Правило 1. Твои желания важнее всего

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Правило 1. Твои желания важнее всего

Чтобы стать метасатанистом, нужно снять с себя те ошейники, поводки и намордники, которыми тебя удерживает окружающий мир. У метасатаниста нет ни принципов, ни совести ни даже цели в жизни. Для метасатаниста имеют значение только его желания, а всё остальное волнует его только в том случае, если он этого хочет.

В-1-1: Кто определяет, что для меня самое важное?

О: Как ни пафосно это звучит, взрослый человек принимает решения самостоятельно.

Это ребёнку закладывают в голову готовую шкалу ценностей. Сначала детский мозг фаршируют своими идеями родители, потом воспитатели детского сада, школьные учителя, старшие товарищи и прочитанные книги. Ребёнку говорят: «вот это, Павлик, хорошо, а вот это — плохо», и ребёнок особо не задумывается, почему же это так.

Но если ребёнок хочет стать взрослым, в какой-то момент он непременно должен выбрать сам, что же для него является самым главным.

Если ребёнок решает, что главное для него — это Б-г, он становится христианином или верующим иной религии. Для гуманистов главное — это человечество. Для коммунистов — труд, для нацистов — нация.

Самое важное для метасатанистов — это их собственные желания.

В-1-2: Как узнать, что же самое главное лично для меня?

О: Можно просто принять волевое решение: взять и выбрать. Ну, сказать себе, например, «для меня важнее всего моя семья, и точка». Либо, как вариант, можно выбрать «собственные желания», просто потому, что так посоветовал Фриц Морген.

Но тогда, конечно же, ты не будешь метасатанистом. Метасатанист делает свой выбор не наугад, он выбирает вполне осознанно. Процесс выбора, правда, не очень прост и не очень быстр.

Нужно заглянуть к себе внутрь, разобраться в своих мыслях. Понять, где твои желания, а где чужие. Отделить свои желания от желаний своего тела.

И вот тогда первое правило станет осязаемым и очевидным. Ты увидишь собственными глазами, что твои желания — важнее всего.

В-1-3: Вот я много думал и решил, что я хочу посвятить свою жизнь заботе о других людях. Это ведь тоже моё желание?

О: Да, помогать другим — это тоже желание. Вот только далеко не факт, что это именно твоё желание.

Это может быть, например, желание твоего тела. Желание твоих родителей или друзей. Ещё чьё-нибудь желание.

Чтобы отличать одни желания от других нужно развить в себе восприимчивость, наподобие музыкального слуха. Тогда можно будет заглянуть внутрь своей головы, поперекатывать желание по извилинам мозга и ощутить: фальшивое это желание или всё же настоящее.

В-1-4: Но у меня бывают весьма нехорошие желания. Желание грабить и убивать, например. Получается, если бы я был метасатанистом, я бы грабил и убивал?

О: Это вряд ли. Во-первых, кроме Десяти Заповедей и Морального Кодекса Коммуниста существуют ещё и сотрудники милиции. У которых есть весьма убедительные аргументы, чтобы даже конченый эгоист воздержался от серьёзных правонарушений. Желание сохранить здоровые почки у большиства людей таки сильнее желания убить косо посмотревшую на тебя старушку.

Во-вторых, излишняя агрессивность, как правило, как раз и бывает вызвана воздержанием. Не будет, например, ничего удивительного, если сидящая на жестокой диете молодая мама совершит гнусный поступок: сожрёт завтрак родного сына и оставит его голодным.

В-1-5: Так что же, получается, что сатанисты — плюшевые, как пионеры-тимуровцы? Законопослушны, порядочны и альтруистичны?

О: К чему утаивать грех, бывает и так, что наши желания сильно расходятся с общественной моралью. Конечно, мы не режем кошек на кладбищах, как бы ни хотелось этого жёлтой прессе, да и убийц-насильников среди нас тоже негусто.

Однако если сатанист считает правильным совершить правонарушение, он его совершит.

С другой стороны, не будем забывать, что у метасатанистов принципов нет. Например, убивать ближних ради Высших Интересов мы не готовы категорически. Глушить свой мозг ударными дозами алкоголя метасатанистам тоже ни к чему. Воровство и грабежи, опять-таки, представляются метасатанисту слишком беспокойным и недостаточно выгодным делом, чтобы их практиковать.

В целом, так уж получается, жить в мире с обществом гораздо выгоднее, чем быть его врагом. Метасатанисты это хорошо понимают.

