Заключение

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Заключение

Элитология Платона — одна из самых загадочных и мало еще изученных тем его философского наследия. Первый опыт по анализу этой проблемы, может лишь поставить вопрос о степени ее актуальности, но не ответить на все интересующие исследователя вопросы. Многое еще предстоит сделать и нет уверенности в том, что когда-нибудь этот вопрос раз и навсегда будет закрыт в философии вообще. Ясно лишь одно, перед нами начало большого и весьма трудного пути познания явления, которое выступает определяющим в общественном и индивидуальном сознании истории всего человечества. Элитология, как самостоятельная общественная научная дисциплина, еще ждет своего часа и настоящее исследование — исследование ее исторических истоков, исследование ее такой, какой она была две с половиной тысяч лет назад в умах наших далеких гениальных предков, аристократии духа эпохи зарождения самой европейской цивилизации — может помочь обрести ей свое Я.

Основной задачей данной работы являлась попытка проследить, как, при каких обстоятельствах и в какой форме в сознании самого гениального грека всех времен и народов, происходило зарождение и становление идеи избранности. Хотя мы так и не ответили на вопрос «был ли у Платона окончательный вариант элитологического учения или мы имеем дело всего лишь с различного рода отдельными высказываниями, не имеющими внутреннего концептуального единства», но стало ясно одно, что он осознанно шел на разработку самой этой темы, искал пути ее теоретического обоснования и даже практического применения. Платоном было собрано и проанализировано немало ценного материала, отражающего историю развития античного представления об избранности в предшествующий ему период. И в этом качестве, в качестве элитолога-исследователя, он весьма преуспел и создал хорошую теоретическую базу для построения собственной элитологической системы. Являясь аристократом по рождению, он стал аристократом по духу, совместив в себе и родовое предание и философское миропонимание, что удавалось практически осуществить крайне редко. В этом есть исторический подвиг Платона. Его «жизненная драма», о которой писал Вл.Соловьев и «трагическая судьба его объективного идеализма», о которой говорит А.Ф.Лосев, могут являться лишь следствием этого счастливого стечения обстоятельств его жизни. Все трудности жизни Платона можно выразить одной грибоедовской фразой: «горе от ума»! Ум Платона был действительно велик не только для его Афин, но и для всей Эллады в целом. Трудно жить среди людей, которые находятся ступенью ниже гения и не осознают при этом своего «ничтожества». Всю жизнь Платон пытался объяснить своим современникам этот фатальный разрыв их действительности. Поняли ли они его? Поняли, но не все, а лишь те, кто, как и сам Платон, проник в мир его высокой философии. Платона поняла лишь элита духа, для которой он и писал всю свою жизнь. Писать для масс было и бесполезно, и небезопасно. Демос жил для совершенно иного. Ему философия была не нужна, как ненужной она остается и сегодня для 99% человечества.

Для чего тогда вообще нужна элитология? Будить совесть элиты? Но если демос не будет знать о бытии элиты с научной точки зрения, то со временем элита превратится в касту вырождающихся индивидов, находящихся в тени своих великих предков. Поэтому элитология нужна как для самой элиты, так и для демоса. Самое важное, на наш взгляд, наблюдение,сделанное элитологами за последнее время, было то, что элитология вырвалась из объятий политики и повернулась лицом к антропологии. И в этом ей помог все тот же Платон, элитология которого незаслуженно ограничивалась его исследованиями одной лишь социальной философии. Если мы примем во внимание, что наравне с социальной элитологией, изучением которой активно занимаются политология и социология, существует еще и антропологическая элитология, открытая для философии, этики, культурологии и психологии, то станет очевидно, что эти две элитологии должны быть составными частями единой элитологической науки. И элитология Платона яркое тому доказательство.

