ЗНАЕТ ЛИ НЕО, ЧТО БЫЛ В МАТРИЦЕ?

ЗНАЕТ ЛИ НЕО, ЧТО БЫЛ В МАТРИЦЕ?

А сейчас я хочу сменить тему и поговорить о том, как Нео выясняет, что находится в Матрице. Фильм наталкивает нас на мысль, что Нео узнает (я ограничусь менее строгим, обыденным смыслом этого слова) то, чего раньше не знал, — а именно, что он провел большую часть своей жизни в Матрице в качестве тела, плавающего в коконе с гелем и черпающего свой опыт из суперкомпьютера. Как же Нео об этом узнает, если вообще узнает?

Прежде чем предложить Нео синюю и красную таблетки, Морфеус говорит: «Невозможно объяснить, что такое Матрица. Тебе придется увидеть ее самому». Морфеус не говорит почему, но я осмелюсь предположить, что, если бы он сказал, никто бы ему не поверил. Поверить ему могли бы только самые легковерные и глупые люди, которых можно убедить в чем угодно. Но эти люди не принадлежат к тем, кто владеет большими знаниями, хотя временами они и могут делать правильные выводы. Поэтому со слов Морфеуса Нео не может узнать, что такое Матрица, так как было бы безрассудством поверить в такую историю, а глупое мнение (даже если оно случайно оказывается верным) не является знанием. Для того чтобы убеждение можно было считать знанием, оно должно быть доказано. Ведь в традиционном представлении знание — это доказанное верное суждение. В традиционном представлении лишь тогда вы можете сказать, что знаете нечто, если ваше убеждение верно и обоснованно. Хотя многие находят это проверенное веками представление неточным, оно справедливо по меньшей мере в том, что, требуя доказательства, не позволяет счесть глупые мнения и счастливые догадки знанием.

Нео выбирает красную таблетку, чтобы посмотреть, «насколько глубока кроличья нора». И в течение минуты он переживает самый странный опыт, который у него когда-либо был, — видит, как разбитое зеркало превращается в целое. Он прикасается к зеркалу, и то растекается по его телу вязкой отражающей субстанцией. Внезапно он оказывается в коконе розового геля с проводами, подключенными к его рукам, ногам, спине и голове. Он видит вокруг себя миллионы таких же коконов. Похожий на паука робот хватает его за шею, отключает кабель, идущий к голове Нео, и улетает. Из кокона сливается гель, Нео скользит по трубе, падая в бассейн, похожий на канализационный коллектор, чтобы в следующую минуту быть извлеченным оттуда гигантским краном. Он то приходит в себя, то впадает в беспамятство. В конце концов он набирается сил осмотреть корабль, на котором находится. К его голове подключается провод, и он оказывается в «конструкторе» — «загрузочной программе», где Морфеус наконец рассказывает ему историю Матрицы.

В эту историю трудно поверить. И Нео поначалу не верит. Этот опыт оказывается для него настолько болезненным, что его рвет. И я не могут его в этом упрекнуть. Когда узнаешь, что вся твоя жизнь до настоящего момента проходила в фальшивом, созданном компьютерами мире иллюзий, голова, мягко говоря, идет кругом. Но меня не интересует вопрос, насколько сложно с эмоциональной точки зрения в это поверить, меня интересует, насколько разумно верить в это, учитывая недавний опыт Нео. Может ли мучительный опыт дать то, чего не мог дать рассказ Морфеуса, — прочное основание полагать, что его жизнь вплоть до недавнего времени протекала в Матрице? Или даже перенесенный необычный опыт не одолеет предубеждения, что глупо верить в эту удивительную историю?

Заметьте, я не задаюсь вопросом, возможно ли, что новые представления Нео о том, что он провел свою жизнь в Матрице, а сейчас освободился от нее, окажутся ложными. Очевидно, что это возможно. Может статься, что не существует никакой Матрицы, Нео всегда жил в обычном мире и был введен в заблуждение после того, как принял красную таблетку, которая на самом деле оказалась сильным галлюциногеном, и т. п. (Подозреваю, такой поворот сюжета разочаровал бы зрителей.)

Очевидно, это возможно. Но у нас нет веских оснований считать, что все возможное реально. Крометого, следует помнить о разнице между возможным и вероятным: у нас есть причины верить только в то, что вероятно.

Итак, есть ли у Нео серьезные причины верить в то, во что он теперь верит, а именно в то, что он был в Матрице, но сумел из нее освободиться? Если есть, то мы также можем пожелать убедиться, что он не только в это верит, но и знает это. (Так как существует вероятность ошибки, речь идет об обыденном знании.)

