Vereenigde Oostindische Compagnie

Vereenigde Oostindische Compagnie

Сергей Голубицкий, опубликовано в журнале "Бизнес-журнал" №24 от 12 декабря 2006 года.

http://offline.business-magazine.ru/2006/108/277649/

От внимательных читателей рубрики не мог ускользнуть общий знаменатель, к которому сводятся самые, на первый взгляд, разнородные биографии - идет ли речь о видных предпринимателях или о корпоративных структурах. Знаменатель этот условно можно отнести к исторической конспирологии - в той мере, в какой он усматривает за внешне никак не связанными между собой явлениями присутствие единого вектора власти и финансового контроля. В отличие, однако, от традиционных конспирологических теорий, от мутных бильдербургских клубов, «комитетов-300» и «богемных рощ», единым вектором «Чужих уроков» выступает не таинственная структура или организация, а некое вполне приземленное понятие - старые деньги.

Нумизмадицея [192]

В «старых деньгах» нет ничего мистического: они зародились в XII веке в Испании и Италии, в XIV переместились во Франкфурт, в XVI - в Антверпен, чуть позже - в провинции Утрехтской унии, пока не обосновались в Британии после успешного экспорта революции Кромвеля (XVII век). На уровне имен под «старыми деньгами» мы понимаем корпоративную спайку старинных финансовых домов Европы: Дельмонте, Суассо, Карвахаль, да Сильва, Медина, Гидеоны, Варбурги, Шиффы, Ротшильды - костяк, сформировавшийся к началу XIX века.

Для осознания реальных масштабов «старых денег» необходимо понимать, что речь идет не о миллионах и даже не о миллиардах долларов, фунтов стерлингов и гульденов, а о практически безмерных состояниях, накопление которых происходило веками. Значимость этих состояний подкрепляется не только родовыми банками, дворцами и многовековой эксплуатацией колоний, но и прямым доступом к денежным печатным станкам ведущих индустриальных держав [193], а заодно и контролем над институтами политической власти.

Очевидно, что гипотеза «старых денег» делала наше обращение к истории лишь вопросом времени. Рано или поздно нам пришлось бы отвратить взгляд от занимательных сюжетов современного бизнеса и углубиться в прошлое, чтобы найти в нем прямые ответы на вопросы настоящего: «Почему 70% всех алмазов в мире гранят в Антверпене?» Или: «Почему котировки золота послушно гуляют по узким коридорам, определяемым в одном из лондонских офисов?» Или совсем уж конкретное: «Как получилось, что сразу после начала вторжения американской армии в Ирак, все 175 газет информационной империи Мердока опубликовали передовицы в поддержку агрессии?»

Мы предлагаем читателям совершить первое из задуманной серии назидательных погружений в прошлое и проследить удивительную судьбу VOC, Голландской ост-индской компании, пионера транснациональной корпоративной экспансии, первого в истории эмитента публичных акций, являвшегося на протяжении 200 лет крупнейшим бизнесом планеты, превратившим Утрехтскую унию в самую богатую страну мира, а затем тихо и бесславно обанкротившимся.