Платон действительно и по времени, и по внесенному им вкладу в развитие данной науки, является самым авторитетнейшим патриархом элитологии. Можно даже с известной натяжкой утверждать, что именно он и является ее создателем. Платон писал «элитарным стилем», писал об элите и исключительно для самой элиты. Поэтому он самый элитарный писатель всех времен и народов. Его можно сравнить разве что с Библией, которая изначально тоже создавалась богоизбранным народом, исключительно только для одного этого «читающего» народа. Отличие Платона от Ветхого Завета — персоналистическое, а не этническое. И если бы не апостол Павел, Библия никогда бы не стала даже в сравнение с его гением. Христианство нарушило монополию Платона, до известной степени подчинив себе его идеи. Но и при этом Платон остался Платоном и христианское богословие так и не смогло его полностью преодолеть – он оказался слишком велик и для нее. Однако то, что с легкостью было усвоено самим христианским учением, было непосредственно связано именно с элитологическими воззрениями Философа.

В настоящем исследовании мы впервые в истории философии попытались рассматривать философию Платона через анализ его элитологических идей, органически включив их в общую систему его философии, как один из ее основных разделов. Сами произведения Платона помогают нам собрать и свести воедино разбросанные в них элитологические идеи. То, чего не смог или не захотел по каким-либо причинам сделать их автор, может и просто обязана осуществить современная элитология для своего же собственного авторитета. Такая собранная и отсистематизированная элитология Платона будет служить надежным теоретическим источником по ряду самых важных ее направлений, в числе которых можно назвать такие, как этические воззрения элиты духа, элитарная педагогика, проблемы элитарного сознания и познания и, наконец, элитоперсонализм.

Во всяком случае, сегодня мы смело можем утверждать, что Платон, несомненно, имел в виду все эти элитологические нормы, когда создавал в тиши Академии свои произведения. Не может быть, чтобы они могли случайно попасть на страницы его диалогов. Такое утверждение было бы столь фантастично и невероятно, что его не стоит даже и принимать во внимание. Живя в старинной аристократической семье, нельзя, хотя бы даже на психологическом уровне, не усвоить ее родовые духовные ценности и традиции. Платон действительно является самым ярким выразителем идеологии античной аттической аристократии, ценности которой, благодаря именно его философской деятельности приобрели интернациональный характер, стали вневременными. Об античном аристократизме (aristokratos) можно говорить, как об особом типе мировоззрения, из которого вышла сама философия. Поэтому элитология и философия античности особенно близки и по своему содержанию, и по совместной истории их развития и становления. Философия могла действительно родиться только в элитарных умах и сама элитология есть своего рода философское осмысление этого природного элитизма, природной неповторимости.

Влияние идеологии афинской аристократии на философию избранности Платона и обратное движение мысли — роль элитологии Платона в формировании мировоззрения родовой аристократии последующих эпох — тема, которая еще нуждается в своем научном принципиальном разрешении. К проблемам, которые тоже необходимо решить в этой связи, следует отнести соотношение элитологии Платона с аналогичными концепциями последующих его последователей,начиная от Аристотеля и Сенеки и заканчивая Ф.Ницше и Н.Бердяевым; в стороне от исследователей остается и вопрос о том, насколько элитология Платона взаимосвязывается с остальными частями его философии, а так же рассмотреть вопросы, связанные с критикой этой философии Платона...

В 2073 году исполнится 2500 лет со дня рождения первого афинского академика Аристокла Кадридского, прозванного Платоном. Кости его давно уже истлели в земле его родной Эллады, но сознание, отраженное в его философии, продолжает жить в сердцах философов всего мира. Персонализация подобной силы — явление крайне редкое и потому уже уникальное явление. Феномен Платона — феномен ярко выраженной гениальности, создающей вокруг себя пространство, заполняемое носителями элитарного сознания, никогда полностью изучен не будет, ибо его ум и сегодня превосходит своим потенциалом и своей глубиной умы его многочисленных исследователей вместе взятых. И если Платон не перевернулся еще в своем гробу от этой моей монографии, значит она пришлась ему по душе...

сентябрь 1997 года

Астрахань