КНИГА «БЕС В СТОЛИЦЕ» И ЕЕ АВТОР (Неизвестный роман-памфлет В.П. Буренина)

КНИГА «БЕС В?СТОЛИЦЕ» И?ЕЕ АВТОР

(Неизвестный роман-памфлет В.П. Буренина)

Исследователи романа М. Булгакова «Мастер и?Маргарита» постоянно расширяют круг книг, которые так или иначе могли быть использованы при его создании. Если бы кому-нибудь из них попалась на глаза опубликованная в?Петербурге в?1872 г. и?совершенно забытая сейчас книга некоего Ивана Спиридонова «Бес в?столице»638, вполне возможно, что и?ее включили бы в?число произведений, давших толчок булгаковской фантазии. Действительно, как будет показано ниже, по ряду мотивов названная книга схожа с?шедевром Булгакова, хотя вероятность его знакомства с?этим произведением ничтожна.

«Бес в?столице»?– литературный памфлет, сатирически изображающий русскую журналистику того времени. Нам представляется, что это произведение весьма немаловажно и?для понимания характерных особенностей литературной борьбы начала 1870-х гг., и?для создания более целостной картины истории жанра памфлета в?России. В?нем повествуется о?том, как повелитель преисподней Вельзевул, желая объединить усилия «прозелитов античеловеческих идей», посылает в?«гиперборейскую столицу» (то есть Петербург) молодого черта. Тот должен встретиться с?близкими этим взглядам журналистами и?предложить им моральную поддержку Вельзевула. Знакомясь со столичной прессой, посланец «был поражен той мизерностью кругозора, дрянностью дешевого и?мелкого миросозерцания, отсутствием сколько-нибудь определенных, ясно осознанных и?веских убеждений и?направлений, которые явились перед его глазами, со всей презренной немощью умственной импотентности, катексии и?рахитизма»639.

Прежде всего он отдает визит Никите Матвеевичу Атроцию (так назван в?книге Н.М. Катков, от латинского atrocitas?– безжалостный, жестокий), стороннику «охранительных начал и?классицизма», который заявляет: «Не нужно мне никаких чертей, с?их нравственной поддержкой <…> ибо я?сам для себя… черт!» (с. 78)640. Затем, после встречи в?кафе с?рядом литераторов (особенно едко высмеян П.Д. Боборыкин), черт отправляется с?аналогичным предложением к?дону Андреа Жируету (А.А. Краевский; girouette по-французски?– флюгер). Тот просит у?посланца денег, а?узнав, что предлагается только идейная поддержка, отказывается от продолжения беседы, называя деньги «лучшим из всех принципов» (с. 131). Далее в?книге следуют выпады против сатирика Иппокритова (М.Е. Салтыков-Щедрин, от французского hypocrite?– лицемер) и?«народного поэта» (Н.А. Некрасова), обвиняемого в?склонности к?«хроническому ренегатству». Завершается памфлет встречей черта с?Вонифатием Игнатьевичем Прескоченским (В.И. Аскоченский), который в?ответ на предложение вступить в?союз с?Вельзевулом отвечает: «Я давно принадлежу ему и?духом, и?плотию» (с. 159).

Кто же этот таинственный Иван Спиридонов, талантливо и?зло написавший сатирическое обозрение современной русской литературы, но не значащийся ни в?каких справочниках и?словарях? Обратившись к?каталогам крупных столичных библиотек, мы обнаружим там еще одну его книгу?– сборник «Внутри и?снаружи», вышедший в?Москве в?1871 г., куда включены произведения самых разных жанров (часть их печаталась в?1870—1871 гг. в?журнале «Развлечение»): нравоописательные сцены и?очерки, юмористические рассказы, большой цикл пародий и?рецензия на стихотворную книгу. Других сведений об Иване Спиридонове нет. Однако нам представляется, что внимательный анализ содержания этих двух книг почти с?полной достоверностью позволяет назвать их автора.

Во-первых, Спиридонов?– явно профессиональный писатель. Он очень начитан, обладает широким литературным кругозором, постоянно цитирует различных отечественных и?зарубежных авторов. Сюжет «Беса в?столице» чрезвычайно литературен, он известен с?XVII в. (роман испанского писателя Л. Велеса де Гевары «Хромой бес» и?его одноименная французская переработка, осуществленная А.-Р. Лесажем), а?в середине XIX в. был актуализирован парижскими литераторами (сборник «Бес в?Париже», вышедший в?1845 г.; русский перевод?– СПб., 1846)641. Первая глава «Беса в?столице», действие которой происходит в?преисподней, представляет собой, по-видимому, обработку пролога этого сборника.

