Глас вопиющего / Политика и экономика / Те, которые...

Глас вопиющего / Политика и экономика / Те, которые...

Глас вопиющего

/  Политика и экономика /  Те, которые...

Судачат, что в России, мол, телефонное право. Ну в целом судить трудно, но что касается конкретного дела Ильи Фарбера, сие злопыхание не выдерживает никакой критики. Нужны доказательства? Пожалуйста! Телеинтервью Владимира Путина, в котором тот назвал суровый приговор сельскому учителю (более семи лет колонии за взятку в несколько сот тысяч рублей) «вопиющим случаем», записывалось 3 сентября, в эфир вышло на следующий день. А прокурорская апелляция с просьбой смягчить приговор поступила в Осташковский городской суд, по официальной версии, 9-го числа. Скорость реагирования на сигнал позволяет однозначно исключить из списка возбудителей прокурорского рвения как телефон, так и все прочие виды современной связи. Все указывает на то, что если сигнал и был, то передали его старым добрым дедовским способом — почтой. Возможно, голубиной.

А еще может быть, что и не было никакого сигнала, просто совпало. Бывает же так, что одна и та же мысль одновременно приходит в голову двум совершенно разным людям. В данном случае — гаранту Конституции и осташковскому прокурору. Да, до недавних пор данный слуга закона считал, что Фарберу еще мало дали: обвинение требовало 7,5 года, а приговорили всего к 7 годам и одному месяцу (плюс трехмиллионный штраф). Но ведь история знает еще и не такие случаи духовного прозрения. Возьмите, например, Павла (Савла), превратившегося из гонителя христиан в одного из преданнейших последователей Спасителя. Согласно Новому Завету начало трансформации положил услышанный будущим апостолом голос: «Савл, Савл! что ты гонишь Меня?» После чего тот на три дня ослеп. Фарбер, конечно, далеко не мессия, а прокурор вряд ли кандидат в святые, но против такого прецедента не попрешь.

Остается определить, чей именно глас «перепрограммировал» провинциального прокурора. Для этого надо ответить на вопрос, когда именно случилось чудо. Отматываем назад, беря за точку отсчета 9 сентября. Примерно день-два после самого акта прозрения у служителя закона должны были уйти на оформление бумаг и их доставку в суд. Три дня, как сказано в авторитетнейшем из источников, длится «слепота». Получается глас прозвучал как раз 4-го числа. Но постойте, ведь именно тогда страна и услышала: «Данный случай, конечно, вопиющий». Опять совпадение? Ну уж дудки. Тем, кто сомневался в существовании в российской правовой системе силы более высшей, чем любой судья и прокурор, самое время покаяться и уверовать. Ни один волос не упадет с головы фигуранта того или иного громкого дела без воли этой высшей инстанции, на чьих бы плечах эта голова ни сидела.