Швейцария и прочие

Швейцария и прочие

Это и вправду рай. Сущий рай на земле — с хрустальными озерами и изумрудными лужайками. Точно тикающими часами и аккуратными домиками, словно сошедшими с рождественской картинки. Тихими улочками и вежливыми гражданами.

В Швейцарии один из самых низких в мире уровень убийств. По данным за 2006 год в Швейцарии 0,79 убийств на 100 тысяч населения. (Для сведения: в России этот показатель за тот же год — 19,3. В двадцать раз больше!)

При этом Швейцария — одна из самых вооруженных стран мира. Там не просто разрешено иметь оружие. Каждый мужчина обязан иметь его, а покупка вооружения женщинами всячески поощряется. И в отличие от безумной Англии, где охрана правопорядка целиком возложена на Большого Брата, а граждане рабски лишены возможности даже обороняться, в Швейцарии человек не просто имеет право с оружием в руках навести порядок на своей улице, но по закону и должен это делать! А теперь, сравнив Швейцарию с Россией, ответьте мне, где живут свободные граждане и хозяева собственной страны, а где рабы Государства?..

В Швейцарии проживает 7,5 миллиона человек. При этом на руках у населения находится больше 2 миллионов стволов. Дело в том, что Швейцарская армия представляет собой, по сути, ополчение. Милицию. В армии тут служат все мужчины. А оружие после службы хранят дома. Так дешевле. Не нужны лишние склады, не нужна охрана. Не нужно в критической ситуации заботиться о раздаче оружия: резервист по сигналу обязан явиться на сборный пункт в обмундировании и с табельным оружием — автоматом, пулеметом, гранатометом. Здесь на распродаже спокойно можно купить армейский огнемет, не говоря уже о пулеметах и автоматах. Покупка оружия приветствуется. Поэтому в дополнение к армейским образцам оружия, хранящимся дома, треть населения имеет так называемое гражданское огнестрельное оружие, то есть ружья, револьверы и пистолеты, докупленные вдобавок к военным стволам, стоящим в кладовке. Но оружие в Швейцарии не просто хранится. Его можно носить с собой. Это тоже приветствуется: чем больше вооруженных граждан — тем спокойнее обстановка.

Сказанное ясно свидетельствует, что государство в Швейцарии не отделено от гражданского общества, как в России, например, а представляет собой само это общество. В Швейцарии гражданин — это и есть живой представитель государства.

Пожалуй, для окончательного прояснения ситуации нужно еще пару слов сказать о швейцарской армии. Каждый швейцарец с 18 до 42 лет считается защитником родины, резервистом. При этом в стране нет длительной обязательной службы в армии, как у нас, но есть сборы. Короткие, но частые. Они длятся от нескольких дней до нескольких недель, и до 42 лет швейцарский мужчина успевает много раз на них побывать. Явка строго обязательна. Никакие отмазки не канают. Кем бы ни работал швейцарец (хоть директором фирмы), в какой бы стране он не жил (хоть в Парагвае), при получении повестки мужик садится в свой персональный «Гольфстрим» и летит к месту службы, покрывая половину планеты, чтобы две недели стрелять, ползать в грязи, водить танк, палить из гаубицы и стойко терпеть все невзгоды и тяготы солдатской службы.

Правда, швейцарская военная служба — это действительно военная служба. А не бездарная потеря двух лет или одного года жизни, как в России, где солдат за весь срок службы пару раз выезжает на стрельбище и там безрезультатно выпускает по мишени несколько патронов. А все остальное время красит газоны и бордюры, марширует по плацу, ходит в наряды, чистит картошку, драит полы, копает канавы, рисует плакаты и боевые листки, стреляет деньги у прохожих, пьет водку. В Швейцарии же рытьем канав и чисткой картошки занимаются те, кому положено это делать, — землекопы и повара, соответственно. А солдаты только стреляют. Они не ходят в наряды и не охраняют склады — для последнего нанимаются частные охранные фирмы.

Несмотря на давление внутренних леваков и пацифистов, которые требуют, чтобы Швейцария разоружилась и полностью оказалась от армии, швейцарцы делать это не торопятся, хотя расходы на поддержание армии составляют почти пятую часть бюджета страны. Спокойствие дороже! В том числе и внутреннее спокойствие в стране, которое в немалой степени обеспечивается наличием большого количества легального оружия на руках. Поэтому швейцарцы на своих традиционных референдумах раз за разом подавляющим большинством голосуют за сохранение своей вооруженности, и первого сентября, когда во всем мире традиционно отмечают День знаний, они не менее традиционно празднуют День мобилизации. В общем, нам бы жить, как в Швейцарии!..