Автор прекрасно осведомлен о?мельчайших деталях литературной жизни, причем воспроизводит не только внешний облик, но и?факты литературной биографии и?бытового поведения многих литераторов. Ему известно, например, что Щедрин, печатавшийся под различными псевдонимами, «писал и?фельетоны, и?сатирические очерки, и?повести, и?игривые рассуждения на разные остроумные случаи, и?критики, и?рецензии, и?театральные заметки, и?свистящие (намек на участие в?“Свистке”.?– А.Р.) мотто, и, наконец, даже стихи с?обличительной тенденцией…» (с. 147).

Во-вторых, хотя Спиридонов многообразен в?своем творчестве (бытовой очерк, сцена, юмористический рассказ, рецензия, памфлет), но совершенно отчетливо видна его тяга к?сатире и?пародии, причем он пародирует не только прозу, но и?стихи (в книгу «Внутри и?снаружи» включены пародии на В. Авенариуса, Н. Гоголя, Д. Григоровича, А. Майкова, Я. Полонского, И. Гончарова, А. Фета, Щедрина, П. Якушкина и?др.).

Стиль Спиридонова отмечен ярко выраженной фельетонностью?– он легок, боек, остроумен, полон намеков и?обращений к?читателю. Автор наделен немалой фантазией, умеет заинтересовать, но неглубок и?нередко повторяется, применяет чисто фельетонные, а?не сюжетные приемы для перехода от одной сцены к?другой.

В-третьих, литературная позиция автора весьма необычна, поскольку он подвергает критике практически всю современную русскую литературу. Основной удар направлен против реакционеров и?либералов. Спиридонов высмеивает классицистские увлечения М. Каткова, его стремление обвинить во всех бедах нигилистов и?«польскую интригу», клеймит за истеричность и?мракобесие В. Аскоченского. Однако не менее остро критикует он и?либералов. Много места уделено в?«Бесе» А. Краевскому, причем показывается его беспринципность, готовность дать любое направление издаваемым им газетам и?журналам, лишь бы это приносило доход. Памфлетно изображена в?«Бесе» его газета «Голос» (названная тут «Кукареку»). Негодование вызывает у?Спиридонова и?«мгновенный либерал» П. Боборыкин, который начал «свою литературную деятельность <…> кропанием <…> пасквилей на молодое поколение», потом напечатал «обскурантистский» и?«клубничный» роман «Вечерняя жертва», а?теперь «является, перед глазами изумленных читателей, чистейшим и?безукоризненным либералом 84-й пробы».

Для характеристики взглядов Спиридонова показательно, что к?числу либералов он причисляет и?современных литераторов так называемого революционно-демократического лагеря, печатающихся в?«Отечественных записках» и?«Искре» (в книге?– «Annales patriae» и?«Scintillae», то есть названия переведены на латынь). М. Салтыкова-Щедрина он обвиняет в?двуличии, относя к?числу людей, «старающихся в?одном лице соединить все качества и?свойства как вольнодумцев, так и?благомыслителей, не будучи в?то же время ни теми, ни другими». Осуждению подвергается и?литературная деятельность Н. Некрасова, которому бросается упрек в?ренегатстве за стихи 1866 г., посвященные О. Комиссарову и?М. Муравьеву, и?за союз с?А. Краевским в?издании «Отечественных записок». Хотя автор резко выступает против этого журнала, это не означает отторжения им идей революционной демократии, напротив, его литературно-общественные идеалы связаны с?программой «Современника» конца 1850-х?– начала 1860-х гг., он ссылается на работы Чернышевского и?Добролюбова.

Для полноты картины добавим, что в?«Бесе» есть также выпады против Н. Лескова, Ф. Достоевского, И. Тургенева, Г. Благосветлова, И. Аксакова, В. Авенариуса и?ряда других литераторов.

В-четвертых, наконец, автор биографически связан с?обеими столицами. Об этом свидетельствует не только факт выхода одной из книг в?Москве, а?другой в?Петербурге, но и?хорошее знание литературной жизни этих городов?– например, редакционный быт и?«Русского вестника», и?«Отечественных записок» воссоздан очень достоверно.