В-1-6: Представляю моральный облик метасатаниста. Трахает всё, что движется и имеет несколько брошенных детей в разных городах, так?

О: И вправду: мужчине, который живёт в семье только из чувства долга, тихие семейные радости малознакомы. Ну, вряд ли мы получим большое удовольствие от чёрной икры, если заставить нас пожирать её под дулом пистолета. Счастье — дело сугубо добровольное.

По той же причине глубоко порядочным мужьям такими манящими кажутся потрёпанные прелести уличных продажных женщин. Запретный плод сладок, а тюремный паёк пресен.

Вместе с тем, семейное счастье — это не миф из советстких фильмов. Оно и в самом деле существует. Просто нужно иметь душевное здоровье, чтобы наслаждаться им.

Ровно тоже самое можно сказать и про детей. Дети для сатаниста — это предмет роскоши, игрушка для взрослых. С детьми можно играть, детей можно тискать, детям можно читать книжки вслух и можно учить их играть в шахматы.

Конечно, ребёнок — это весьма дорогая игрушка, требующая внимания и заботы. Однако, если деньги не являются проблемой, какой же сатанист будет убегать от удовольствия?

Ссылки:

Идеология чайлдбизи.(http://fritzmorgen.livejournal.com/30065.html)

Ребёнок: игрушка или не игрушка.(http://fritzmorgen.livejournal.com/31222.html)

В-1-7: Чем метасатанизм отличается от гедонизма?

О: Гедонисты не делают разницы между наслаждением и болью. Если я правильно понимаю идеи гедонистов, они низводят наслаждение до банального удовлетворения потребностей.

Например, наслаждение едой (согласно Аристиппу) — это удовлетворение голода, а наслаждение сексом — это удовлетворение похоти. В этом гедонисты похожи на советских офицеров, которые владеют рецептом солдатского счастья: «чтобы сделать человеку хорошо, нужно сначала сделать ему плохо, а затем как было».

Существует, однако, известный парадокс гедонизма: если бы секрет наслаждения лежал в удовлетворении потребностей, то самыми счастливыми людьми были бы больные чесоткой. Ведь у них всё время есть сильная потребность (чесаться) и они всё время её удовлетворяют (чешутся).

Согласно учению метасатанизма дела обстоят несколько иначе.

Настоящее наслаждение испытывает не голодный студент, который под конец рабочего дня дорвался, наконец, до еды. Настоящее наслаждение испытывает гурман, который спокойно, не торопясь, смакует в ресторане деликатесы. Конечно же, настоящее наслаждение не вызывает такого бурного фонтана эмоций, как, например, радость от прекращения пытки голодом. Зато настоящее наслаждение зависит только от твоей восприимчивости и, следовательно, может быть сколь угодно велико.

В-1-8: Так в чём же тогда заключаются настоящие желания?

О: Если метасатанист заглянет себе глубоко вовнутрь, далеко за потребности бренной плоти, от увидит там желание строить. Делать что-то из ничего. В самом широком смысле этого слова, от стройки сараев, до построения светлого будущего.

Ссылки:

Юные архитекторы.(http://fritzmorgen.livejournal.com/23620.html)

В-1-9: Думать о своих желаниях хорошо только в том случае, если таких эгоистов немного. Если же все будут думать о себе, мир рухнет

О: Не буду вставать в позу Наполеона и утверждать, что мне плевать на этот мир. Я извлекаю из окружающего мира немало удовольствия и не хочу его лишиться.

Другой вопрос, что мне сложно согласиться с тезисом «эгоисты вредят обществу».

Так уж устроен наш мир, в нём лучше всего живётся богатым людям. Достаток же, чтобы там ни выдумывали коммунисты, гораздо проще заработать, чем украсть. Воровство — занятие весьма рискованное, и у вора куда как больше шансов сесть в тюрьму, чем разбогатеть.

Ну а во время зарабатывания денег эгоисты обществу помогают. Создают материальные ценности, создают рабочие места. Тратят свои деньги, позволяя другим людям заработать, в конце концов.

Простой пример. Вот я, махровый эгоист, через час оторву задницу от стула и поеду в ресторан. Там я оставлю, допустим, две тысячи рублей. Выиграет общество от этого или проиграет?

Разумеется, выиграет. Как минимум, в лице официанта, повара, поставщика продуктов, владельца ресторана и водителя такси.

