ГЛАВА 1. ПОЛИТИЧЕСКИЙ ГЕНЕЗИС

ГЛАВА 1. ПОЛИТИЧЕСКИЙ ГЕНЕЗИС

Понятие «политическая социализация» чаще всего принято трактовать как процесс усвоения и передачи норм и ценностей политической культуры, что позволяет обеспечивать сохранение общества и его политической системы. Результатом политической социализации становятся убеждения индивида относительно политической системы. Политическая социализация — процесс длительный, который может продолжаться в течение всей жизни человека[1]. Среди институтов, где и происходит социализация, существенное место занимают семья, школа, различные социальные группы, работа, средства коммуникации, политические институты и партии, церковь и др. Некоторые авторы, впрочем, считают, что наиболее значимыми факторами формирования политических ориентаций является ближайшее — семейно-родственное и дружеское — окружение[2].

Применительно к теме настоящей работы особый интерес представляет проблема политической социализации в обстановке радикальной социально-экономической и политической трансформации общества. Некоторые исследователи считают, что в условиях аномии (т.е. размывания политических норм и ценностей) более мощным фактором политической социализации оказываются уже не семья или круг друзей, не влияние лидеров, СМИ и партий, а конкретные экономические и политические события, меняющие положение индивида[3]. При этом переходные общества, в которых процесс политической социализации весьма противоречив, чаще, чем обычно, предоставляют индивидам возможность по-разному реализовать свой политический потенциал. Одни впадают в апатию и отчуждаются от политической жизни, а другие, напротив, деятельно включаются в политические процессы и иной раз добиваются заметных результатов.

История повторной социализации и вхождения в политику Юлии Тимошенко дает основания признать аналитическую пригодность этих соображений. То, что ей в конце концов удалось сделать, заставляет вспомнить слова американского психоаналитика Г. Ласвелла, который понимал политическую социализацию как процесс перехода от чувства неполноценности к чувству богоподобного превосходства.

В начале 90-х годов Юлия Тимошенко была уже взрослой и вполне сложившейся личностью. Позади были школа, Днепропетровский университет, работа на Днепропетровском машиностроительном заводе. За плечами остался и первый «бизнес-проект» — организация сети видеосалонов, а также должность коммерческого директора молодежного центра «Терминал», который занимался организацией дискотек и видеопрокатом. С 1991 года Юлия Тимошенко — генеральный директор корпорации «Украинский бензин» (КУБ), которая уже в 1992 г. стала крупнейшим оператором, обеспечивавшим АПК Днепропетровской области нефтепродуктами. С 1992 года в сферу бизнес-интересов семьи Тимошенко вошел газ. КУБ Юлии Тимошенко и «Интерпайп» Виктора Пинчука, специализировавшийся на производстве труб, образовали корпорацию «Содружество», которая поставляла российский и туркменский газ на Украину и украинские трубы в Россию.

В первой половине 90-х годов успешное социально-профессиональное развитие и стремительный карьерный рост Юлии Тимошенко проходили в крайне непростой, а точнее, трагической для Украины атмосфере. Мало того — успехи молодой бизнесвумен явно диссонировали с тем, что происходило тогда в стране.

В 1990-1994 годах национальный доход Украины сократился на 58 %. В конце 1992 — начале 1993 года произошло обвальное падение украинской экономики, цены выросли в десятки и сотни раз. Так, за 1992 год цены на газ повысились в 100, а на нефть— в 300 раз. К январю 1993 года по сравнению с «дореформенным» периодом увеличились и цены на основные продукты питания: на рис — в 81 раз, на вермишель — в 110, на масло — в 160, на сахар — в 90, на докторскую колбасу— в 173 раза[4]. Экономические процессы стали фактически неуправляемыми. Данные статистических сводок за 1992—1994 годы показывали, что по основным финансово-экономическим показателям практически каждый очередной месяц (квартал, год) имел худшие результаты, чем предыдущий. В течение 1992 года деньги обесценились в 21 раз, а в течение следующего года — в 103 раза. На Украине по сравнению с другими постсоветскими государствами деструктивные процессы в экономике были самыми интенсивными, а в 1994 году ситуация в этой стране была признана наихудшей (за исключением воевавших Молдавии и Таджикистана)[5]. Леонид Кучма в апреле 1993 года, будучи премьер-министром, констатировал, что правительство не в силах оценить масштаб и динамику гиперинфляционных процессов в стране[6].

Тяжелый кризис переживала и политическая система Украины. Деятельность Верховной Рады (ВР) и правительства была чрезвычайно напряженной, но меры откровенно запаздывали и были не эффективны. Парламентарии зачастую просто не знали, что делать. Верховная Рада 12-го созыва (1990-1994 годы) сменила 4 правительства, одобрила 7 программ выхода из экономического кризиса, но, как признавали украинские эксперты, высшие органы власти так и не обеспечили эффективного управления обществом[7].

В 1993 году между президентом Леонидом Кравчуком и парламентом обострилась борьба за полномочия. Премьер-министр Л. Кучма настаивал на дальнейшем перераспределении власти, предложив новую формулу: законодательная власть— президенту, исполнительная — премьер-министру, разработка и принятие новой Конституции — парламенту. При этом каждая ветвь власти перекладывала ответственность на оппонентов и отказывалась брать на себя всю тяжесть вины за провалы в экономической и социальной политике.