У нервической личности может возникнуть вопрос: есть ли минусы у столь высокой концентрации стволов в стране? Есть. Впрочем, вряд ли это можно назвать минусом. Самоубийств с помощью огнестрельного оружия в Швейцарии совершается больше, чем, например, в России. Но это ни о чем не говорит, поскольку относительный уровень самоубийств (на 100 тысяч населения) в России вдвое выше, чем в Швейцарии, и совершаются они у нас более мучительными способами — путем выпивания уксусной эссенции, вскрытия вен, повешения и отравления газом. Уж лучше пулей…

Иногда от прогибиционистов, то есть людей, ратующих за запрет оружия, можно услышать следующее:

— А вот в Англии, после того как там начали закручивать оружейные гайки, количество самоубийств с применением огнестрельного оружия сократилось!

Социалисты вообще горазды вместо аргументов нести всякий бред. Обычно сторонники легализации оружия давят социалистов цифрами, а те отбиваются эмоциями и «своей внутренней убежденностью». А когда им на это указываешь, сначала злятся, а потом берут паузу, за время которой стараются найти хоть какие-нибудь похожие на доводы цифры, подтверждающие их позицию. И находят! Например, такие:

— А вы знаете, что у хозяев дома, в котором есть оружие, вероятность погибнуть от его использования во много раз выше, чем у тех людей, которые в доме оружия не держат!

Это гениально. Если у вас дома есть розетка, то существует вероятность погибнуть от удара током. А если электричества в доме нет, вероятность погибнуть от электричества и в самом деле уменьшается. Да, действительно, по мере сокращения количества стволов на руках англичан число самоубийств с участием огнестрельного оружия неуклонно сокращалось. Но чему тут радоваться, если общее число самоубийств выросло?..

Кстати, о самоубийствах. Им нужно уделить немного внимания. Поскольку это весьма интересное явление, через которое мы выйдем на понимание ряда важных вещей в оружейной теме. Так что отвлечение не будет бесполезным.

Где самоубийств больше всего? И от чего это зависит?

Простаки и наивные лево-розовые социал-гуманисты, не знакомые с проблемой, когда им задаешь подобные вопросы, с полной убежденностью выдвигают версию о том, что причина самоубийств — бедность и социальное неравенство. Прост и черно-бел мир социал-демократа! Но жизнь поражает разнообразием и наплевательством на ходульные схемы гуманитарной интеллигенции.

Демографы давно заметили, что, как правило, в развитых странах уровень самоубийств выше, чем в недоразвитых. Скажем, в Австралии он составляет 10,8 человека на 100 тысяч населении (здесь и далее — данные за 2003 и близкие годы); в Австрии 16 человек; Бельгии — 21; Германии — 13; Дании — 13,6; Исландии — 12… А, скажем, в Мексике всего 4 самоубийцы на сотню тысяч, в Македонии — 6,8; в Доминикане — 1,8; в Египте — 0,1; на Гаити — 0,0. Но это правило работает не всегда. Так, например, во вполне развитой Великобритании всего 7 самоубийств на «сотку», а в недоразвитой Белоруссии аж 35!

Было также замечено, что на северах, где мало солнца, самоубийств больше, чем на теплом юге. Так, в Швеции и Норвегии 13 и 12 соответственно, а в Италии и Греции — 7,1 и 3,2… Но все же непонятно, происходит это из-за недостаточной инсоляции и, соответственно, повышенной депрессивности или потому, что именно на севере планеты сосредоточены развитые страны, в коих обычно самоубивается больше народу. А может быть, экономическая развитость стран есть просто следствие холодного климата и низкой инсоляции — не зря же говорят, что страдания движут прогресс и эволюцию.

Впрочем, действует «солнечная закономерность» не всегда. Так, например, лежащая гораздо южнее Греции Индия показывает, в сравнении с Грецией (3,2), более высокий уровень — 10,5 самоубийства на 100 тысяч населения.

Вроде бы еще играет роль постсоветскость. Дескать, в бывших республиках развалившегося Союза потому столь высокие уровни самоубийств, что на людях сказался психологический надлом, вызванный крушением империи. В самом деле, на постсоветском пространстве уровень самоубийств даже выше, чем в развитых странах. Россия — 32,2. Литва — 38,6. Белоруссия — 35. Но в Грузии почему-то 2,2. В Армении — 1,8. В Таджикистане — 2,6. Потому что они южнее?

Генетика и расовый фактор? Да, имеют место быть. Я уже отмечал, что финно-угорские народы больше склонны к депрессиям и самоубийствам, нежели иные-прочие. Где бы ни жили эти люди — в развитой Финляндии, полуразвитой Венгрии или совсем недоразвитой Мордовии, они стабильно дают повышенный самоубийственный результат. Так, например, если средний уровень самоубийств по России равен 32, то регионы, где проживают финно-угорские народности, дают показатель вдвое больший. А в финно-угорской Венгрии кончают с собой 27,7 человека на сто тысяч населения, тогда как в соседней Чехии всего 15,5.

