5.10. Ельцин бьёт по парткомам

5.10. Ельцин бьёт по парткомам

5.10.1. Пока председатель КГБ СССР вёл речи об агентах влияния, его родную коммунистическую партию лишали одного из самых главных рычагов влияния — парткомов.

Важный вопрос о партийности и политических симпатиях сотрудников госбезопасности не раз возникал в ходе общественных дискуссий. До середины перестройки вопрос этот серьёзно никогда не ставился. Практически весь офицерский состав КГБ (за исключением молодых комсомольцев) состоял в рядах КПСС.

Автор этой книги был в их числе. А так как он, в отличие от рьяных карьеристов, в ряды компартии особо не спешил, то ему напомнили об этом как только кончился комсомольский возраст. Принадлежность к КПСС была необходимым атрибутом службы, а раз так надо, то так тому и быть.[838]

Кроме КГБ, в стране практически все армейские офицеры и многие офицеры милиции должны были состоять в рядах одной единственной правящей партии. В середине перестройки вопрос о партийности органов уже стал более актуальным. Точнее его довольно активно раздували. Но надо сказать, что и было чего раздувать, ведь принадлежность к КПСС все же де факто была обязательной.

Впрочем, разумными людьми отмечалось, что вопрос этот в определённой степени надуман. «К деполитизации у меня отношение неоднозначное, — говорил, начальник Управления Прокуратуры СССР по надзору за исполнением законов о госбезопасности. — Даже если бы это произошло, представим: какая-то партия парламентским путём приходит к власти. Её руководители, разумеется, назначают на ответственные посты (а значит, и на пост председателя КГБ) своих единомышленников. Даже если эти руководители выйдут из партии, они же не перестанут думать, а значит, и действовать в соответствии со своими убеждениями».[839]

Однако, через парткомы подразделений КГБ руководство КПСС оказывало существенное влияние. Мало того, секретарь ЦК КПСС в апреле 1991 года на партконференции аппарата и войск КГБ СССР практически агитировал за введение чрезвычайного положения и рассказывал какие меры следует принять.[840] Великий вывод из этого делать не стоит, о чрезвычайном положении тогда не говорил только ленивый. Но все же ….

5.10.2. В это время российские власти, не находя взаимопонимания в дележе власти с союзным руководством (которое было сплошь из членов КПСС), понимали, что принадлежность к одной партии цементирует и партию, и реальную власть. А раз так, то надо этот цемент разрушить. Тем более, что популярности идей коммунизма уже был нанесён существенный удар средствами массовой информации.

20 июля Президент РФ подписал Указ «О прекращении деятельности организационных партийных структур политических партий и массовых общественных организаций в государственных органах, учреждениях и организациях РСФСР». Формально удар нанесён по партийным структурам всех партий, но фактически на 99, 9 % процентов это удар по КПСС.[841]

Председатель Комитета по правам человека Верховного Совета РСФСР Сергей Ковалёв так прокомментировал: «Спору нет, указ по законам политической борьбы провоцирует ответные меры, некую самозащиту партийцев. Но есть ведь и другая опасность, противоположная: вялость новой исполнительной власти может породить подготовленное, продуманное, хотя и закамуфлированное сопротивление компартии. Указ — это, если хотите, открыто брошенная перчатка. Решительный вызов».[842] Вызов был действительно решительным. и стоящие вокруг него силы стремительно шли к конфронтации. Мало того, похоже, что они искали конфронтации, подталкивая противника, бросая ему в лицо перчатку. Да иначе им было и нельзя.

Тот же С. Ковалёв косвенно расшифровывал спешку Президента, избранного небольшим большинством из пришедших на избирательные участки. «…От как раз и ждут решительных шагов. Ждут противники — и ждут избиратели.

Народ выбрал президента не для того, чтобы он бездействовал — об этом факторе нельзя забывать. Когда впереди предстоят неизбежные, но непопулярные экономические меры, доверие избирателей постоянно надо оправдывать, поддерживать.

Вся президентская рать не сможет быстро поднять наш уровень жизни, наполнить магазины. В такой ситуации нужно принимать политические решения — то, что не требует долгой раскачки».[843] Жаль только, что господин Ковалёв не досказал ещё одно (но, пожалуй, самой важной причины) — департизация нужна для того чтобы под шумок победы на президентских выборах резко ослабить позиции главного противника — компартию РСФСР, к которой симпатии населения неизбежно возрастали бы уже в начале экономических преобразований, подготавливаемых ельцинскими соратниками. Практически все реформы сначала ухудшают, и лишь затем некоторые из них приносят плоды.

