#родители

#родители

О мой Бог! OMG! Какое невероятное наслаждение! Какое ни с чем не сравнимое удовольствие! Какая бесконечная радость!

Я никак не могла успокоиться. У меня теперь есть самый настоящий душ! И беленькая новенькая раковина! И комфортабельный, теплый, уютный туалет!

– Милые друзья, может, кто-то из вас видел пару лет назад один мой репортаж, тот самый, про потерявшуюся кошку, которую хозяева забыли в Норвегии во время отпуска? Она еще прошла больше тысячи километров, пересекла три границы, самостоятельно переплыла весь Финский залив и наконец оказалась дома, в Петербурге.

Я стояла рано утром на мягком коврике в ванной, в теплом халате (желтом с улыбающимися облачками), на голове тюрбан из полотенца, в руке – раскрытый мобильный телефон, включенный на запись.

– Так вот, я сейчас чувствую себя в точности как эта кошка. Наконец-то можно расслабиться! Уже второй раз за последние двенадцать часов я принимаю хороший горячий душ, просто не могу остановиться. Как вы и сами видите, важнейший этап нашего ремонта – обустройство достойной ванной комнаты – подошел к концу.

Я раскрутила полотенце и двумя-тремя взмахами расчески уложила мокрые короткие волосы в озорную студенческую прическу. Больше мне не нужно тратить кучу времени на утомительные манипуляции с феном! А какая экономия шампуня! Актуально в кризис.

– А поблагодарить за важнейшие блага цивилизации следует моих приятелей-новгородцев, докопавшихся до источника воды, и моего хорошего друга Василия.

Интересно, уже можно ему позвонить? Нет, рановато. И вообще, не стоит навязываться.

– Думаю, вечером мне снова придется включить душ на полную. Впереди – дурнопахнущие работы: разборка старого деревянного туалета во дворе.

Я выключила камеру. Бр-р-р, пожалуй, завтракать не буду, и без того мутит. К счастью, вместо выгребной ямы, с которой я бы просто не знала, что делать, в туалете стояло большое омерзительное ведро, которое, видимо, следовало время от времени выносить в лес. Что за дикость! И ведь здесь жил уважаемый человек, ученый, профессор! А вместо канализации – огромный гадкий горшок.

Брезгливо морщась, я обмотала его старыми рваными простынями; стараясь не дышать, подтащила мерзопакостный сверток к горе мусора и сунула его поглубже. Так, самое противное позади. И всё равно это не так отвратительно, как прислуживать Раисе по примеру моих коллег с госканалов. Лучше выносить туалетное ведро, чем работать комнатной собачкой городской Администрации.

Расколотить хлипкую постройку было нетрудно. Она и без моей помощи развалилась бы уже в ближайшем будущем. Черные доски полетели всё в ту же кучу. Хорошо хоть, бывший хозяин не стал здесь бетонировать фундамент. Вскоре от непривлекательного туалета осталась ровная пустая площадка. Я забросала ее остатками газонных семян.

Машину для вывоза мусора с грузчиками удалось заказать на завтра. Отлично, а пока немного отдохну. Я запустила стиральную машину и решила съездить на ужин к родителям – мама сегодня возвращалась из Вьетнама.

Родители были настроены довольно мирно.

– Ну что, Саша, как жизнь трудовая, пчелка ты наша? – папа с аппетитом кушал свинину, фаршированную черносливом, которую мама только что приготовила, и запивал ее рубиново-красным вином.

– Выглядишь изумительно, стрижка очень тебе идет, и ты так загорела! – воскликнула мама, снимая передник и усаживаясь за празднично накрытый стол.

– Ты все равно темнее меня, – невнятно сказала я с набитым ртом. Свинина была необыкновенно ароматной, буквально рассыпалась на волокна, а чернослив придавал ей пикантную кислинку. И возможно, вы не поверите, но картошку "фри" мама умела делать вкуснее, чем в "Макдоналдсе".

– В Ханое сейчас плюс тридцать один, – сообщила мама, отрезая себе тоненький кусочек свинины. – И Боже, как я соскучилась по нормальной домашней еде! Вы не поверите, чем мне там приходилось питаться!

– Ленуся, мы твой блог читаем регулярно, так что знаем всё о твоей несчастной доле, – без малейших признаков сочувствия сказал папа. – С тобой-то всё понятно, а вот Саша на мой вопрос не ответила: так что там у тебя на даче, дорогуша?

– Всё идет по плану, – коротко ответила я. Не хотелось рассказывать подробности, чтобы потом сразить родителей наповал. Даже про видеоблог не стала говорить. – У Васи там рядом дача, он мне помогает. Думаю, к Новому году дом будет продан.