Религия? Да, тоже влияет. Давно замечено: чем религиознее страна, тем меньше в ней самоубийств. Во всяком случае, анализ статистики 67 стран, проведенный экспертами, это подтвердил. Типа религиозные запреты сдерживают людей от последнего шага, поскольку во всех религиях самоубийство — грех. Но, опять-таки, это можно свести к развитости страны и степени ее урбанизированности — чем более отсталая страна, тем больше там темного, деревенского населения, которое и отличается повышенной религиозностью, в отличие от более продвинутых и образованных горожан в развитых странах.

А если отделить развитость от религиозности? Ну, чтобы оценить влияние этого фактора, так сказать, в чистом виде? Можно попробовать. Исследования показали, что в США уровень религиозности населения соответствует уровню Мексики (в этом смысле США среди прочих развитых стран — исключение, о причинах которого можно прочитать в других моих книгах). При этом в США уровень самоубийств составляет 11, а в Мексике — 4. Но за счет чего в США выше? За счет развитости и урбанизированности или за счет северности? Или это одно и то же?

Слишком много факторов…

Невозможно очистить сравниваемые страны от всех «лишних» параметров, чтобы рассмотреть только один из них. В ситуации с оружием та же история — система слишком многофакторна. И этим пользуются малограмотные прогибиционисты. Они сравнивают несравнимое. И любят приводить в пример Японию, где очень жесткие оружейные законы и крайне низкая насильственная преступность.

Итак, Япония. В этой передовой и урбанизированной стране уровень самоубийств вдвое превышает уровень самоубийств в передовых и урбанизированных США. Почему? «Традиция», — пожимают плечами интеллигенты. А потом на голубом глазу приводят следующий аргумент против «вооружения граждан»:

— В до зубов вооруженных Соединенных Штатах относительный уровень преступности в 3,1 раза выше, чем в «безоружной» Японии. Как видите, вооружение увеличивает преступность.

Детский сад, ей богу!.. Количество поедаемого риса в Японии на порядок больше, чем в США. А преступность втрое меньше. Социалистический вывод: нужно кушать больше риса, и преступность упадет…

США — космическая держава, а Япония нет. Социалистический вывод: хватит спутники с мыса Канаверал запускать: это увеличивает преступность!..

США в несколько раз отстают от Японии по производству телевизоров. Социалистический вывод: производство телевизоров на территории страны снижает преступность.

«Безоружная» Япония в два раза опережает «вооруженные» США по числу самоубийств. Вывод: лишение граждан оружия приводит к депрессиям и самоубийствам…

Да, действительно, уровень преступлений в США втрое выше, чем в Японии. Более того! Что касается особо тяжких преступлений, то так называемый коэффициент убийств в Японии даже не втрое, а в восемь (!) раз ниже, чем в США (1,1 в Стране восходящего солнца против 8,7 в Америке). Но какое это имеет отношение к вооруженности населения или количеству поедаемого риса? В безоружной до инфантильного идиотизма Англии коэффициент убийств еще выше, чем в США, — 9,1. Но об этом факте прогибиционисты предпочитают умалчивать.

Есть масса разных идей о том, что именно влияет на агрессивность (убийства) или самоагрессивность (суициды) людей. Например, существует свинцовая гипотеза. Дело в том, что свинец является сильным нейрологическим ядом, который поражает клетки головного мозга, приводя к повышенной агрессивности особи. Особенно опасна свинцовая интоксикация в детском возрасте — постепенное накопление свинца в организме в период его формирования калечит личность в интеллектуальном и нравственном смысле.

А откуда берется свинец?

Да он кругом! Свинца в окружающей среде развитых стран полным-полно. После войны было сделано чудесное изобретение: выяснилось, что если добавить в бензин тетраэтилсвинец, можно повысить его октановое число. Такой бензин назвали этилированным, и в шестидесятые-семидесятые годы он получил широкое распространение. Весь мир ездил на этилированном бензине, выбрасывая в атмосферу свинец. Потом от этилированного бензина отказались, но в развитых (то есть автомобилизированных) странах успело вырасти целое поколение с повышенным уровнем свинца в организме и, соответственно, с повышенной агрессивностью и пониженным уровнем интеллекта. Что сопровождалось ростом преступности. Причем чем выше уровень автомобилизации в стране, тем сильнее был подскок преступности — такая вот закономерность отмечена учеными.

А ведь свинец в окружающую среду поступает не только из автомобилей. Он широко использовался в строительстве, в красках. В 1979–1984 годах американцами было проведено обширное обследование беременных женщин и их детей, живших в бедных районах с высокой концентрацией свинца в строительных конструкциях домов. Выяснилось, что каждые 5 микрограммов свинца на 100 миллилитров крови, поступившие в детский организм в возрасте до 6 лет, увеличивают вероятность ареста в юности на 50 %. Вот такая корреляция.