Маятник народных симпатий неизбежно пошёл бы в другую сторону. И тут самая мощная партия, опирающаяся на существующую структуру парткомов, быстро бы взяла реванш. А с товарищами пришёл к власти не для того чтобы её отдать. Впрочем, тут мы несколько отошли от темы и вернёмся к департизации органов госбезопасности.

5.10.3. Газета «Рабочая трибуна» сообщила, что и.о. председателя КГБ РСФСР выступил против административной департизации своего ведомства. По его словам, насильственная сдача партбилетов приведёт к расколу внутри недавно созданного КГБ РСФСР. Однако департизация органов госбезопасности необходима., когда говорил, видимо, ещё не знал, что прикрытая департизация (точнее декоммунизация) начнётся буквально через несколько дней.

Тогда же на брифинге сообщил, что его центральный аппарат состоит из 20 человек, помещается в известном здании КГБ СССР, под юрисдикцией комитета Союза остаётся пока наиболее крупное Московское УКГБ. Общая численность КГБ РСФСР составит 49, 19 процента от численности КГБ СССР.[844] По словам, финансирование КГБ РСФСР будет осуществляться по линии КГБ СССР из государственного бюджета СССР.[845] Подготовка кадров оставалась за КГБ СССР, хотя и говорил о необходимости курсов переподготовки, дополнительной учёбы.[846]

Вскоре после указа Президента РСФСР о департизации государственных органов,, косвенным путём признав то, что этот Указ заметно взвинчивает и без того взрывоопасную обстановку, находил слова для его оправдания. Одновременно, говоря о том, что сам не торопится перебежать из компартии в другую партию. А коммунистам советовал перегруппировать силы.[847] пытался сгладить ситуацию или сделать такой вид.

В то же время заместитель — публично поддержал Указ о департизации. Он высказался, что решение этой проблемы даже запоздало. В интервью «Российской газете» он рассказал о «влиянии партийных структур» на периферии, сообщил следующее о своих бывших взаимоотношениях с ними: «Откровенно говоря, моим самым большим начальником был секретарь обкома партии. Половина моей деятельности на него уходила, я перед ним отчитывался регулярно. И только позже мы стали опираться на советские органы. Но при этом обком продолжил требовать информацию, пока мы не отказали ему в категорической форме».[848] Не устоял и перед возможностью лягнуть союзный КГБ, отметив, что у них департизация будет проходить сложнее. Следует отметить, что господин на словах вообще был большим «демократом» и антикоммунистом, чем его начальник.

5.10.4. Бюро партийного комитета организации КПСС КГБ СССР совместно Бюро Всеармейского партийного комитета организации КПСС Вооружённых Сил СССР и Бюро партийного комитета организации КПСС внутренних войск МВД СССР сделали Заявление, в котором перечислили ряд отечественных и международных нормативных актов, нарушенных ельцинский указ о департизации, выразили уверенность, что этот указ приведёт к снижению политико-морального состояния в трудовых и воинских коллективах, окажет отрицательное влияние на их сплочённость, боевую готовность соединений, кораблей и частей. Окончилось Заявление призывом к коммунистам армии и флота, органов и войск КГБ и МВД «сплотить свои ряды, отстаивать демократические права, крепить единство партии, всемерно способствовать выходу страны из кризиса, прекращению межнациональной розни и кровопролития, обеспечению надёжной защиты мирного труда советского народа».[849] Интересно отметить, что газета «Красная звезда» опубликовала это заявление одновременно (точнее под ним) с Заявлением Политбюро ЦК КПСС по тому же Указу.

Однако сам Генеральный секретарь КПСС на ельцинский указ не прореагировал своим президентским указом. Он как всегда любил воевать чужими руками.[850]

5.10.5. Средства массовой информации довольно активно информировали о департизации органов КГБ. Газеты сообщили о намерении «чекистов Тюмени выполнить Указ», о «самороспуске парткома УКГБ» в Томской области[851] и т.д. и т.п. «Урал-акцент» сообщила, что уже сейчас ясно, что многие сотрудники КГБ прекратят своё членство в компартии.[852]

Заместитель главного редактора «Сибирской газеты» Владимир Быков практически прямо призывал к доносительству на тех, кто не выполняет Указ Ельцина, когда писал: «И на „почтовом ящике“, и в воинской части, и в прокуратуре, и в КГБ — всюду есть нормальные люди, не искалеченные идеологической бредятиной и озабоченные делом, а не охраной идолов. Вот им-то, нормальным, и следить за выполнением Указа. Естественно, не подменяя суд самосудом.

