ПРИ СВОИХ ГОРАХ: ШВЕЙЦАРИЯ КАК ВНУТРЕННИЙ ОСТРОВ ЕВРОПЫ

ПРИ СВОИХ ГОРАХ: ШВЕЙЦАРИЯ КАК ВНУТРЕННИЙ ОСТРОВ ЕВРОПЫ

1

Швейцария лежит внутри Европы, как драгоценное филигранное яйцо работы божественного ювелира, яйцо, тщательно завернутое в белоснежную вату. Упрятанное в шкатулку Альп.

Швейцария — практичная и самодовольная; настороженность исчезнет и таможенник улыбнется в ответ на мой акцент лишь тогда, когда убедится, что я собираюсь вскоре покинуть благословенную швейцарскую землю. Видимо, швейцарцы полагают, что все хотели бы стать швейцарцами.

Швейцария — карнавал на улицах Женевы, ежегодно в декабре весело отмечающей свое спасение от агрессивных савояров: находчивая гражданка выплеснула горшок с кипящим супом прямо на головы агрессорам, в результате чего они сконфуженно и навсегда ретировались.

Швейцария — эксперимент, начатый решительными людьми при несомненной поддержке Господа Бога в 1291 году. Чрезвычайно четко поставленный. Эксперимент, выдержавший испытания столетиями. Эксперимент, продолжающийся до сих пор, хотя сами швейцарцы, как я думаю, об этом не подозревают.

Благополучие — вот первое впечатление прибывающего в Швейцарию путешественника. Оглушающая тишина благополучия, от которой даже слегка подташнивает человека, приехавшего, как я, из разрываемой противоречиями страны.

Беззвучно несется по маршруту Цюрих — Женева поезд. Объявления, пока мы катим через германоязычную часть, сначала идут по-немецки, затем по-французски; где-то в районе Фрибура на первое место выходит французский, хотя и немецкий не исчезает, — это уже политика, да и очень высокого класса. Над Женевским озером моим глазам открывается мощная панорама: горные вершины, спокойствие водной глади, уступами сбегающие к ней виноградники. Глянцевая открыточность жизни? Да, первое впечатление будет таким: пейзаж слишком отлакирован. Политические события? Господь с вами! Конечно же, вам расскажут о так называемом «фиш- афер» — полицейской слежке за тысячами подозреваемых в неблагонадежности швейцарцев. О первой женщине-министре, вынужденной уйти в отставку из-за того, что она сообщила мужу запрещенные для разглашения данные; о «секретной армии», тайной организации, вознамерившейся спасти Швейцарию в случае захвата. Вот и все, пожалуй, политические происшествия в Швейцарии за последние годы.

И вдруг почувствуешь себя в Швейцарии, как в глубокой провинции, куда ты приехала к дедушке с бабушкой, чтобы немного прийти в себя после суетливой жизни.

На чем же основаны эти тишина и спокойствие? Коренятся ли они в характере людей? Да и можно ли говорить о едином швейцарском характере, если, по точному наблюдению швейцарского социолога Андре Зигфрида, германо-швейцарский характер отличается любовью к порядку, практичностью, пристрастием к интенсивной работе, скрупулезной честностью, спокойствием в беседе, солидностью, а франко-швейцарский, напротив, ориентирован на общие принципы и отвлеченности, более эмоционален, более динамичен, хотя в то же время еще более практичен? А еще раньше, в годы Первой мировой войны, Пауль Зиппель набросал сходное сравнение — между реализмом, серьезностью, отсутствием претензий, уважением к образованию, преданностью дисциплине германо-швейцарцев и определенным скептицизмом по отношению к существующим институтам власти, ясностью и тягой к абстрактным идеям у франкошвейцарцев. Однако если мы изучим «таблицу симпатий», показывающую рейтинг языковых и религиозных групп в глазах друг друга, то обнаружим очень высокую степень интегрированности швейцарского населения. Или же основа спокойствия не в мерцающем национальном характере людей, а в политической и общественной организации, созданной ими?

Данный текст является ознакомительным фрагментом.