Действия парламента и правительства вызывала острую критику со всех сторон. Еще немногочисленная новая генерация предпринимателей и финансистов обвиняла власти в провале реформ. Парламент 12-го созыва принял 76 экономических законов, а правительство издало по этим вопросам свыше 80 декретов[8]. В стране началась эпоха декретов, указов и распоряжений, значительная часть которых вскоре после их принятия подвергалась пересмотру или отменялась. Апофеозом неподконтролыюсти жизни украинского общества издаваемым законам и предписаниям стала широко распространенная практика принятия постановлений типа: «О введении в действие закона «О внесении изменений к закону...»

В июне 1993 года во время крупнейшей на тот период забастовки шахтеров Верховная Рада приняла решение о проведении референдума по вопросам о досрочных выборах в ВР и о доверии президенту. Вскоре депутаты отменили собственное решение о референдуме, но назначили досрочные выборы: в парламент — на март 1994 года, президентские — на июнь того же года.

Президентские выборы прошли в два тура. Во втором за премьер- министра Л. Кучму проголосовало 52,1 % избирателей. С появлением нового главы государства начался очередной этап во взаимоотношениях между исполнительной и законодательной ветвями власти. Его можно охарактеризовать как собирание прав и полномочий в один — президентский — кулак при сильном сопротивлении Верховной Рады. За 1995-1996 годы сформировалась модель конфликтного взаимодействия между президентом и парламентом. Президент использовал свои приемы влияния на парламент (введение института представителя президента в ВР, создание согласительных комиссий, прямые обращения к парламентариям, а также реализация права назначать референдумы), а парламент — свои (блокирование законодательных инициатив президента).

Парламентская избирательная кампания 1994 года проходила с большими трудностями. В первом туре, состоявшемся в марте, были избраны только 49 депутатов — те, кто получил абсолютное большинство голосов (не менее 50 % плюс один). Месяц спустя, во втором туре, еще 289 депутатов получили свои мандаты, а затем летом и осенью того же года прошли дополнительные выборы. И всё-таки 10 % депутатских мест оставались вакантными. Выборы проводились еще и в декабре 1996 года (в ходе которых и стала депутатом Юлия Тимошенко), а также в апреле следующего года. Хуже всего обстояли дела в Киеве, где из-за неявки избирателей в большей части округов выборы так и не состоялись.

На парламентских выборах 1994 года законодательное собрание впервые формировалось не на однопартийной платформе. При очевидном доминировании левых сил — коммунистов, социалистов и аграриев — в ВР появились также центристские и правые фракции и группы (группы «Центр» и «Единство», правая фракция Народного руха Украины, группы «Реформы» и «Державность»).

В июне 1996 года в ходе острого противоборства президента и парламента, в условиях формирования сложных политических альянсов и компромиссов была принята новая Конституция Украины, которая помимо всего прочего закрепляла принцип разделения властей и утверждала устройство Украины по типу президентско-парламентской республики.

Молодой депутат Юлия Тимошенко получала свой первый опыт законотворческой деятельности в существенно иных условиях, чем её коллеги, попавшие в парламент несколькими годами ранее. Так, в течение 1997 года Верховная Рада стала парламентом профессионального типа. Депутаты лишились права обладать другими представительными мандатами или находиться на государственной службе. Это заставило Тимошенко вначале заявить, что она остается президентом компании «Единые энергетические системы Украины» (ЕЭСУ), так сказать, на общественных началах, а затем и вовсе отказаться от предпринимательской деятельности в пользу депутатского кресла[9]. Правда, наблюдатели обращали внимание на то, что корпорация все равно осталась в руках семейства Тимошенко.

Все эти политические процессы, свойственные описываемому периоду, внутри- и межпартийные пертурбации, глухая «война» между президентом и парламентом как будто совсем не касались Юлии Тимошенко. Её стихией и главным делом оставался бизнес. И такой этап в своей жизни переживала не только она. Пока президент и парламент перетягивали канат полномочий, а задача наполнения бюджета каждый раз выливалась в тяжелую позиционную борьбу исполнительной и законодательной ветвей власти, в сфере частного предпринимательства происходили бурные процессы. Это был период первоначального (хищнического, дикого) накопления капитала, период формирования новой украинской буржуазии. Именно тогда были сколочены первые миллионы, тогда стали известны имена и люди, многие из которых позднее оказали заметное влияние на политико-экономические процессы в стране. К этому времени относится становление бизнес-империй Виктора Пинчука, Рината Ахметова, Сергея Тигипко, братьев Григория и Игоря Суркисовых, Юлии Тимошенко и др. Оборот корпорации Тимошенко (ЕЭСУ) в 1996 году достиг 4 млрд дол., её доля в газовом украинском экспорте в целом — 7 %, а в торговле с РФ — 14 %. В 1997 году под контролем ЕЭСУ оказалась четвертая часть всей экономики Украины.

Некоторые исследователи называют 90-е годы прошлого века на Украине периодом первобытно-кланового строя. Наиболее мощными на тот момент выглядели днепропетровский, донецкий и харьковский «кланы». В их недрах и при их содействии постепенно складывались региональные экономические и протопартийные структуры[10]. Среди них днепропетровская бизнес-политическая группа явно доминировала, что во многом было обусловлено заметным влиянием Павла Лазаренко.

В своих интервью Юлия Тимошенко очень редко и неохотно вспоминает это имя. Если поверить ей на слово, то получается, что Тимошенко и Лазаренко мало соприкасались друг с другом, её семейный бизнес никак не зависел от губернатора Днепропетровщины, а имя Тимошенко, по её же выражению, вообще «лепят к Лазаренко, лишь бы выдать её за преступницу».