– Это твой умник Василий тебе пообещал? – насмешливо спросил папа, накладывая себе на тарелку добавки из большого блюда. – Сейчас же не сезон.

– Зря ты так, Витюша, – укоряюще сказала мама, подливая ему вина. – Я вот думаю, Сашеньке очень повезло, что у нее есть такой друг… Или он не просто друг?

В ласковых зеленых глазах вспыхнули жёлтые искорки любопытства. Я поперхнулась, закашлялась, замахала руками и вскочила – мне срочно понадобился чай.

– Друг, друг, мы просто друзья, – проговорила я, заглядывая в холодильник. Что ж такое, сначала Марианна, теперь вот мама. – А что у нас есть к чаю?

– Милая, в холодильнике не ищи, вот же у тебя прямо перед носом профитроли с заварным кремом. – Мама с интересом наблюдала за моими бестолковыми движениями на кухне. – Насколько я знаю, мужчины не будут просто так помогать симпатичным девушкам, только если эти симпатичные девушки им по-настоящему симпатичны. Понимаешь, о чем я?

– А вот он просто так помогает. И вообще, я даже не уверена, что он считает меня симпатичной.

Мне не хотелось развивать эту тему, потому что я и сама не знала, какие у нас с Васей отношения. Странно он себя вел. Я налила чай, взяла пару профитролей и села обратно за стол.

– Ладно, я сегодня добрый, поэтому готов простить твоему Василию его совет по поводу долларов, – вступил в разговор сытый и довольный папа. – Каждый день слежу за курсом – доллар растет как на дрожжах, я такого взлета и не помню. Может, уже пора менять в рубли, а то вдруг упадет обратно?

– Пока не буду, – твердо сказала я, запихивая в рот сразу два нежнейших, идеальных профитроля и поднимаясь, чтобы взять еще несколько, – Вася сказал, до января потерпеть, потому что банки в конце года отдают какие-то заграничные займы и скупают всю валюту, а значит, ее ценность растет.

– Так может, в евро тогда перевести? – папа никак не хотел смириться с тем, что я послушалась какого-то другого мужчину, не его.

– Вася говорит, не надо, у Америки самая мощная экономика в мире, а евро лихорадит…

– Опять "Вася говорит то", "Вася говорит сё", он что, экономист, что ли? – пробурчал папа.

Я проигнорировала вопрос, посчитав его риторическим, и повернулась к маме:

– Мамочка, спасибо за вкуснейший ужин, давненько я так вкусно не ела!

– Да, Леночка, очень, очень вкусно! – подхватил папа, намеренно не глядя в мою сторону. – Жаль, что очень, очень редко ты нас балуешь.

– Кстати, пап – да перестань ты дуться – как у тебя дела на заводе?

– Не очень, – погрустнел папа. – Сынок этот губернаторский, Владлен, оказался настоящим мерзавцем. Да, мы задерживаем заказ, но не по своей вине, мы не же можем телепортировать оборудование из-за границы!

Папа опустил голову. Мне было его очень жалко. Как бы я хотела ему помочь! Если бы всё это происходило до моего увольнения, я бы лично сделала разгромный репортаж об этой безобразной ситуации. Но теперь всё изменилось, я бессильна.

– Наш генеральный встречался сегодня с Владленом, тот называл его "пацан" и "старичок"! Нашего генерального, которому лет больше, чем мне, и который, по-моему, даже в баню ходит в галстуке, называть "пацан", представляешь?

– Как раз очень хорошо представляю.

– В общем, этот мальчишка заявил ему, что сразу после встречи отправляется к своей маме и нажалуется ей на нас. Детский сад, ей-богу. Вынь да положь ему игрушку. Вот захотелось пареньку стать главой крупнейшей косметической компании – и будьте любезны за месяц превратить крошечную "Нашу Машу" в гигантскую "Марь Иванну". А это просто невозможно! С технической точки зрения! Знаешь, что этот Владлен сказал генеральному? Что мы – главные враги "золотого века" петербургской экономики! Что наш завод всех тормозит! Да у нас люди чуть не умирают у этих конвейеров!

Судя по всему, папа начал терять свою веру.

Я осталась ночевать у родителей, в красивой золотистой комнате, которая, в отличие от моей комнаты на даче, совсем не пахла ни затхлостью, ни сыростью, ни плесенью, ни пылью. Вокруг не валялись дохлые насекомые и вместо жесткой тахты я со стоном наслаждения упала на ортопедический матрас.

Встала рано утром по будильнику, пока все еще спали, даже папа, который на работу просыпается ни свет ни заря. И тихонько ушла: дело не ждет, мусорная машина наверняка уже в пути!

***