Я хочу детально рассмотреть версию, что у Нео, быть может, нет серьезных оснований верить в историю с Матрицей, даже несмотря на недавний необычный опыт. Нео выглядит примерно на 25 лет. В этом случае, чтобы поверить в историю с Матрицей, ему необходимо обменять 25 лет совершенно нормального опыта на несколько дней очень странного опыта, которому он должен довериться. Его выводы могут оказаться слишком поспешными, особенно если учесть, что причудливый новый опыт последовал за принятием странной красной таблетки.

Ситуация только ухудшается, когда мы понимаем, что какими бы возможностями для интерпретации своего опыта Нео ни обладал, эти возможности были приобретены в тот период его жизни, который он сейчас должен отбросить как абсолютно не заслуживающий доверия. К слову, именно опыт этих 25 лет позволяет ему делать разумные выводы из информации, получаемой посредством органов чувств. Но если он верит в историю с Матрицей, тогда все его навыки интерпретации информации должны также быть отброшены. Ниже представлен список некоторых правил интерпретации опыта, который Нео придется отбросить, если он поверит в историю с Матрицей:

а) люди обычно не лгут, так что если кто-то что-то вам говорит, это, скорее всего, правда;

б) если вам кажется, что кто-то говорит по-английски, вероятно, так оно и есть;

в) если вы помните, как делали что-то, вы наверняка делали это;

г) люди не меняются телами при соприкосновении;

д) люди не лезут в удлиненный стеклянный сосуд с узким горлышком (бутылку), когда злятся;

е) люди не пытаются с вами общаться с помощью звуков, которые издает обувь при ходьбе (так что не стоит пытаться интерпретировать эти звуки);

ж) когда вам кажется, что объект увеличивается в размерах, обычно это означает, что он к вам приближается (аналогично, уменьшающиеся объекты удаляются);

з) вещи продолжают существовать, даже когда вы их не видите.

Подобных правил так много, и они настолько очевидны, что мы не задумываясь следуем им. Мы (вы, я, Нео) не только верим в эти чудаковатые, но очевидные истины, у нас есть основания в них верить. Верить в них разумно. Но какими бы очевидными они ни казались, мы не рождаемся с ними. Итак, откуда же мы берем основания моих высказываний, в которых приводятся числа, неверны».)

Конечно, у зрителей, сидящих в зале, есть более полная картина происходящего. Мы узнаём, что запрограммированный мир Матрицы весьма похож на реальный, и способ, который избрал Нео для интерпретации своего опыта {считая, например, что Морфеус говорит по-английски и говорит правду), на самом деле верен. Но у Нео, в отличие от зрителей, нет причин считать, что мир Матрицы похож на реальный мир. Вы можете решить, что его новый опыт быстро дает ему понять, что реальный мир схож с миром Матрицы, но по большому счету этот опыт бесполезен, если его невозможно интерпретировать при помощи надежных принципов, подобных тем, что приведены выше. А у Нео, как мы уже убедились, нет оснований доверять этим принципам, так как он не может полагаться на свой прошлый опыт. Он не может полагаться на текущий опыт, не доверяя предшествующему. Эти выводы, по сути, являются следствием широко распространенного в эпистемологии воззрения, именуемого холизмом. С точки зрения холизма никакой опыт не может самостоятельно дать основания для оценки, это можно сделать лишь с помощью взаимосвязанной череды опытов и убеждений, которые непременно должны содержать принципы интерпретации.[45] (Если это мнение кажется вам очевидно ложным, предлагаемые здесь аргументы наверняка покажутся вам небесспорными.) Таким образом, у Нео нет оснований интерпретировать свой новый опыт так, как он привык это делать, и то, во что он поверил (например, что он находился в Матрице, но освободился из нее) благодаря этому новому опыту, также представляется необоснованным. Должным следовало бы признать вывод, что Нео на самом деле не знает (даже в смысле обыденного знания) того, что он находился, а сейчас не находится в Матрице.

Думаю, из этой цепи размышлений можно было бы сделать выводы, способные осветить все крупные гипотезы скептицизма, подобные Возможности Матрицы. Полагаю, вам должно быть видно, что вера во все эти фантастические истории почти всегда несостоятельна. Но прибережем эти выводы для другого случая. А теперь вернемся к тому, с чего начали, то есть к Возможности Матрицы.