Часть третья 1

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Часть третья

1

Много месяцев прошло с тех пор, как Касанда прибыл на урановый рудник в Тинковелью, но он не мог привыкнуть к новой жизни. С утра до ночи бросал он лопатой куски черно-зеленой земли, которую белые называли «уранинит», на бесконечную ленту транспортера, и тело его вечно ныло от непосильного труда. Работа на поле, в краале, казалась ему теперь развлечением по сравнению с тяжелым, безрадостным трудом на руднике. Черно-зеленая земля, безобидная с виду, причиняла страдания тому, кто с нею долго соприкасался. Люди глохли и начинали кашлять кровью. Многие из батако, работавшие рядом с Касандой, уже ходили словно тени. Долго выдержать тяжелый режим, установленный на руднике, они не могли.

В последнее время даже праздники отменили. Чья-то невидимая рука заставляла работать всю эту массу согнанных сюда людей с каждым днем все быстрее и быстрее, и черные надсмотрщики с плетками за поясом зорко следили за тем, чтобы никто из негров не уклонялся от работы.

Негры, работавшие с Касандой, боялись своего надсмотрщика Ксири, свирепого черного парня с берегов притока Конго — Ломами, и старались задобрить его подарками, которые Ксири брал с величайшим пренебрежением. Только Касанда никогда не получал пинков и зуботычин, хотя Ксири и ненавидел его за то, что он держался чересчур независимо и не проявлял должного уважения к надсмотрщику. Касанда не только не дарил ему подарков, но даже осмеливался задавать ему, Ксири, разные вопросы, словно равный равному.

Как только Касанда появился на руднике, он прежде всего спросил Ксири, не знает ли бвана надсмотрщик, когда им, каждому негру, дадут по хижине, сделанной из камня, как это обещал бвана вербовщик.

Ксири даже подумал сначала, что Касанда издевается над ним. Но негр смотрел на него так доверчиво, что надсмотрщик решил: парень не в своем уме. Когда их взгляды встречались, Касанда никогда не опускал глаз, как это делали другие, а простодушно смотрел Ксири в лицо. Он держался независимо и был твердо уверен, что Ксири очень любит его за усердную работу: ведь он никогда не сидел без дела. У Ксири чесались руки «проучить» Касанду, так как он подозревал, и не без основания, что все остальные рабочие, которые были хорошо знакомы с плетью и кулаками надсмотрщика, думают, что он боится Касанды. Он действительно не решался ударить Касанду. Широкие плечи негра и могучие руки с огромными узловатыми мышцами красноречивее всего говорили, что этого делать не следует.