16.09.2004 - Их мы не видели

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

16.09.2004 - Их мы не видели

Африканская саванна - открытая арена жизни. Почти все, что в ней происходит, доступно взору. По этой причине именно в эти степи стремятся попасть исследователи живой природы и масса туристов. Есть, однако, немало животных, увидеть которых не удается. Одни немногочисленны - не попадаются на глаза, другие ведут ночной образ жизни. Все же кому-то случайно или целенаправленным поиском удается «невидимок» увидеть. Особо удачливые делают снимки. Сегодня мы публикуем фотографии разных животных, о присутствии которых в Уганде мы знали, расспрашивали о них, но не увидели и заимствовали их фотографии из книг об Африке.

Рыба, живущая в пересыхающих пойменных водоемах у Нила, способна, создавая из слизи кокон, ожидать в нем прихода дождей, когда низину вновь заполнит вода. Опытами установлено: рыба способна оставаться живой в своей капсуле и дышать воздухом до четырех лет.

Суданцы и угандийцы ловят её в воде на удочку и сетями, а когда вода испаряется, а дно водоема высыхает до крепости асфальта, тихо идут по тверди, прислушиваясь, не издает ли рыба где-нибудь характерные для нее звуки. Услышали - немедленно начинают раскапывать землю мотыгой... Велика ли добыча в слизистом коконе? Некоторые протоптеры достигают двух метров и весят полста килограммов.

В лесистой Уганде страусов почти нет, тем интересней было узнать, что этот снимок сделан в угандийской степи. Интересно в нем то, что видим мы страусиные яйца, насиженные прямо в песке, видим только что вылупившегося малыша, папу в «черном костюме» и маму, покрытую бурыми перьями.

В тайниках глиняных «замков» живет «царица» термитов. Она огромна в сравнении с «подданными», которые кормят и чистят «царицу». Ее же дело - рожать. И рожает она непрерывно. За двадцатилетнюю жизнь производит более двухсот миллионов яичек.

В озерах Уганды обитает несколько видов тилапий. Один из них интересен тем, что инкубирует икру во рту. Мало того, когда из икринок появляются крошечные мальки, убежищем им служит опять же материнский рот. Выбираясь поплавать, малыши при малейшей опасности устремляются к маме в открытые настежь «ворота». Мальков у маленькой рыбки - до шести десятков. Растут они быстро, и, чтобы теснота была для них терпимой, под нижней челюстью матери появляется вырост, напоминающий подклювный мешок пеликанов. По мере взросленья мальков мать дает им свободу поплавать, но на ночь понуждает все же собраться во рту.

И наступает момент, когда мальки при опасности уже не ищут спасительное убежище, а мать перестает замечать их отсутствие.

В саванне немало змей. Часть из них ядовиты и способны даже «выстреливать» ядом на расстояние, а есть безобидные для людей. К ним относится небольшая змейка, специализированная питаться исключительно птичьими яйцами. Те, кто видел её, рассказывают: «Трудно было поверить, что змейка способна овладеть яйцом, в несколько раз превышающим величину её головы. Но змея смело к нему подступает и, разинув невероятно широкую пасть, начинает, как чулок, обтягивать яйцо». Позвоночник острыми выростами выходит в горло змеи. Эти выросты раздавливают скорлупу, выплюнув ее, содержимое яйца змея проглатывает.

Странного зверя под названием трубкозуб редко увидишь даже на снимках. Древний житель планеты днем отсыпается в норах, а охотится ночью. Внешность трубкозуба (угандийцы зовут его «земляная свинья») занятна: уши - как у осла, горб - верблюжий, хвост - кенгуру, морда кончается свиным пятачком, язык походит на большого червя. Питается трубкозуб, весящий сто килограммов, исключительно термитами. Лапы его вооружены мощными когтями, разрушающими прочные сооруженья термитов. Зверь запускает в их лабиринты длинный липкий язык.