Из интервью Юлии Тимошенко.

«Он был губернатором. А мы тогда уже занимались бизнесом далеко не областного масштаба. Я тогда уже писала премьер-министру Марчуку первые докладные, как построить бизнес, как рас- считаться с Россией...[11]

Я с Лазаренко не встречалась, покамест Кучма не сделал его, тогда своего приятеля, премьер-министром. После этого я встречалась с Лазаренко, решали различные хозяйственные дела. Лицу, бизнес которого имел общегосударственное значение, без таких деловых встреч нельзя было обойтись...[12]

Параллели между мной и Лазаренко не имеют под собой никаких оснований. Мы разошлись в политике задолго до того, как он получил свои неприятности. Я не суд, чтобы сказать, справедливо он наказан или нет. Но мы очень разные люди, и сегодня я это понимаю как никогда. Поэтому мой путь резко отличается от того пути, по которому шел Павел Иванович, когда был в политике»[13].

Между тем есть веские основания полагать, что Павел Лазаренко сыграл гораздо более важную роль в жизни Юлии Тимошенко, чем она это пытается представить. На Украине немало тех, кто вообще считает его «крестным отцом» бизнеса клана Тимошенко. Но редко кто вспоминает, что Павел Иванович принял участие в воспитании Юлии Тимошенко как политической личности, ввел ее в мир большой политики и (до известной степени) научил азам политической борьбы. Позже, оценивая плоды своего труда, Лазаренко назвал Юлию Тимошенко выдающимся оппозиционером. Это действительно так. Но правда и другое: Тимошенко оказалась хотя и весьма талантливой, но неблагодарной ученицей.

Краткая биографическая справка. Павел Иванович Лазаренко родился в 1953 году в селе Карповка Широковского района Днепропетровской области в крестьянской семье. С 1971 по 1973 год служил в армии на границе с Афганистаном. В 1978 году закончил Днепропетровский сельскохозяйственный институт. Карьера Лазаренко развивалась весьма успешно: с 1978 по 1991 год он прошел путь от колхозного агронома до первого заместителя главы исполкома Днепропетровского областного совета народных депутатов. С 1992 по 1994 год возглавлял Днепропетровскую областную госадминистрацию.

За годы своего пребывания па различных постах Лазаренко приобрел огромную популярность, авторитет и влияние. Избирался депутатом Верховной Рады Украины 12-го (1990 год) и 13-го (1994 год) созывов от Днепропетровской области (в 1994 году — от Солонянского избирательного округа № 105, где получил более 93 % голосов, и в этом же году стал главой Днепропетровского облсовета народных депутатов).

На президентских выборах 1994 года он поддержал Л. Кучму и немало сделал для его победы. В сентябре 1995 года получил назначение на должность первого вице-премьер-министра. А в конце мая 1996 года стал премьер-министром Украины. Примечательно, что за его кандидатуру проголосовали на 23 депутата Верховной Рады больше, чем за Конституцию, которая принималась в те же дни[14]. На посту премьер- министра Лазаренко находился до начала июля 1997 года— дольше всех своих предшественников. После отставки вернулся в стены парламента, где возглавил оппозицию президенту. В 1998 году возглавляемая им партия «Громада» прошла в Верховную Раду.

20 февраля 1999 года Павла Лазаренко задержали в аэропорту Нью-Йорка за нарушение визового режима и по подозрению в попытке нелегально проникнуть в США. Он обратился к американским властям с просьбой предоставить ему политическое убежище, но вместо этого в 2000 году ему предъявили обвинения в вымогательстве, отмывании денег и мошенничестве. По данным следствия, объем средств, переведенных Лазаренко в США, оценивался в 114 млн дол. А по данным ООН, сумма хищения составила около 200 млн дол., или 0,4 % ВВП Украины. Прокуратура требовала заключить Лазаренко в тюрьму на 18 лет и взыскать с него штраф в размере 66 млн дол. В заключении он пробыл до 2003 года, после чего, уплатив залог в 86 млн дол., оказался под домашним арестом. 25 августа 2006 года в Сан- Франциско Лазаренко был приговорен к девяти годам тюремного заключения и штрафу в 10 млн дол. Украинские власти неоднократно обращались к США с просьбой о выдаче Павла Лазаренко, однако им отказывали, ссылаясь на отсутствие между Украиной и США договора об экстрадиции.

Период фантастического по своим масштабам экономического обогащения Павла Лазаренко продолжался сравнительно недолго, а его политическая карьера — и того меньше. Тем не менее феномен Лазаренко сыграл исключительно важную роль в формировании украинского политико-экономического «ландшафта» в 90-х годах. А многие его «ученики» и бывшие соратники до сих пор занимают высокие государственные посты.

По воспоминаниям первого президента Украины Леонида Кравчука, Павел Иванович был, без преувеличения, необыкновенной личностью. Он отличался, так сказать, высокой производительностью труда, инициативностью, находчивостью, целеустремленностью, организаторскими способностями и огромной пробивной силой. Когда он руководил Днепропетровщиной, большим и сложным регионом, то был чуть ли не единственным губернатором, который не жаловался на трудности и не просил у Центра дополнительных средств.

По убеждению Л. Кравчука, Лазаренко представлял собой чуть ли не новый тип человека.