Приведенные сведения значительно сужают круг возможных кандидатов на авторство рассматриваемых книг, более того, они позволяют высказать предположение, что под маской Ивана Спиридонова скрылся получивший к?тому времени довольно широкую известность В.П. Буренин?– он любил прятаться за псевдонимами; например, роман-фельетон «Розы прогресса» в?журнале «Дело» (1875. №?9, 10, 12), где, кстати, также резко и?остро высмеяна редакция «Отечественных записок», был подписан 666, и?авторство Буренина было установлено совсем недавно642. Для проверки нашего предположения прежде всего охарактеризуем литературно-общественную позицию Буренина в?этот период и?покажем ее тождественность взглядам Ивана Спиридонова.

Дебютировав в?печати в?1861 г., Буренин быстро обрел популярность. В?середине 1860-х гг. он среди наиболее активных и?талантливых журналистов радикального лагеря и?входит в?число ведущих сотрудников «Искры» и?«Зрителя», печатается в?«Будильнике», помещая там стихотворные и?прозаические памфлеты и?пародии под многочисленными псевдонимами. Некрасов привлек его к?сотрудничеству в?«Современнике», где Буренин с?1863 г. печатал сатирические и?лирические стихи, переводы из О. Барбье и?Т. Гуда. Уроженец Москвы, в?1863 г. он переселился в?Петербург.

Внук крепостного, В. Буренин с?юных лет отличался демократическими убеждениями. В?начале литературной деятельности он щеголял радикализмом и?числился среди самых «левых» и?непримиримых «нигилистов», его произведения неоднократно запрещались цензурой. 1 июля 1866 г. у?него был произведен обыск по распоряжению Муравьевской комиссии, в?1867 г. он при встрече не поклонился царю643. Излюбленными его жанрами были сатирические стихи, а?также «сценки», построенные как небольшая пьеса, состоящая из стихотворных и?прозаических реплик и?монологов действующих лиц.

Не отличаясь глубиной обобщений, он был силен быстротой отклика, наблюдательностью, живостью и?едкостью даваемых характеристик. Эти качества хорошо соответствовали специфике газетной работы. В?1864 г. В. Буренин начал печататься в?газетах «Санкт-Петербургские ведомости» и?«Русский инвалид»644, и?с тех пор сотрудничество в?газете составляет основу его литературной деятельности (хотя статьи, фельетоны и?стихи в?1860-х?– начале 1870-х гг. Буренин печатал также в?журналах «Русское слово», «Библиотека для чтения», «Беседа», «Вестник Европы», «Дело», «Отечественные записки»). В?«Санкт-Петербургских ведомостях» Буренин с?1865 г. выступал с?острыми фельетонами на темы текущей жизни («Общественные и?литературные заметки»), как и?А. Суворин вводя в?фельетон актуальную социально-политическую проблематику и?резко расширяя его жанровые рамки за счет сближения с?пародией, сюжетной прозой, судебным отчетом и?т.д. Остросатирические фельетоны Буренина, испытавшего немалое влияние щедринской сатиры, пользовались широкой популярностью.

В условиях резкого усиления цензуры после выстрела Каракозова В. Буренину становится все труднее выражать критическое отношение к?российской действительности, о?чем он весьма недвусмысленно говорит в?своих фельетонах того времени (Санкт-Петербургские ведомости. 1866. №?102, 137645), а?в сентябре 1866 г. газета, получив третье предупреждение, была практически приостановлена на три месяца (в течение этого срока для обеспечения интересов Академии наук, получавшей арендную плату за издание, она выходила под другой редакцией и?содержала лишь правительственную информацию и?объявления). После возобновления выхода газеты по требованию цензуры публикация фельетонов Буренина на общественные темы была прекращена, раздел фельетона начал вести его друг А. Суворин, а?Буренин под псевдонимом Z стал регулярно помещать обзоры журналов (в рубрике «Журналистика»).

