Первый, пошел... / Искусство и культура / Художественный дневник / Что в итоге

Первый, пошел... / Искусство и культура / Художественный дневник / Что в итоге

Первый, пошел...

/  Искусство и культура /  Художественный дневник /  Что в итоге

Когда на прошедшей неделе было объявлено, что в любимовскую «Таганку» пришла группа выпускников «Школы театрального лидера», которым то ли доверено, то ли поручено провести юбилейный сезон легендарного театра, мне казалось, что блогосфера взорвется от негодования, труппа выйдет на площадь, а критики и общественность, еще недавно исходившие ядом по поводу новорожденного «Гоголь-центра», забьют во все колокола. Признаюсь, гробовая тишина, с которой встречено сие прискорбное, на мой взгляд, известие, озадачила не меньше самого факта. Как обычно, наша протестная волна не доживает до девятого вала, а «сливается» или скорее разбивается о рифы внутренних разборок, сведения мелких счетов и вкусовых пристрастий, выбрасывая лозунг «Надоели все!».

В начале сезона, когда поползли слухи о назначении на «Таганку» Константина Богомолова, поднялся шум, кипело негодование, публично высказывались и мэтры, и молодежь. Благой целью сохранения русского репертуарного театра оправдывалась бестактность дискуссии, основанной лишь на подозрении и незамедлительно покинувшей сферу эстетическую, хамски перейдя на личность. По театральным кругам гуляла шутка, мол, актеры Театра Гоголя спасли актеров «Таганки», сверху немедленно последовали заверения в совершеннейшем почтении: просим не беспокоиться, освободившееся место худрука никто не займет до окончания юбилейной страды. Дальше — больше. Стали появляться сообщения о переговорах с Юрием Петровичем, которому предлагают то ли вернуться, то ли стать президентом (?), возможно, юбилейного комитета, возможно, собственного театра. Часть артистов опомнилась и тоже направила челобитную. Другая — ерепенилась. Сам Мастер то грозил снять с репертуара спектакли, где он автор инсценировок, то негодовал, в каком разболтанном виде идут старые постановки, куда без него вводят артистов. Судя по последнему интервью Любимова, договориться не удалось.

Вернее, ответ последовал. В театр пришла вышеозначенная группа реформаторов. Мне возразят: так они и не уполномочены руководить театром, только попраздновать пришли. Салюты отгремят и... А вот с этого места начинается лицемерие. Оставим в стороне, что собственно собираются праздновать без отца-основателя, слава богу, еще живого. Какой такой музей планируют в его кабинете? Восковую фигуру в кресло посадят? Или модными технологиями воспользуются?

Слушателям ШТЛ было предложено сделать проекты реформирования шести московских театров, и, как теперь признается президент Центра Мейерхольда, при котором и создана школа, Валерий Фокин, больше других понравился стратегический план развития «Таганки», рассчитанный на 4 года. Оглянувшись назад, понимаешь, что призванный как раз из Центра Мейерхольда в связи с болезнью Валерия Золотухина в директора «Таганки» Владимир Флейшер уже был хорошо знаком с декларацией о намерениях, участвуя в переговорах с Мастером. Понимаешь, что и «Золотая маска», выданная, к недоумению многих, именно будущим реформаторам «Таганки» Волкострелову и Перетрухиной председателем жюри Фокиным, должна была подкрепить авторитет экспериментаторов, правда, никогда еще не поставивших спектакля для зала хотя бы на 300 мест. Премированный «Солдат» играется вообще для 5—10 зрителей. Меня, скорее всего, причислят к сторонникам теории заговора, но еще меньше мне нравится ходить с лапшой на ушах. Все, что пока высказала эта «группа захвата» о славной истории «Таганки», — поверхностная риторика и витиеватая болтовня о «гражданском пафосе». У эстетов — ни слова об эстетике. Зато, оказывается, интересно реализовывать проект «в театре, находящемся в точке невозврата», «реконструировать зрительный зал «Таганки» сорокалетней давности (почему, собственно, не пятидесятилетней?), привлечь к этому сегодняшних зрителей, сделать их соучастниками, сотворцами этого события». А не лучше ли просто встретиться у могилы Неизвестного солдата или вместе возложить цветы к отремонтированному Мавзолею?

Хочу обратить внимание, что в ШТЛ было защищено шесть проектов реформирования московских театров. Первый, пошел...

А сюжет «Таганки» из трагического перетек в прозаический. На празднование юбилея выделен бюджет, его надо осваивать.