«Он черта мог бы заставить работать... Это был бы тот самый премьер, которому по силам провести эффективные экономические реформы. Но лишь в том случае, если бы президент смог его контролировать. Но он оказался беспомощным перед страшной болезнью, которая начала его точить изнутри. Страсть к обогащению, стремление к абсолютной власти...»[15]

По свидетельству Кравчука, во время посещения Днепропетровской области бросалось в глаза, что подчиненные, независимо от возраста и ранга, перед губернатором ходили по струнке[16].

Украинский политолог Кость Бондаренко в своей работе «Леонид Кучма. Портрет на фоне эпохи» пишет, что о Лазаренко ходили разные слухи. Говорили, что в бытность представителем президента в Днепропетровской области он попытался подчинить своему влиянию все региональные элиты. Рассказывали, например, что он жесткой рукой устанавливал порядок в области и подчинил своему контролю практически все местные криминальные группировки. Предприниматели отдавали ему от 20 до 50 % прибыли. Но в то же время благодаря Лазаренко в 1992—1993 годах проезд в городском транспорте в Днепропетровске был бесплатным. В народе сложился полумифический образ Лазаренко —строгого, но справедливого руководителя, который в обиду не даст, но спросит сполна. Он воплощал в жизнь почти невыполнимые «схемы». Например, ему удалось провести через кабинет министров решение о создании в области двух новых районов и выделении под эту затею значительных бюджетных средств. По мнению одного из днепропетровских предпринимателей, которому приходилось сталкиваться с губернатором, Лазаренко был настоящей скалой, менеджером, каких в мире можно пересчитать но пальцам. Его отличали хватка, хитрость, выдержка, трудоспособность, умение принимать решения и претворять их в жизнь[17].

Кость Бондаренко утверждает, что Лазаренко стал первым политиком, попытавшимся установить неформальный контроль над всеми сферами общественной и политической жизни. «Империя Лазаренко» стремилась контролировать и экономику, и политику, и СМИ. Он был первым украинским олигархом, оказавшимся у руля государства[18]. С его деятельностью политологи связывают усиление днепропетровской бизнес-политической группы и ее приход в киевские коридоры власти. Массовый переезд многих земляков премьера в Киев и занятие ими различных постов заставили говорить о «сверхдоминировании» днепропетровской команды в 1996—1997 годах[19].

Эксперты отмечают, что личное падение Лазаренко не привело к полному крушению созданной им системы. Напротив, его место в силу сложившихся обстоятельств заняли с десяток олигархов меньшего масштаба, которые в той или иной мере использовали приемы и политические технологии, испытанные Лазаренко.

К моменту прихода Юлии Тимошенко в парламент, Лазаренко сосредоточил в своих руках огромную власть. Помимо того, что он занимал пост премьер-министра, совмещая его с депутатским креслом, он одновременно был и председателем Днепропетровского облсовета, и главой облгосадминистрации. П. Лазаренко фактически контролировал парламентскую фракцию «Единство» (25 депутатов), а также влиятельную на тот момент газету «Киевские ведомости».

Однако в конце 1996 года его положение заметно пошатнулось в связи с подозрениями в организации финансово-экономических махинаций в особо крупных размерах. В начале 1997 года президент Л. Кучма объявил, что в ближайшее время будет принята программа по борьбе с коррупцией в высших эшелонах власти. При этом одним из главных объектов внимания президента стал энергетический рынок Украины, который ассоциировался с компанией ЕЭСУ и её главным лоббистом Павлом Лазаренко, экономические таланты которого в прямом и переносном смысле этого слова стали предметом рассмотрения в суде. Позже Леонид Кучма назвал Лазаренко «своей главной ошибкой».

В первой половине 90-х годов Юлия Тимошенко занимала скорее аполитичную, нежели активную общественно-политическую позицию. Это можно объяснить той общей ситуацией, которая существовала в стране: значимость политического «капитала» тогда меркла перед реальными возможностями заработать и приумножить капитал финансово-экономический. Однако это вовсе нс означало, что политика в жизни клана Тимошенко не присутствовала вовсе. Она, конечно, была, но не как самостоятельный компонент, а как вспомогательный инструмент для достижения далеко идущих бизнес-целей. Некоторые знающие люди убеждены, что первые мосты с могущественным руководителем области налаживала не юная Юлия, а её свекор Геннадий Тимошенко — в ту пору опытный партаппаратчик с немалыми связями не только на Украине, но и в Москве.

Политическую активность Юлии в 1996 и последующие годы многие объясняли попытками противостоять ударам, которые испытывали ЕЭСУ и команда бывшего премьер-министра Павла Лазаренко. В конце 1996 года Юлия Тимошенко стала депутатом и получила парламентскую неприкосновенность. Есть предположение, что она поначалу плохо представляла, как будет защищать себя, своих родных и свой бизнес от надвигающихся неприятностей. Во всяком случае, сё несколько сбивчивая и, прямо скажем, риторически корявая речь во время принятия присяги выглядела одновременно просительно и наступательно и явно адресовалась к перипетиям вокруг ЕЭСУ.

«Многие из вас не знают ни меня, ни моей деятельности, ни того, что делала и делает корпорация. Вы совершенно не знакомы с той работой, которая проводилась, проводится и будет проводиться в тех округах, где люди поверили мне и тому делу, которое я делаю...

И я хочу сказать, что я, будучи на сегодняшний день народным депутатом, ни одним своим действием на сегодняшний день, я считаю, не предала ни своей Родины, ни своего народа, ни тех людей, которые мне поверили. И для того, чтобы судить, нужно четко знать, что вы не можете быть судимы ни за что»[20].

