никто, кроме нас, не хочет и не может. Разумеется, мы должны это делать на взаимовыгодной основе.

Для решения этих задач создается Министерство ближнего зарубежья и межнациональных отношений. Рассматривать эти проблемы порознь – значит препятствовать интеграционным процессам не только на постсоветском пространстве, но и в самом российском обществе.

Граждане иных государств, не знающие нашего языка и законов, равно как и не имеющие законных источников существования в России, не могут находиться на нашей территории сверх разрешенного законом времени и не могут претендовать на гражданство России.

Не стоит забывать, что нелегальное нахождение на территории России есть преступление, и не только поощрять, но и оставлять его без должного наказания – нелепо. Не менее нелепа и ситуация, когда депортирование незаконных иммигрантов осуществляется за счет бюджета, то есть за счет законопослушных граждан России. С какой стати они должны платить за преступников из иных государств, к которым не имеют, а часто и не хотят иметь ни малейшего отношения? Депортируемые из России должны сами оплачивать расходы на свою депортацию, а при отсутствии у них денег – предварительно зарабатывать их. Государство же обеспечит депортируемых нарушителей закона всеми возможностями для этого.

Уровень дипломатических отношений со странами, руководители которых путают демократию с русофобией либо занимаются возрождением фашизма, должен быть понижен до уровня консульств, а экономические отношения с ними – сведены к неизбежному минимуму. Сегодня это страны Прибалтики, а также Польша. Конечно, если политика и риторика руководителей этих стран станет нормальной, мы восстановим отношения с ними в полном объеме так же быстро, как и свернули.

Что касается разговоров о предъявлении нам претензий за «оккупации» и тому подобное – я приветствую такие претензии при условии удовлетворения встречных исков со стороны России по поводу колоссальных инвестиций, вложенных в развитие не только экономик, но и культур соответствующих стран. Не сомневаюсь, что это будут самые выгодные в коммерческом отношении сделки за всю историю России даже без учета компенсаций за передачу значительных территорий Польше и Литве. В случае Литвы, кстати, ей была передана и ее нынешняя столица.

Важно понимать, что в современном хаотизирующемся мире дипломатия, не подкрепленная военной силой, значит все меньше.

В области оборонной политики необходимо выработать внятную военную доктрину и проводить военную реформу на ее основе, а не по наитию. Вооруженные силы и оборонная промышленность должны стать полигоном для всех антикоррупционных мероприятий – это резко повысит эффективность расходов на них.

Необходимо восстановить, в том числе подготовкой квалифицированных рабочих и инженеров, нашу способность производить военные самолеты, корабли и танки, и насытить войска современной техникой, а не «модернизированной» рухлядью 1970-х годов.

Ситуация с беспилотниками, изобретенными в Советском Союзе, а недавно закупленными у Израиля, не должна повториться. Лица, причастные к попытке закупки французских вертолетоносцев, будут выявлены и понесут ответственность: идиоты – свою, а преступники – свою.

Позорно низкий уровень боеспособности армии, продемонстрированный, в частности, при спасении населения Южной Осетии от попытки геноцида, требует решительных адекватных действий, и они последуют.

Экономика только тогда чего-то стоит, когда она умеет защищаться. Мы восстановим свою обороноспособность; зарубежные держатели российских ценных бумаг могут быть спокойны.

* * *

Альтернатива для нас – не лесоповал, а исчезновение. Исчезновение нашей страны как цивилизации, причем уже при нашей жизни, – и превращение жизни наших детей в ад, причем на наших глазах.

Невозможные, сказочные, невероятные, непредставимые вещи делают не герои, не марсиане и не пресловутые «эффективные менеджеры».

Это делают обычные люди, живущие в обычных домах, ходящие по обычным улицам и говорящие обычные слова, но проникнувшиеся сознанием абсолютной, категорической необходимости и объединенные им.

Мы – народ.

А в помощь нам, чтоб было меньше страхов и соблазнов, чтоб было легче переходить от паразитирующего управления к созидательному, будет применено несколько простых, но убедительных технологий.

Скажу лишь о нескольких.

Первая – «электронное правительство». Заимствуя что-либо у развитых стран, мы обычно очень спешим и поэтому переводим исходные документы неточно и неполно. Так и «электронное правительство» воспринимается как способ спасения граждан от унизительных и утомительных очередей в разного рода присутственных местах.

Но это не главное. Главное – перевод на электронную основу самого процесса принятия решений, что качественно ускорит его. В российских фирмах, где работают соответствующие системы, любое стандартное решение принимается за день, в случае возникновения разногласий – за два дня, а если они настолько глубоки, что требуют вмешательства первого лица, – за три дня. Сравните это с нынешним российским государством, неспособным принимать важнейшие решения в течение месяцев, а то и лет!

Другая сторона электронной скорости – прозрачность. Поскольку контролер может, не уведомляя контролируемых, получить доступ ко всем аргументам, принимаемым ими в расчет при принятии решений, он сможет мгновенно видеть реальный, а не нормативный спектр интересов, реализуемых каждым чиновником. Это сократит технологические возможности не только коррупции, но и простого бытового идиотизма, которым славятся некоторые наши ведомства. Особенно эффективным такой «невидимый надзор», как ожидается, будет в судебной системе. Ведь это безумие: сталинские суды выносили более 10 % оправдательных приговоров, а наши – менее 1 %, и не за счет лучшей работы следственных органов!

Вторая важная технология – гуманизация общества.

Не путайте ее с попустительством по отношению к преступникам, которое вырождается в простое поощрение преступлений.

Речь о другом: мелкие правонарушения не должны калечить жизнь граждан. Нельзя сажать на четыре года за кражу батона хлеба… да хоть бы и бутылки водки. Нельзя держать впервые осужденных с рецидивистами.

Еще один шаг в этом направлении касается беременных женщин и женщин, имеющих детей в возрасте до пяти лет, осужденных за хозяйственные преступления, а также осужденных впервые за любые преступления небольшой и средней тяжести (предусматривающие наказание до пяти лет лишения свободы), не связанные с торговлей наркотиками. Срок лишения свободы этим женщинам заменяется условным сроком, и они выходят на свободу немедленно. Соответственно, женщинам, находящимся в СИЗО по подозрению в совершении аналогичных преступлений, мера пресечения заменяется на не связанную с лишением свободы.

Подчеркиваю: это разовая мера. Она не повторится никогда, потому что ребенок – не способ избежать ответственности за совершение преступления. Но я слишком хорошо знаю наши СИЗО и тюрьмы.

Их состояние будет исправлено.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.