В 1860-х?– начале 1870-х гг. в?своей критической деятельности В. Буренин был союзником революционных демократов. Отвергая искусство для искусства, он в?то же время резко выступал против писателей, жертвующих литературностью в?угоду голой тенденциозности, как представителей «консервативно-сыскной беллетристики» (В. Клюшникова, Б. Маркевича, В. Авсеенко), так и?«прогрессивно-ложных» прозаиков, создающих «голые ходячие формулы» в?романах о?«новых людях» (Н. Бажин, А. Шеллер-Михайлов). Наиболее импонировали ему писатели, «стремящиеся к?трезвому и?правдивому пониманию и?изображению действительности» (1870. №?209), особенно Л. Толстой.

В целом он поддерживал «Отечественные записки», полемизируя с?«Делом» и?резко критически отзываясь о?консервативных изданиях («Русский вестник», «Всемирный труд», «Заря»). Он признавал, что журналы «Отечественные записки» и?«Вестник Европы» «наиболее распространены в?публике и?сосредотачивают в?себе лучшие литературные силы» (1870. №?349). Характерно, однако, что похвалы его сотрудникам «Отечественных записок» делались свысока, в?манере снисходительного похлопывания по плечу (например, о?«Медвежьей охоте» Некрасова он писал: «Стихи местами хороши, но местами впадают в?пошловатый тон» (1868. №?258)). Все это время В. Буренин продолжал сотрудничать в?«Отечественных записках». Однако в?начале 1872 г. там отказались печатать его повесть (какую-то роль в?этом сыграл, по-видимому, Н. Михайловский). После этого Буренин высмеял философские статьи Михайловского (1872. №?87), что послужило началом полемики (см. «Литературные и?журнальные заметки» Н. Михайловского, «Наши общественные дела» Н. Демерта, «Дневник провинциала в?Петербурге» Щедрина в?«Отечественных записках» (1872. №?5—8); фельетоны Буренина в?№?144, 170, 205, 268, 296, 331 и?написанные, по-видимому, им же передовые в?№?138 и?142 «Санкт-Петербургских ведомостей»). Михайловский упрекал «Санкт-Петербургские ведомости» и?конкретно Буренина в?отсутствии «самостоятельной точки зрения» и?четко выраженной «политической программы». Буренин же обвинял «Отечественные записки» в?оторванности от реальных общественных проблем, характеризуя их как «дряхлую развалину выдыхающегося радикализма». Но в?целом полемика носила скорее личный, чем принципиальный характер и?была очень резкой. Михайловский, например, назвал Буренина «клопом» и?«шалопаем», а?Буренин его?– «юным философом» и?«литературной посредственностью».

Памфлет «Бес в?столице» вышел из печати в?конце июля в?самый разгар полемики (сообщение о?выходе: Правительственный вестник. 1872. №?179. 30 июля; объявление о?продаже: Санкт-Петербургские ведомости. 1872. №?214. 7 августа), а?написан был, по-видимому, в?первой половине 1872 г. (там цитируется первый номер «Отечественных записок» за 1872 г.). Он, конечно, чрезвычайно резок и?язвителен (правда, и?статьи Буренина очень мягкими и?тактичными не назовешь), но потому Буренин и?выпустил его под псевдонимом, чтобы высказаться до конца.

Целый ряд тем и?мотивов «Беса» находят свое соответствие в?публикациях В. Буренина конца 1860-х?– начала 1870-х гг. Так, М. Каткова и?П. Леонтьева, и?прежде всего отстаиваемую ими систему классического образования, Буренин высмеивал неоднократно, начиная с?первых своих выступлений в?печати («Благонамеренная поэма» (Искра. 1863. №?16—17); «реально-классическая комедия» «Исправленный реалист, или Юноша ликея» (Искра. 1872. №?14), в?которой, как и?в?«Бесе», дано пародийное описание несуществующих архитектурных украшений на принадлежащем Каткову здании).

Памфлет на П. Боборыкина, опубликованный В. Бурениным в?конце 1871 г. (№ 320), во многом совпадает с?соответствующим разделом «Беса». И?там и?тут Боборыкин подчеркивает свою европейскость и?цивилизованность, отмечая, что в?Петербурге «поголовное невежество, готтентотство и?фырканье» (газета), «свора варваров». В?газете он говорит о?«друге Сарсе и?друге Гамбетте», в?книге?– о?«моем друге Ф. Сарсе и?моем приятеле Гамбетте». В?«Бесе» Боборыкин назван Жоржем Подпрыгиным, в?газете?– Недопрыгиным, а?в «Новогоднем спиче» Буренина?– Петром Подпрыгиным.