Летом 1997 года Лазаренко был отправлен в отставку, а вскоре и ЕЭСУ была лишена права поставлять газ украинским предприятиям. Корпорацию обвинили в неуплате налогов на сумму 1,5 млрд гривен, за ней также признавался долг России за газ почти на 300 млн дол. По этому поводу газета «Зеркало недели» в августе того же года писала:

«Отставка Павла Лазаренко, Григория Ворсинова, Юрия Бочкарева, неукротимая активность в поисках компрометирующих материалов Григория Омельченко и Анатолия Ермака, открытие уголовного дела на первого зама Павла Лазаренко по Днепропетровской области Дубинина — все это неполный перечень тех ударов, которые уже произведены по империи. И это только начало, ибо, по данным «Зеркала недели», уже разработан и готов к подписанию документ о пересмотре как условий участия ЕЭСУ в разделе газового рынка страны, так и в пересмотре прав па приватизированные или приватизируемые ЕЭСУ украинские предприятия»[21].

То, что Юлия Тимошенко получила политическое образование в «школе Лазаренко», — это в значительной мере ее сознательный выбор. В 1996—1997 годах среди мощных днепропетровских бизнес- групп начался процесс разделения по политическому принципу: одни сделали ставку на лояльность действовавшему президенту Л. Кучме (В. Пинчук, С. Тигипко и др.), другие поддержали П. Лазаренко. ЕЭСУ оказались во втором лагере. В этом, как кажется, был свой расчет. Молодые, богатые, умные, удачливые «акулы» украинского капитализма, защищая свои интересы, решили не идти, как другие, «под зонтик» полуноменклатурной, с позднесоветскими пережитками власти, а противопоставить себя ей. Перейдя в жесткую оппозицию правящему режиму и собрав для этого в кулак все возможные рычаги давления, Лазаренко и компания, видимо, намеревались быстро покончить с Кучмой.

Несколько лет спустя, в 2006 году, Тимошенко, опять находясь в оппозиции, говорила о другом своем оппоненте, В. Януковиче, следующее: «Януковичу осталось еще немного отрастить зубы, чтобы прокусить тонкий и гибкий позвоночник Ющенко»[22]. Мысленно возвращаясь к теперь уже далекому 1997 году, я почти уверена в том, что руководство «Громады» намеревалось в два счета «прокусить позвоночник» тогдашнему президенту Кучме. Однако в этом оно явно переоценило свои возможности и недооценило потенциал бывшего партаппаратчика, которого опрометчиво считали заведомо слабым противником. Понадобилось несколько лет упорной оппозиционной войны, чтобы наконец одержать над ним победу. Причем это удалось сделать не «Громаде» и не П. Лазаренко, а его воспитаннице Юлии Тимошенко и её партийному блоку.

Разжалованный премьер пересел в депутатское кресло, которое все это время придерживал для себя «на всякий случай», и занялся формированием антипрезидентской оппозиции. В этом деле ему как раз и пригодилась неукротимая, предприимчивая и изобретательная землячка. Диву даешься, изучая парламентскую деятельность Павла Лазаренко того периода, ведь именно с его приходом в Верховную Раду получили развитие и воплощение многие процессы, которые до этого находились в зачаточном состоянии. Речь идет прежде всего о формировании не левой антипрезидентской оппозиции в стенах парламента.

В 1997 году Павел Лазаренко вместе со своими сторонниками встал у истоков того, что более или менее полно проявилось в деятельности Верховной Рады последующих созывов. Я имею в виду оттеснение от власти левых сил и «обуржуазивание» ранее в значительной мере коммунистического и советизированного парламента. В нем складывалась парадоксальная для того времени ситуация: «новые украинцы», владеющие огромными состояниями, использовали всю свою финансовую мощь для построения собственной политической империи в условиях дикого капитализма, но при этом вовсю использовали левую риторику, что называется, отбирая хлеб у коммунистов и социалистов.

То, как это происходило, свидетельствовало о том, что политический талант Павла Лазаренко был равен его злому финансовому гению. В условиях громкой отставки и угрозы уголовного преследования Лазаренко уже было недостаточно иметь карманную фракцию в парламенте и одно—два подконтрольных издания. Ему нужна была своя партия. И такая партия вскоре появилась. Это была «Громада».

Вообще-то всеукраинское объединение «Громада» на украинском политическом небосклоне появилось гораздо раньше— в конце 1993 года. Оно "было создано частью бывших членов правоцентристской Партии демократического выбора Украины, представителей «Новой Украины» и близкими к ним предпринимательскими кругами, которые покинули демократическую платформу Компартии Украины. Главой партии был избран тогда днепропетровец Александр Турчинов. Основными задачами «Громады», как они виделись её организаторам в момент создания, были преодоление кризиса, создание эффективной национальной экономики, формирование цивилизованных общественных отношений, обеспечение гармоничной духовной жизни гражданам Украины, содействие благосостоянию и процветанию страны. Специфика партийной идеологии «Громады» заключалась в особом, религиозном акценте. Громадовцы (и прежде всего их тогдашний глава А. Турчинов) выступали за повышение роли церкви в общественной жизни, постоянно работали с украинскими церковными структурами. При содействии партии был создан «Духовный совет» представителей различных конфессий.