Только будем готовы к тому, что дастся это нелегко. Ведь партком полезен и директору, и командиру, и бездельнику, и подонку: он всех оценивает не делом, не умом, не сноровкой, а преданностью, собачьей преданностью начальству. Разве легко с этим расстаться? Указ будут саботировать, объявлять незаконным, неконституционным, антинародным, экстремистским. На него пойдут грудью, звенящие орденами! Надо выстоять».[853]

Чего было в этих словах больше демагогии или глупости сказать трудно. Но тогда их выгодно было произносить. На этом делали карьеру или, по крайней мере, зарабатывали некоторую популярность. А «собачья преданность» ценилась во все времена, особенно бестолковыми начальниками, которых всегда было не мало.

Министр юстиции РСФСР Н. Фёдоров разъяснил, что меры для сопротивляющихся Указу уже приготовлены, даже если трудовые коллективы попытаются ответить на это забастовками.[854] Вот тебе и демократия в действии. Впрочем, особых волнений и не было. Похоже, что социальная активность, нараставшая в 1989-1990 годах, в 1991 году стала постепенно снижаться. Устал народ митинговать и протестовать.

5.10.6. На вопрос о департизации КГБ председатель Комитета ВС РСФСР ответил: «Это указ главы исполнительной власти — президента РСФСР, и его необходимо выполнять. Ведь российское КГБ — структура, которая будет функционировать в рамках исполнительной власти. Его представители будут входить в Совет Безопасности РСФСР. Все разговоры о том, что КПСС не оказывает никакого влияния на КГБ, — пустые. Лучшее тому подтверждение — крайне негативная реакция партийного комитета КГБ СССР на указ N 14 президента России, что ещё раз говорит о необходимости скорейшего принятия закона о государственной службе и госучреждениях, где будут разъяснены все детали. Никто не собирается осуществлять Октябрь 17-го наоборот, но правоохранительные органы должны находиться вне какого-либо партийного влияния. Процесс этот длительный, хотя зафиксирована конкретная дата исполнения указа — 4 августа. Трудно пока судить об отношении к нему на местах, в территориальных управлениях КГБ, но поступающая информация позволяет надеяться, что он будет воспринят достаточно спокойно. Последнее совещание начальников управлений, на котором присутствовал, показало, что основная их забота — о другом: о скорейшем принятии закона о КГБ РСФСР. Проект его уже разработан и может быть вынесен на обсуждение ВС РСФСР сразу после подписания соглашения между и или и о разделении полномочий между союзным и российским КГБ. Соглашение может быть подписано уже в августе».[855]

5.10.7. На пресс-конференции первый заместитель председателя КГБ РСФСР заверил, что никаких кадровых чисток не будут, однако председатель комитета ВС РСФСР по государственной безопасности уточнил: «По решению Президента России на базе нашего комитета образована межпарламентская комиссия, через которую, в частности, будут проходить согласование и утверждение начальники УКГБ, начиная с городских и выше, а также центрального аппарата. В неё будут входить депутаты многих парламентских комитетов, кадровые работники и начальник управления кадров КГБ РСФСР. Смысл и цель работы комиссии — не перетряска кадров, чтобы кадровых офицеров КГБ заменить на „молотобойцев“, как это было в прошлом, а выяснение позиций, как профессиональных, так и позиций руководителей КГБ в возможности их работать в фарватере политики нынешнего Президента России и Верховного Совета РСФСР».[856] Если отбросить словесную мишуру, то получается: кто не с нами, тот против нас. Коротко и ясно.

Вопрос о чистках в КГБ РСФСР возникал, видимо, неоднократно, приходилось не раз отрицать такую возможность.[857] Он, похоже, старательно сглаживал углы. «Главное требование к кадрам, — говорил он, — высокий профессионализм и готовность служить законной власти, Конституции и другим законам России. Естественно, не противопоставляя эти интересы интересам Союза ССР. Во имя обеспечения безопасности России и Союза.

Люди уже приходят. И далеко не каждый исключительно сторонник. Приходят в первую очередь те, кто хочет получить больше уверенности в будущем, кто верит, что вокруг России сплотится все наше общество и наконец-то будет выходить из кризиса. В нынешний центр верится все меньше и меньше…

Приходят люди, которые хотят активно работать, преодолеть состояние неопределённости, тревожного ожидания, апатии. Люди не могут долго находиться в таком состоянии, им нужна ясность в постановке цели, необходимость признания со стороны общества. Многие устали от некомпетентности руководства, от того, что приходится заниматься всем — и конкретно ничем…».[858]

Напрасно господин думал, что долго не могут. Ещё как могут! В истории отечественных спецслужб чего только не было. После августа 1991 года будут твориться ещё более интересные вещи, о которых в середине того года не все догадывались. А должны были бы. Ведь все это касается государственной безопасности напрямую. Но было не до этого, шёл процесс формирования Комитета государственной безопасности Российской Советской Федеративной Социалистической Республики, а, следовательно, дележа портфелей, кресел и прочих атрибутов власти и льгот, которых она даёт.