Еще в?1867 г. в?«Искре» (№ 11) в?стихотворении «Мой псевдоним» Буренин бросил Некрасову упрек в?писании «клубных од» (имелся в?виду панегирик Муравьеву, прочитанный в?Английском клубе), в?1873-м писал о?его поэмах, «одинаково нравящихся и?юным либералам, и?членам Английского клуба» (1873. №?219), а?в памфлете «Ради скуки» на редакцию «Отечественных записок» вывел Некрасова под фамилией Клубноодова (1873. №?331). Поэму «Кому на Руси жить хорошо» он назвал «фальшиво-народной и?приторно-либеральной <…> подделкой» (1869. №?50).

В. Буренин подверг резкой критике повесть Тургенева «Вешние воды» (1872. №?8), которую Спиридонов называет «допотопной ерундой». Краевский и?Лесков, резко «разносимые» в?«Бесе», служили предметом постоянных насмешек и?выпадов Буренина в?«Санкт-Петербургских ведомостях».

Таким образом, литературно-общественные позиции Буренина соответствуют позициям автора рассматриваемых книг. Однако можно привести еще целый ряд аргументов биографического характера, вполне определенно указывающих на авторство Буренина.

И. Спиридонов пишет в?излюбленных В. Бурениным жанрах?– пародийно-юмористический рассказ и?повесть (такие произведения составили первую книгу Буренина «Рассказы в?современном вкусе» (СПб., 1874), выпущенную под псевдонимом Современный беллетрист), памфлет, прозаическая и?стихотворная пародия, рецензия. Буйная фантазия, которой отмечен «Бес в?столице», была ему не чужда. Если другие фельетонисты обычно ограничивались ироническим описанием столичных событий, то Буренин иногда вводил в?свои фельетоны фантастические сцены. Например, в?одном из них (1866. №?64) изображена ночная встреча автора на невском льду с?олимпийскими богами, во время которой Аполлон дает резко критическую характеристику современным русским поэтам. Нередко встречается в?его произведениях и?владыка преисподней – так, он писал о?молодых сотрудниках редакции, которые «радуются как бесы некие, когда Вельзевул их за дела бесовские похвалит»646.

Он владеет многими языками?– не только французским и?латынью, широко распространенными в?то время, но также немецким, английским и?итальянским (известно, что Буренин хорошо знал эти языки и?переводил с?них). Спиридонов любит вставлять в?русский текст иностранные выражения, например: «до nec plus ultra», «вне всякого raison d’?tre», «единственно из jalousie du m?tier», «общественному statu quo», «так сказать, mani?re de parler», «quasi-разум» и?т.п. Подобная манера была присуща Буренину, в?его статьях аналогичные выражения встречаются неоднократно (ср., например: С.-Петербургские ведомости. 1866. №?88; 1872. №?170; Неделя. 1868. №?2). Кроме того, он щеголяет знанием специфических архитектурных терминов (см. с. 53—54 и?др.), чего, конечно, можно ждать отнюдь не от каждого литератора, но вполне естественно для Буренина, окончившего Московское архитектурное училище. Латинские термины, использованные для пародийного описания интерьеров катковского дома (vestibulum, prithyrum, atrium, ostuarius) (с. 55, 67), полностью повторены в?поэме Буренина «Весталка» при характеристике древнеримского жилища647.

Рассказчик в?памфлете «Бес в?столице» сообщает, что вступил в?литературу в?начале 1860-х гг. и?«в продолжение последних семи-осьми лет <…> непрестанно и?неутомимо следил за русской журналистикой», а?в одном из произведений сборника «Внутри и?снаружи»?– что он москвич. Эти данные (если, конечно, согласиться с?отождествлением рассказчика и?автора) совпадают с?фактами биографии В. Буренина. Если вспомнить, что, когда Буренину было шестнадцать лет, его некоторое время опекал П. Леонтьев, игравший важную роль в?редакции «Русского вестника», а?в дальнейшем он активно печатался в?«Современнике» и?«Отечественных записках», то становится понятным, что хорошая осведомленность в?сфере быта этих редакций должна была быть присуща именно ему. Напомним также, что, как свидетельствовал Н. Михайловский, «он шныряет по всем редакциям, собирает слухи и?сплетни, знает, кто стар, кто “юн”, кто ходит в?трактир, кто не ходит, кто подписывается под статьями, кто не подписывается»648. Например, Спиридонову известно, что в?«Искре» Щедрин поместил, «сколько помнится, всего одну, маленькую статейку». Факт сотрудничества Щедрина в?«Искре» стал широко известен гораздо позже649. Он опубликовал там (под псевдонимами) всего два произведения, причем одно в?1860 г., еще до начала литературной деятельности Буренина. Зато о?принадлежности Щедрину другого, появившегося в?1870 г., когда Буренин был сотрудником «Искры», он мог узнать у?кого-либо из членов редакции.