Декларировалось, что деятельность партии базируется на трех китах: легальная экономика, ответственная политика, христианская мораль. Партийным принципом было «Никакой рекламы!», а заповедью — «Не сотвори себе кумира». Знал ли тогда Александр Валентинович Турчинов, как скоро и как далеко отойдет он от своих первоначальных «громадовских» принципов и заповедей, вступив в ряды «Батькивщины» и БЮТ! Теперь-то хорошо известно, что его кумиром на долгие годы стала Юлия Тимошенко, а реклама и презентации превратились в неотъемлемую часть его повседневной работы.

Программные установки прежней, долазаренковской «Громады» дают основания, полагать, что она представляла интересы, образно говоря, верующих предпринимателей малого и среднего бизнеса, приоритетами которых являлись всесторонняя поддержка и развитие деловой активности, сокращение налогового гнета, государственное стимулирование внешнеэкономической деятельности предприятий, налоговое стимулирование. «Громада» выступала за всеобщее содействие деятельности религиозных конфессий, которая должна была способствовать духовному и моральному возрождению нации[23].

Краткая биографическая справка (на 1996 год). Александр Турчинов родился в 1964 году в Днепропетровске. Окончил Днепропетровский металлургический институт, кандидат экономических наук. Работал вальцовщиком, мастером на «Криворожстали», секретарем райкома комсомола. В 1989-1992 годах принимал участие в создании «Демократической платформы» в КПСС, а также объединения «Новая Украина». В 1992-1993 годах работал в Днепропетровской обладминистрации. В 1993 году избран главой «Громады».

В 1993-1994 годах А. Турчинов— советник премьер-министра Украины по экономическим вопросам, с 1994 года — директор Института экономических реформ, президент Центра финансовых технологий. Активный член баптистской церкви.

Надо полагать, что взор Лазаренко остановился на Турчинове и его «Громаде» не в последнюю очередь из земляческих соображений. Экс-премьера совсем не беспокоило то обстоятельство, что идеи и принципы, заложенные в программных документах партии, не соответствовали его планам. Зарегистрированная в Минюсте, худо-бедно действовавшая и, таким образом, готовая к «употреблению» партия послужила Лазаренко оболочкой, в которую он намеревался вдохнуть новое содержание. В 1997 году новые громадовцы провели три (!) съезда, на которых избрали нового главу партии (конечно же, П. Лазаренко), приняли политическое заявление «Об основных положениях интегральной программы возрождения и развития Украины», создали оппозиционный («теневой») кабинет министров, приняли заявление «Против антиконституционной политики удушения демократической оппозиции» и провели организационный съезд «Молодой Громады».

Во всех этих политических преобразованиях, затеянных П. Лазаренко, Ю. Тимошенко играла отнюдь не последнюю роль. Напротив, тогда же эксперты отметили ее активное участие в реорганизации «Громады» и в создании молодежного крыла обновленной партии. Её даже называли ключевой фигурой в деятельности, которая позволила установить пролазаренковский контроль над рядом столичных изданий, в том числе над «Всеукраинскими ведомостями» и отчасти над «Зеркалом недели», как тогда полагали[24].

Политическая программа новой «Громады» отличалась идейным эклектизмом: она соединяла в себе элементы левой и правоцентристской риторики, была пронизана популизмом патерналистского толка. Лазаренко мало заботили вопросы идейной чистоты и последовательности. Гораздо важнее были инструментальные задачи антипрезидентской, точнее — «антикучмовской», борьбы, а механическое соединение программных установок, принципов и методов разных политических направлений нисколько нс беспокоила новых руководителей. Более того, именно это обстоятельство Лазаренко представлял как собственное политическое ноу-хау, заявляя: «Громада» — первая и единственная из политических сил на Украине объединила в своей программе то, что раньше казалось несовместимым — идеологию европейской социал-демократии... социальную ориентированность экономики и украинскую национальную идею»[25]. Кстати сказать, это отсутствие какой бы то ни было идейной щепетильности и политическую всеядность ради групповой поддержки «по наследству» получила Юлия Тимошенко. Этого ей так и не удалось преодолеть (да, в сущности, и нс хотелось).

В предвыборной платформе, подготовленной к парламентским выборам 1998 года, присутствовал целый набор устрашающих последствий деятельности правящего режима: угроза национальной катастрофы, разрушение экономики, усиление её зависимости от иностранного капитала, обострение социального напряжения, падение морали, неверие народа в будущее и т.п. Авторы документа утверждали, что на смену демократии приходит авторитаризм, подрывающий основы перспективного развития Украины.

«Громада» декларировала свой переход в оппозицию к действовавшей власти, заявив, что готова взять на себя ответственность за судьбу страны. Она сформировала «теневое» правительство и обнародовала «Интегральную программу возрождения и развития Украины». Неотложные меры насчитывали 29 пунктов, среди них и такие, как формирование гражданского общества, которое реально контролировало бы госаппарат; создание всех необходимых условий для обеспечения духовных и материальных интересов человека; проведение пенсионной реформы; гарантии увеличения льготных жилищных кредитов; всесторонняя государственная поддержка села; создание системы легализации «теневых» капиталов и пр. Важно отметить, что «Громада» заявляла также, что выступает за внеблоковый статус украинского государства[26].

Следует отметить, что во всех этих политических начинаниях и инициативах заметен и почерк Юлии Тимошенко. Деятельность «Громады» в 1997—1998 годах, как по форме, так и по содержанию весьма похожа на последующую деятельность «Батькивщины» и БЮТ. Скорее всего, сходство между этими разными политическими объединениями как раз и состоит в том, что вдохнула в них жизнь и поддерживала в «рабочем состоянии» одна и та же персона — Юлия Тимошенко. Похоже, что Павел Лазаренко осуществлял общее руководство, курировал, надзирал, определял стратегические направления, но не вмешивался в детали и повседневную рутину, отдавая её на откуп своим младшим соратникам.