Ссылки:

Адольф Гитлер: кровавые ладошки доброты.(http://fritzmorgen.livejournal.com/5683.html)

Услуги населению.(http://fritzmorgen.livejournal.com/145785.html)

В-1-10: А вот если метасатаниста не ограничивать обществом, что он будет делать? Например, на необитаемый остров попал метасатанист с двенадцатилетней девочкой и запасом еды на месяц. Шансов спастись — нет. Получается, метасатанист, следуя лишь своим потребностям, будет девочку насиловать, а потом, как закончатся запасы, съест её? Ведь никаких угроз со стороны общества нет, есть лишь собственные потребности

О: Это вопрос с подвохом. Не очень часто взрослые мужчины попадают на необитаемые острова с двенадцатилетними девочками. Надо полагать, автор вопроса хотел бы услышать ответ: «да, я изнасилую девочку, а потом съем».

Поэтому отвечать я не буду, а задам встречный вопрос.

Допустим, академика Сахарова поймали сектанты. И поставили его перед выбором: или он изнасилует и съест двенадцатилетнюю девочку, или они взорвут в центре Москвы водородную бомбу. Как полагаете, что выбрал бы академик?

Ссылки:

Фальшивая Развилка: продать мать или подставить жопу?(http://fritzmorgen.livejournal.com/59002.html)

В-1-11: В чём разница между желанием насладиться пищей и потребностью удовлетворить голод?

О: Вкратце, разница в следующем. Желание — это стремление что-нибудь получить. Автомобиль, например, или трёхкомнатную квартиру. Или Нобелевскую Премию. Потребность — это, наоборот, необходимость убрать что-нибудь мешающее. Избавиться от необходимости ходить пешком, от страха быть выгнанным со съёмной квартиры, от чувства собственной малозначительности.

Подробнее про это будет в комментариях к правилу 5: «Настоящие желания бесцельны».

Ссылки:

Тест мертвеца.(http://fritzmorgen.livejournal.com/97566.html)

В-1-12: А как насчёт любви? Порой она требует жертв. Если любимый человек хочет чего-либо, чего не хочется тебе, как быть? Отказав, ты (как минимум) его обидишь. Но «идеальному эгоисту» на это как-то наплевать. Как же обстоят дела с метасатанистом?

О: Во-первых, настоящая любовь — это, прежде всего, любовь к себе. Вспомним парадокс Литвака: если ты ценишь любимого больше, чем себя, то ты должен уйти. Чтобы не подсовывать своему любимому второсортный товар.

Ну а во-вторых, «идеальному эгоисту» вовсе не наплевать на своё имущество. Рассуждая грубо и материально, эгоист может, например, оплатить любимой девушке услуги стоматолога, чтобы ему было приятнее смотреть на её улыбку.

Либо, если добавить немного романтики, эгоист может подарить девушке букет тюльпанов, чтобы почувствовать её радость.

В-1-13: Страшно иметь дело с метасатанистами. Я вот, простой обыватель, метасатанисту абсолютно бесполезен. А вдруг он меня убьёт и съест?

О: Наверное, есть такая вероятность. Но зачем мне убивать и есть людей? Чтобы полакомиться «длинной свиньёй», как называют человеческое мясо африканские каннибалы? На мой взгляд, это слишком дорогая трапеза.

Однако даже если отбросить вопрос цены, не будем забывать правило 11: «Сатанисты любят людей и других животных». Мне будет весьма неприятно убивать живого человека, поэтому я не буду этого делать без действительно серьёзных оснований.

В-1-14: Выбор своих желаний в качестве приоритета, используя свои желания в качестве критерия выбора — с точки зрения логики ерунда. Точно так же я могу сказать «так как интересы общества превыше всего, я сознательно выбираю шкалу ценностей, основанную на интересах общества»

О: Метасатанист делает свой выбор вовсе не из-за того, что это правильно или логично. Просто он так устроен.

В каждого человека встроены невидимые весы, на которых он взвешивает, что для него важнее: «свои желания», «любовь окружающих», «мнение тёщи» или «интересы общества». Если эти внутренние весы настроены правильно, если механизм весов не испорчен, например, родительскими предписаниями, то при взвешивании метасатанист выясняет, что больше всего весят именно его желания.

Представим себе слепого брюнета. Он не может увидеть цвет своих волос в зеркале, и вынужден либо строить догадки относительно их цвета, либо полагаться на мнение других.

Так вот. Метасатанист подобен слепому, который прозрел и таки лично увидел цвет своих волос.