Примечательно, что И. Спиридонов совершенно никак не характеризует газету «Санкт-Петербургские ведомости» и?ее основных авторов А. Суворина и?В. Буренина, хотя они играли видную роль в?журнальной полемике тех лет. Подобный факт можно объяснить, по-видимому, только тем, что памфлет исходит из этого лагеря. Правда, если быть точным, то Суворин и?Буренин названы в?книге, но упоминания эти идут в?списках, в?почти нейтральном контексте, и?сделаны, скорее всего, лишь для того, чтобы «замести следы». В?то же время в?тексте есть глухие автопризнания. Так, в?одном месте книги Краевский мечтает, чтобы в?покорных ему «Отечественных записках» «полюбовался на прежних друзей своих» «этот <…> кутейник?– как его там??– разносторонний сатирик,?– что ли… этот исконный враг мой, впитавший с?молоком статей автора “алюминиевых дворцов” (то есть Чернышевского.?– А.Р.) и?критика “темного царства” (то есть Добролюбова.?– А.Р.) непреодолимую ненависть ко мне и?ко всем литературным кулакам» (с. 118). В?другом месте изображена беседа двух литераторов, из которых один?– «с небольшой русой бородкой» и?«неизменной насмешливостью во взгляде» (с. 93), который рассказывает о?литературных нравах и?смотрит на собеседника «с видом “старого воробья”» (Буренин носил «небольшую бородку», а?Михайловский в?майском номере «Отечественных записок» 1872 г. писал о?наружности “старого воробья”» у?Буренина).

Атрибутируя памфлет «Бес в?столице» В. Буренину, следует учесть и?то обстоятельство, что объявление о?продаже книги появилось только в?«Санкт-Петербургских ведомостях». Обычно сотрудники помещали подобные объявления прежде всего в?своем органе, так как там публикация осуществлялась бесплатно или со скидкой.

Сказанного выше достаточно, как нам представляется, чтобы считать Буренина автором книг «Бес в?столице» и?«Вчера и?сегодня».

Это вносит дополнительные, причем весьма колоритные, штрихи в?его литературную биографию. Теперь становится очевидной его двойная игра во время полемики. Не выступая в?своей газете явно против корифеев «Отечественных записок» Щедрина и?Некрасова и?постоянно подчеркивая свое уважение к?ним, под маской Спиридонова Буренин пытался дезавуировать их упреками в?неискренности и?двуличии.

С конца 1870-х гг. (в 1876 г. он перешел в?суворинское «Новое время», где и?печатался до его закрытия) у?В. Буренина с?каждым годом усиливаются националистические, охранительные настроения, а?в своей критической деятельности он все больше руководствуется личным отношением к?автору, внелитературными аспектами его жизни и?деятельности, нередко выходя за рамки дозволенного литературными нравами. У?него сложилась репутация «бесцеремонного циника, часто пренебрегающего приличиями в?печати»650. Все более консервативными становились и?его литературные взгляды, он подверг резкой критике практически всех крупных писателей конца XIX?– начала XX в.: реалистов (В. Короленко, А. Чехов, И. Бунин, М. Горький), символистов (К. Бальмонт, В. Брюсов, А. Блок), футуристов (И. Северянин, В. Маяковский) и?т. д.

Тем не менее репутация В. Буренина в?поздний период его деятельности не должна искажать историко-литературную перспективу при рассмотрении ранних этапов его литературной работы. Более того, именно процесс его эволюции, постепенного и?последовательного «дрейфа» вправо должен стать предметом пристального анализа. Введение в?научный оборот двух охарактеризованных в?данной статье книг дает богатый дополнительный материал для изучения этого процесса.

1991 г.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.