К концу 1997 года «Громада», готовясь к предстоящим парламентским выборам, развернула гораздо более активную по сравнению с другими партиями деятельность. Изворотливые, ловкие и даже талантливые бизнесмены превратились в не менее изобретательных политиков. Любопытно, что «теневой» кабинет, куда вошли известные политики, возглавила Ю. Тимошенко. Громадовцы совершали многочисленные поездки по регионам, организовали и обеспечили многочисленные публикации в центральных и местных СМИ, выступали на пресс-конференциях. Одним из центральных моментов пропагандистской кампании стала демонстрация «Громады» как силы, готовой возглавить оппозиционный блок. На местах создавались партийные ячейки и региональные организации. К концу 1997 года П. Лазаренко назвал «Громаду» второй по численности после КПУ партией на Украине (140 тыс. членов). Помимо «Всеукраинских ведомостей» и «Киевских ведомостей» ей удалось заручиться информационной поддержкой парламентской (!) газеты «Голос Украины», главный редактор которой стал членом партии. С 1 января 1998 года в одной отдельно взятой области (разумеется, Днепропетровской) на 20 гривен были повышены пенсии. П. Лазаренко в качестве председателя облсовета подготовил законопроект, в котором предлагалось распространить эту инициативу на всю Украину[27].

Представители «Громады» развернули по всей стране шумную пропагандистскую кампанию, в которой и проявился тот самый популизм, ставший впоследствии отличительной чертой политики Тимошенко. Агитаторы обещали всё, всем и сразу: выплату долгов, возвращение вкладов, повышение зарплат, пенсий и пособий, решение жилищных вопросов, немедленный рост благосостояния и т.п. В прессе запестрели различного рода публикации (интервью, статьи, выступления) П. Лазаренко и Ю. Тимошенко.

Агитационная кампания «Громады» велась настолько активно (и даже агрессивно), что журналисты «Зеркала недели», подчеркнуто отстраняясь от неё, опубликовали в 1997 году серию ироничных статей под заголовками «Громада» найдет своих членов везде, даже глубоко под землей», «Кто теперь согласиться на роль Христа?», «У осиротевшей без хозяина страны теперь будет мама».

Кроме того, в борьбе за численный рост своих рядов руководство партии проявило политическую всеядность, сотрудничая с такой радикальной националистической партией, как «Державна самостийность Украины» (ДСУ). Программные установки ДСУ включали положения

О приоритетности и всеохватности украинской национальной идеи. Единственно возможным путем к национальному государству провозглашалась национальная диктатура. Девизом партии был лозунг «Украинское государство— прежде всего!» Политические задачи ДСУ включали борьбу за создание на украинских этнических землях национальной соборной державы, в которой источником власти может быть только украинский народ, а непосредственными руководителями украинского государства — украинцы[28]. Пикантность ситуации заключалась в том, что ДСУ, по определению днепропетровского суда «не чуждая приемам и методам фашизма», заявила, что «Громада» — это ДСУ сегодня!»[29].

Избирательная кампания прошла для «Громады» весьма удачно. Она преодолела 4-процентный барьер, получив 4,74 % голосов, и пришла в парламент в составе 27 человек. В ходе формирования фракций к ней присоединилось немало беспартийных мажоритарных депутатов, так что к началу 1999 года фракция «Громада» состояла уже из 45 депутатов. Четыре представителя фракции возглавили комитеты. Юлия Тимошенко встала во главе бюджетного комитета — одного из ключевых и престижных. Фракция быстро усвоила правила, принятые внутри Верховной Рады, и выступала в качестве коллективного субъекта со многими функциями и целевыми установками.

С самого начала работы Верховной Рады 3-го созыва члены фракции «Громада» обрушились на президента с жесткой критикой. Ю. Тимошенко под аплодисменты депутатов говорила, что «те, кто проголосовал за сохранение правительства, проголосовал за тот беспредел, ту разруху, которая творится в стране»[30]. Громадовец С. Правденко заявил с трибуны парламента, что руководить хуже, чем нынешнее правительство, невозможно.

В октябре 1998 года «Громада» объявила о регистрации инициативной группы по сбору подписей за проведение всеукраинского референдума о досрочном прекращении полномочий Л. Кучмы. Один из самых активных в то время членов фракции и признанный спикер А. Эльяшксвич язвил: «Кучма— чрезвычайное стихийное бедствие. Мне бы очень хотелось, чтобы президент в августе, достигнув пенсионного возраста, как любой из пенсионеров, написал заявление об уходе с работы в связи с невозможностью работать в этой должности». А. Эльяшкевичу не уступала и Юлия Тимошенко, заявлявшая с парламентской трибуны, что «президент в своих реформах пошел дальше, чем мы ожидали. С его подачи не только дали право голосовать больным психиатрических лечебниц, но еще и экономические консультанты набираются из той же среды»[31].

Вообще Юлия Тимошенко в Верховной Раде 3-го созыва демонстрировала первые в своей политической практике образцы пламенных оппозиционных (антипрезидентских и антиправительственных) речей, которые впоследствии стали сё фирменным знаком.

