«Мы открыты миру»

«Мы открыты миру»

«Мы открыты миру»

КУЛЬТУРА ГЕРМАНИИ

Журнал "Крещатик" давно перерос рамки

эмигрантского, став общероссийским и даже

общеукраинским. Сегодня мы беседуем с его

главным редактором Борисом Марковским.

"ЛГ"-досье":

Борис Марковский - поэт, переводчик, редактор. Родился в 1949 году в Киеве. С 1994 года живёт в Германии, в городе Диммельзее.

В 2002 году в издательстве "Алетейя" (СПб.) вышла книга стихов и переводов "Пока дышу, надеюсь", в 2006-м в том же издательстве - книга избранных стихов и переводов "В трёх шагах от снегопада". В 2011-м - "Мне имени не вспомнить твоего".

С 1998 года - главный редактор и издатель международного литературного журнала "Крещатик".

- Почему вы выбрали именно такое название для своего детища - "Крещатик"? Сразу возникают ассоциации с Киевом.

- Вы знаете, будучи киевским поэтом, я бы назвал своей малой родиной даже не Киев, а собственно Крещатик - улицу, во дворах и подворотнях которой прошла моя юность, улица, где когда-то "завязывались великие дружбы, писались великие стихи, происходили знаменательные встречи", улица, которую мне захотелось перенести в русскоговорящее ментальное пространство. Именно по этой причине, чтобы сохранить дух, ауру древнего города, мы публикуем произведения многих киевских авторов. Это поэты Наталья Бельченко, Владимир Гутковский, Алексей Зарахович, Татьяна Ретивова, Валерий Юхимов, Мария Храпачева, прозаики Александр Павлов, Платон Беседин, Алексей Александров... С Киевом наш журнал продолжает многое связывать. В Киеве живёт завотделом прозы "Крещатика", замечательная, на мой взгляд, писательница Елена Мордовина, которая мне очень помогает в работе над журналом.

- А как вообще зародилась идея издавать журнал? Насколько его издание было востребовано в русскоязычной среде?

- Пятнадцать лет назад, в 1997 году, когда мы только начинали, потребность в создании подобного журнала была огромная - существовало множество авторов, разбросанных по всему миру, читателей, которым не хватало новой, свежей прозы, поэзии, эссеистики. Не был в такой мере, как сейчас, освоен Интернет, поэтому журнал стал глотком свежего воздуха, для некоторых - единственной возможностью быть услышанными и постоянно пребывать в творческом тонусе. Некоторые поэты, сейчас всеми признанные, востребованные, хорошо издающиеся, лауреаты престижных премий, в течение более чем десятилетия публиковались у нас, в "Крещатике".

- Были спонсоры? Или всё это - только вашими трудами и финансами?

- С самого начала существования журнала мы финансируем его самостоятельно, что позволяет публиковать исключительно тех авторов, произведения которых мы считаем достойными, никогда не позволяем этой планке опуститься, пусть даже эта планка, этот уровень во многом определяются моим собственным вкусом. Первые десять лет журнал издавался в питерском издательстве "Алетейя", сейчас - под эгидой московского издательства "Вест-Консалтинг".

- В самой Германии журнал читают? Он продаётся в розницу, распространяется по подписке?

- Да, существует подписка - в Германии, на Украине, в Австрии, Франции и т.д., небольшая, правда. Немецкая фирма Kubon & Sagner закупает у нас номера для библиотек. Но всё это капля в море. Большинство читает его, конечно же, в Интернете. Он доступен как на нашем сайте (www.kreschatik.nm.ru), который бесплатно делает замечательный киевский веб-мастер Павел Маслак, так и на сайте "Журнального зала". Сейчас мы работаем над тем, чтобы журнал можно было приобрести для чтения на iPad и других подобных устройствах. Чтобы это было удобно и доступно.

- Где основные ваши читатели - в Германии или всё же на постсоветском пространстве?

- Я бы сказал, что читатели, благодаря опять-таки Интернету, у нас по всему миру. Конечно, печатную версию журнала легче купить в России - журнал продаётся в магазинах Москвы и Петербурга.

- А в чём отличие "Крещатика" от других русскоязычных литжурналов Германии? Да и есть ли они там?

- Другие журналы существуют. "Литературный европеец", например - журнал Союза русских писателей в Германии, он совершенно по-другому ориентирован - главный редактор считает, что в России у них нет потенциального читателя - это и есть основное отличие подобных журналов от "Крещатика". Ничего не хочу сказать плохого, но это совершенно другой уровень. Мы открыты миру, но при этом не забыли и о своём происхождении, что отражено в названии. "Крещатик" представлен в "Журнальном зале", а это о многом говорит.

- В России ваш журнал воспринимают как "свой"? Или всё-таки его относят к чисто эмигрантским?

- Да, безусловно, "Крещатик" воспринимают как "свой". У нас печатается множество российских авторов. Начну с прозаиков - Евгений Орлов (Владивосток), Вячеслав Чмиль (Санкт-Петербург), Александр Киров (Каргополь), Роман Файзуллин (Башкирия), Евгений Степанов (Москва), Айдар Хусаинов (Уфа). Почему я упоминаю города - мы всегда, в каждом номере, их обозначаем, это даёт некоторое представление о географии журнала, придаёт каждому номеру некую "шарообразность", "сферичность". Российские поэты, представленные в журнале - Пётр Брандт, Андрей Сизых, Герман Власов, Татьяна Грауз, Владимир Алейников и др., перечислить всех просто невозможно, за 15 лет мы опубликовали тексты около 1500 авторов[?] Все эти авторы живут и работают в России, поэтому ещё раз подчеркну: мы являемся полноправными участниками российского литературного процесса. Дружим со многими фестивалями, с Волошинским конкурсом, представляли на страницах журнала его участников, с Союзом писателей XXI века - недавно у нас была интересная подборка от них: Константин Кедров, Андрей Коровин, Сергей Арутюнов, Лилия Газизова.