В-1-15: Если я правильно понимаю, то один из твоих посылов звучит примерно так: у нормального человека, на психику которого ничто не влияет, не возникает извращенных и нездоровых желаний типа убийства окружающих, изнасилования маленьких девочек или издевательств над слабыми и беспомощными.

Если это так, то ты абсолютно согласен в этом вопросе с христианскими философами, но у тех есть внятное объяснение этому (и случаям «ненормального» поведения), в отличие от твоей философии

Я не вижу ничего позорного в том, чтобы согласиться с христианскими философами по какому-нибудь вопросу. Вся суть идеологии метасатанизма как раз и заключается в том, что мы не спорим с Б-гом и не подчиняемся ему, а живём своей жизнью.

Заповедь «не убий» метасатанизм, с определёнными оговорками, считает вполне разумной. А вот, например, мораторий на презервативы выглядит с точки зрения метасатанизма опасным предрассудком.

В-1-16: Но всё же. Философия метасатанизма подразумевает, что если у человека возникает осознанное желание убить другого человека, и если существует абсолютная гарантия безнаказанности — то он совершает убийство.

О: Да, это так. Само слово «заповедь» слабосовместимо с метасатанизмом, и шестая заповедь — «Не убий», конечно же, тоже может быть при желании нарушена.

Поэтому если, например, какой-нибудь негодяй прострелит мне ногу, я буду рад его убить. Даже если с точки зрения самообороны это и будет излишним.

С другой стороны, я не буду никого убивать только за то, что он, например, отзовётся о метасатанизме матерными словами. Нести просвещение «мечом и огнём» — это не про нас.

В-1-17: С одной стороны, ты предлагаешь нам выбрать «самое важное» самостоятельно. С другой стороны, ты прямо указываешь, что «самое важное» — это наши желания. Как так? Где же здесь выбор?

О: Процедура выбора заключается во взвешивании наших ценностей на внутренних весах. Если взвешивание проводит метасатанист и если его внутренние весы исправны — они покажут, что самое главное — это желания метасатаниста.

Если же весы выберут в качестве главной ценности что-то иное, то объяснений этому может быть два.

Во-первых, возможно, какое-нибудь инородное тело в психике метасатаниста препятствует нормальной работе весов. Тогда ему следует покопаться в своих мыслях и починить весы.

А во-вторых, я вполне допускаю существование психически здоровых людей, которые заглянут глубоко в свои мысли и осознанно выберут в качестве высшей ценности не свои желания, а что-нибудь иное.

Точно так же люди вовсе не обязаны писать стихами. Здоровый человек может писать прозой и оставаться при этом здоровым. Однако поэтом тогда он уже не будет. Так и люди, которые выберут в качестве высшей ценности что-то иное, уже не будут метасатанистами.

В-1-18: Я правильно понимаю, что государства, целиком состоящего из метасатанистов, быть не может?

О: Почему же не может быть? Вполне. Как минимум, метасатанист вполне может основать государство из одного себя. И, допустим, улететь на звездолёте колонизировать какую-нибудь галактику.

Могут существовать государства и из многих метасатанистов.

Больше скажу. Я полагаю, что государства из метасатанистов неминуемо появятся в будущем. В конце концов, кто мешает метасатанисту быть, например, слесарем? Военным? Чиновником? Мои правила не мешают, это точно.

Ссылки:

Могут ли все быть бизнесменами?(http://fritzmorgen.livejournal.com/26647.html)

В-1-19: Есть много путей к счастью и удовлетворению желаний. Все непросты. Но всё же. Можно ограничить свои желания, и сделать так, чтобы удовлетворить их было легко, и жить счастливым до самой смерти. Можно потакать им, и взрастить свои желания выше гималайских гор, и всю свою жизнь пребывать в достижении, и умереть не достигнув вершин. Каждый может установить себе предел, или не делать этого. И каждый путь непрост

О: «Умереть на пути к вершине» — это точно не наш путь. «Жить в шалаше» и наслаждаться мягким шорохом падающих листьев — уже лучше, но всё ещё недостаточно. Есть иные пути.

Однако в целом я согласен — дорог у человека много, и метасатанизм — только одна из них. Если кто-то хочет быть дауншифтером, по примеру Диогена — почему бы и нет? Тоже вариант.

Нет особого смысла сравнивать разные пути. Бокс — это бокс, а академическая гребля — это академическая гребля. Нелепо утверждать, что один вид спорта круче другого.