«Мы переживаем самый ответственный, даже кульминационный с начала нашего избрания момент. Сегодня никто из нас не может сказать, что от народного депутата ничего не зависит. Именно в данный момент от нас с вами зависит если не всё, то очень многое... Парламент способен, сменив теперь правительство, сменить на лучшее судьбу Украины. За последние годы отчаяние, безнадежность, тотальный страх стали доминирующими чувствами каждого гражданина Украины, который старается хоть что-то сделать в производстве, предпринимательстве, коммерции. Поборы и запугивание чиновничеством разного калибра достигли апогея. Чиновники искореняют всякую инициативу. Предприниматель в стране практически убит. В зале нет ни одного депутата, который бы позитивно оценил работу правительства.

...Специалисты для формирования новой правительственной команды в ВР есть. Есть и готовые антикризисные программы. Новое правительство должно сказать обществу: «Присягаем Богом, Украиной и своими судьбами, что никогда не будет вранья правительства своему народу, не будет кулуарной закрытости, грабежа и тотального разворовывания бюджетных средств, чиновничьего диктата, полицейского произвола, а останется только один диктат — диктат интересов людей, которые доверили нам свои судьбы». Новое правительство должно сказать так. И дай Боже, чтобы народ ему поверил в последний раз»[32].

Антиправительственный и антипрезидентский пафос депутатов от «Громады» в иные моменты достигал такого накала, что некоторые коллеги-парламентарии предлагали им передать руководство комитетами другим фракциям, считая, что руководящая деятельность в ключевых комитетах несовместима с оппозиционным статусом.

Одной из латентных линий развития фракции стало постепенно нарастающие разногласие между Лазаренко и Тимошенко. Например, многие заметили, что в избирательном списке Тимошенко хотя и стояла в первой десятке, но всё-таки под шестым номером, хотя её вклад в реорганизацию партии и подготовку к выборам никто не оспаривал. Первая пятерка выглядела так.

1. Лазаренко П. И., народный депутат Днепропетровского облсове- та и Верховной Рады Украины.

2. Толочко П. П., академик НАНУ, вице-президент НАНУ, член «Громады».

3. Дворкис Д. В., глава Винницкого горсовета народных депутатов.

4. Гнатюк Д. М., главный режиссер Национального театра оперы и балета, член «Громады».

5. Плютинский В. А., глава агрофирмы «Заря» (Ровненская область), член «Громады».

Далее шла Юлия Тимошенке, а под двенадцатым номером — бывший глава «Громады», в то время уже беззаветно преданный ей соратник Александр Турчинов.

В статье «Одноименные заряды отталкиваются», написанной в 1997 году, осведомленная и прозорливая журналистка, главный редактор «Зеркала недели» Ю. Мостовая предрекала фракции скорое соперничество лидеров и двоевластие. Она даже дала точные и глубокие характеристики политической деятельности этих двух политиков-бизнесменов.

«Павел Лазаренко и Юлия Тимошенко заняли нишу оппозиционного популизма. Если вы спросите любого члена «Громады», который час, он вам тут же сообщит, что его часы не работают, но в этом виноват президент. Логика их кампании выстроена грубо, кондово, но вместе с тем — очень эффективно. Объезжая страну непарадным маршем, руководство «Громады» видит, где у людей болит, и при этом весьма четко ставит диагноз: «Нынешняя власть не в состоянии исправить сложившуюся ситуацию». Власть предоставила «Громаде» непозволительную роскошь эксклюзивно критиковать себя. Это подкупает, это заставляет сомневаться, надеяться и, может быть, даже верить... Информационная машина, запущенная Павлом Лазаренко, также работает безотказно. Им не нужны звезды от журналистики. Фабрика «хитов» под псевдонимами выпускает агитки, походящие на новогоднюю ёлку: ярлыки, развешанные на ней, слепят своим разнообразием

«Громадой» постоянно подчеркивается недемократичность и необъективность методов борьбы, применяемых к ней. И, к сожалению, власть дает основания для упреков. Каждый подобный скандал способствует перерождению имиджа Павла Лазаренко: от главного коррупционера — к главной жертве. Таким образом, машина власти работает на него, именно так заставляет её работать Лазаренко»[33].

Пройдет совсем немного времени, и почти такие же фразы как нельзя более кстати подойдут уже не Павлу Лазаренко, находящемуся в США под следствием, а Юлии Тимошенко, продолжившей оппозиционную борьбу как самостоятельная и руководящая сила.

Вскоре после появления на политическом небосклоне обновленной «Громады», о ней заговорили как о квазипартии, созданной усилиями группы П. Лазаренко для обслуживания его интересов. А появление «Громады» в парламенте стало, по мнению многих, осуществлением плана по овладению Лазаренко законодательной инициативой и усилению собственного контроля над топливно-энергетическим комплексом. Не удивительно, что «Громаду» с первых шагов её деятельности под новым руководством стали считать не более чем навершием финансово-экономической империи Лазаренко. Как полагал украинский политолог М. Погребинский, «есть Лазаренко — есть «Громада», так как все там построено на личной преданности лидеру, на финансовых обязательствах, на участии в бизнес - и иных схемах»[34].

Некоторые эксперты тогда же полагали, что не в правилах недавнего чиновника-олигарха выстраивать одномерные легко читаемые схемы. Именно поэтому Лазаренко якобы попытался обезопасить и одновременно укрепить свое положение тем, что внедрил максимально возможное число своих людей в другие фракции, которые могли бы изнутри, что называется «из стана врагов», защищать интересы экс-премьера[35].