- Давно говорят, что "толстые" литжурналы умирают - тиражи сокращаются, подписчиков нет. Вам, должно быть, ещё труднее? Как "Крещатику" удаётся удерживаться на плаву?

- Нам как раз легче, чем остальным, поскольку мы с самого начала рассчитывали исключительно на собственные силы. С распространением Интернета, когда печатная версия становится всё менее востребованной, журнал переживает не самые лучшие времена. Но мы, как я уже сказал, осваиваем новые методы привлечения читающей аудитории.

- А коренных немцев вы печатаете? Всё-таки, если журнал издаётся в Германии, то, наверное, он как-то должен отражать и жизнь литературы Гёте и Шиллера...

- Публикация переводов для любого журнала - самая сложная проблема, это связано с издательскими правами, с гонораром переводчикам. Отражать жизнь немецкой литературы мы можем пока только с помощью энтузиастов. Многие из переселившихся в Германию русских только здесь открыли для себя мир немецкой литературы, начали переводить. Я думаю, что со временем таких авторов, связующих журнал с немецкоязычным миром, будет всё больше.

Мы печатаем много переводов с немецкого - как классиков, так и ныне живущих авторов: Хольгера Швенке, Вольфдитриха Шнуре, Пауля Целана, Хуго фон Хофманншталя, Гюнтера Айха, прозу молодых немецких авторов Юдит Герман и Уве Копфа. В нескольких последних номерах была напечатана интересная повесть Б.Л. Брайнина (псевдоним Зеппа Эстеррайхера) "Воспоминания вридола (временно исполняющего должность лошади)" - ссыльного советского немца, точнее, австрийца по происхождению, поэта, переводчика, много сделавшего для русской и немецкой литературы, для просвещения русских немцев Поволжья, для нашей культуры вообще. Он репатриировался в Австрию в 1992 году, а за пять лет до репатриации написал воспоминания о пребывании в лагере и в трудармии. В своё время к написанию мемуаров Брайнина подвигал Твардовский. И, вы знаете, получилась потрясающая повесть, ничуть не хуже, на мой взгляд, чем "Качели дыхания" нобелевского лауреата Греты Мюллер.

Мы также привлекаем к сотрудничеству германистов. Таких, например, как Грета Ионкис, живущая в Кёльне.

В Аугсбурге живёт и трудится один из самых известных переводчиков с немецкого на русский Вальдемар Вебер. Он в 70-80-е годы издал в Москве несколько обширных фундаментальных антологий поэзии Австрии и Западной Германии, сборники поэтов Люксембурга и немецкой Румынии. Сейчас он вернулся к переводам, начал активно печататься как переводчик, он член редколлегии нашего журнала и одновременно выступает как автор - публикует свои переводы немецкой прозы (Г. Бенн, З. Ленц, В.Д. Шнурре), поэзии (Э. Ремарк, Й. Бобровский), немецкие литературные манифесты (экспрессионизм, дадаизм), готовит для нашего журнала новые переводы и статьи о немецкой литературе.

- В Германии около пяти миллионов людей с российскими корнями, примерно четыре миллиона среди них - это потомки российских немцев и русскоязычные члены их семей. Ещё не одно поколение этих людей будет говорить и читать по-русски. Наверняка многие из них, даже молодые, несмотря на то, что вырастают тут, пишут всё-таки на русском.

- Да, и таких пишущих на русском предостаточно. Многие из них двуязычны. Некоторых мы планируем представить в мартовском номере, частично посвящённом российским немцам. Конечно, выделять их в отдельную литературную группу абсурдно, но что их объединяет, так это прежде всего общность их трагической судьбы, она-то и находит выражение в содержании их произведений, ещё на протяжении многих десятилетий тематика эта будет их объединять. Абхазец или якут, живущие в Москве, не потерявшие связь с родиной, но пишущие по-русски, тоже ведь имеют свою специфику, они русские литераторы с особым акцентом. Печатая литераторов - российских немцев, как и вообще русскоязычных литераторов, живущих в Германии, мы выступаем не только как эмигрантский журнал, но и как журнал в какой-то степени интеграционный. Русский язык для многих людей в Германии ещё долгие годы будет одним из средств интеграции в европейское общество. Кстати, одна из главных тем в прозе российских немцев - проблемы интеграции и амбивалентность их менталитета.

- Не хотите ли вернуться на родину, в Киев?

- Мне этот вопрос постоянно задают. И я отвечаю, что провожу в Киеве много времени - приезжаю туда не менее четырёх раз в год. В итоге получается, что вижу город, гуляю по его улицам, в том числе по Крещатику, не реже, чем когда-то, постоянно в нём проживая. В Германии всё время поглощает работа - журнал, редакторская деятельность, подготовка к печати книг наших авторов, а отдыхаю я именно в Киеве.

Беседу вёл Игорь ПАНИН