Ссылки:

Папа, сын и Линейка.(http://fritzmorgen.livejournal.com/71972.html)

В-1-20: Эгоистом быть хорошо, если эгоистов немного. Пример из жизни. Вчера, воскресным вечером, возвращаюсь из деревни. Трасса забита, но в движении этого не чувствуешь. Вдруг закрывают железнодорожный переезд, и образуется километровая пробка. После его открытия, несколько умных эгоистов выруливает из колонны и по обочине едет в ее начало. Там просятся опять их впустить. Кто-то их посылает, а кто-то впускает. В результате они проезжают гораздо раньше, чем если бы стояли в колонне. Их успех вдохновляет еще кучу народу. Вскоре «умников» становится полколонны. И в таком количестве их хрен кто впускает. Как результат — и вся колонна движется гораздо медленнее, и те, кто выехал на обочину последними, проехали значительно позже, чем если бы не выезжали

О: Надо отметить, что контроль над соблюдением правил — это обязанность гаишников, а не священников. Проблема езды по обочине решается не промывкой водительских мозгов, а, например, банальным увеличением штрафов до уровня, когда бойцам ГИБДД будет интересно ловить «нормальных героев».

Однако лично я, будучи эгоистом, по обочинам всё равно не езжу, хотя и могу. Почему?

Во-первых, есть ненулевой шанс нарваться на психопата, которого мой поступок приведёт в бешенство. Тогда мне придётся от него отбиваться и, вполне вероятно, в процессе конфликта пострадает моя шкура либо шкура моего автомобиля.

А во-вторых, я люблю выглядеть красиво. И я не буду суетиться как испуганный хорёк ради выигрыша в пять минут. По той же причине я не буду лезть через забор, а предпочту потратить две минуты на обход. И по той же причине я не буду проползать под турникетом в метро, а заплачу 20 рублей за жетон.

Мне нравится выглядеть неторопливым и солидным. Это греет моё чувство собственной важности.

В-1-21: Представим себе мысли метасатаниста-мента: «Если я сейчас пойду задерживать вора (выполнять свою обязанность), то мне это может обернуться как маленькими ништяками от начальства, так и увечьями, побоями или еще чем похуже. У вора может с собой быть оружие, он может быть разрядником по карате. Ну его в болото. Да и ворует он дешёвую магнитолу, а таких случаев миллион, и мало какие пресекаются. Мне невыгодно рисковать из-за таких пустяков».

Мент отворачивается и идет дальше, вор совершает преступление. Вопрос: как решить это противоречие при условии, что мы хотим чтоб все люди жили по принципам метасатанизма?

Лично я не думаю, что в обозримом будущем метасатанизм станет настолько массовым, что будет сложно нанять сотрудника милиции с иным мировоззрением. Однако почему бы и не рассмотреть этот «парадокс» с магнитолой?

Замотивировать нашего сыщика можно тысячью разных способов.

Например, при наличии свободных денег, можно банально повысить сотрудникам милиции зарплату. Рисковать за деньги — это вполне по-нашему. Особенно если учесть, что риск в большинстве случаев может быть сведён к минимуму. Например, при наличии нужных ресурстов, метасатанист-в-погонах может банально сфотографировать воришку издалека, а потом найти его по базе.

Другой вопрос, что в настоящее время многие сотрудники милиции заняты ненужной и даже вредной для общества деятельностью, вроде борьбы с курильщиками марихуанны и уличными жрицами любви. Из-за этого ресурсов на реальную борьбу с преступностью часто не хватает.

В-1-22: Желание/потребность что-то получить равно желании/потребности убрать что-то противоположное. Желание получить сытость, например, это потребность убрать голод. Желание получить автомобиль — это потребность убрать хождение пешком. И так далее. При получении чего-то, что-то убирается, и в языке нередко есть подходящие слова для обоих случаев. А если нет, то можно использовать сложную конструкцию: желание получить X — это потребность убрать отсутствие X. Так что всякое желание есть потребность и наоборот

О: Это верно только для простых, телесных, физиологических желаний. Для настоящих желаний подобная схема работать не будет. Попробуем, например, продолжить конструкцию: желание вырастить дерево — это потребность убрать… что?

Потребность убрать пустое место на лужайке? Потребность справиться со страхом не выполнить программу жизни «настоящего мужчины»?

Что бы мы ни выдумали, это будет притянуто за уши. Так как у настоящих желаний никаких «зеркальных» потребностей просто нет.