С этим уже ничего не поделаешь, поэтому я предлагаю следующий рецепт против «свинцовой болезни». Нужно взять на вооружение старый врачебный принцип — «лечи подобное подобным»: если вам на пути попался с детства просвинцованный на всю голову урод, который угрожает вашей жизни, добавьте в его организм еще два раза по 9 граммов свинца из своего любимого револьвера. Клянусь мамой, это поможет.

В общем, социальная система — штука сложная, слишком много разных факторов здесь играют роль. Поэтому, чтобы вычленить влияние одного фактора, например, оружейного, сравнивать нужно сравнимое. А именно: не разные страны с разными традициями, уровнем экономического развития, урбанизации и географическим положением, а либо одну страну до и после легализации/запрещения оружия, либо разные регионы одной страны, отличающиеся оружейным законодательством. По счастью, мы можем это сделать. Об одной такой стране разговор уже шел — это Британия.

Повторять в рядок британские цифры не буду. Просто бросьте взгляд на картинку, и вам все сразу станет ясно, настолько она показательна.

Этот график не требует никаких комментариев. Тенденция как на ладони: после оружейного запрета число легальных стволов падает, преступность ничто не сдерживает, и потому количество насильственных преступлений, в том числе с использованием огнестрельного оружия, неуклонно растет. Розовые социалисты хотели запретить огнестрельное оружие, чтобы оно не стреляло, а оно стало стрелять еще больше. Результат, характерный для социалистов, — противоположный задуманному.

Однако этот график упертых английских леваков ничему не научил. Так же как не научил отечественных коммунистов печальный опыт СССР. Они до сих пор повторяют: «Идея-то была прекрасной, вот исполнение дурное. Надо еще разок попробовать!» Английские розовые дураки тоже до сих пор пробуют — изымают у людей швейцарские ножи и заставляют снимать футболки с рисунками пистолетов.

Здравствуй, Оруэлл!..

Аналогичный по своему идиотизму эксперимент был поставлен и в Австралии, об этом я уже вскользь упоминал. Теперь подробности…

Началось все с того, что в 1987 году в Австралии произошло несколько массовых убийств, в которых погибло 32 человека. Такие случаи всегда пугают обывателя по «самолетному принципу». Объясню…

Падает самолет, и об этом вопят все газеты и телеканалы по всему миру. Люди в шоке: сразу 150 человек упали с неба и погибли — какой ужас! Но самолеты падают очень редко. Зато каждый день на автомобильных дорогах одной только России погибают больше ста человек. Никакому авиатранспорту не угнаться! Но этих жертв в упор не замечают. Каждый день в Африке убивают тысячи людей. Всем плевать. Потому что эти жертвы рассредоточены. И потому что о них не пишет пресса. В прессе тоже работают люди, которым также по-обывательски страшно: сто-писят человек за один присест с неба упали!..

Психология массового восприятия такова, что привычной обыденности она не видит, обращая внимание лишь на редкие случаи. Тысячи людей бывают покусаны собаками. Но если в кои-то веки человек загрызет собаку, об этом будут трубить все газеты. Упавший самолет — такая редкая загрызенная собака. И массовый расстрел в школе — тоже.

Никого не интересует, что тысячи людей каждый год с помощью оружия спасают свои жизни, здоровье и имущество от преступных посягательств. Потому что это — обширная, бытовая, рассредоточенная мелочевка. Это происходит каждый день. А вот если один бандит из ружья двадцать человек за один присест завалил — это редкое и потому широко освещаемое прессой событие. И массовое сознание по-бабски ахает: да запретить к чертовой матери это оружие, раз оно такое страшное!.. Но это так же глупо, как после каждой авиакатастрофы требовать запретить самолеты.

Тем не менее массовые убийства — любимый конек прогибиционистов. Как полнолуние вызывает приступы обострения у шизофреников, так каждое массовое убийство вызывает приступы обострения у прогибиционистов, которые поднимают крик о необходимости запрета оружия. Любопытно, что примеры массовых расстрелов, которые приводят леваки, чаще всего либо вообще не имеют отношения к делу, либо свидетельствуют как раз против запрета на оружие! Но об этом мы еще поговорим позже…

После первого расстрела властями Австралии была предпринята попытка усилить контроль за оружием. В ответ в Мельбурне прошла огромная демонстрация протеста населения, в которой участвовало почти 30 тысяч человек. В тот раз прогибиционизм не прошел. Но через десяток лет — в апреле 1996 года — случилось очередное редкое событие. Это было одно из самых громких массовых убийств второй половины ХХ века, если, конечно, исключить социалистические эксперименты Пол Пота.

На острове Тасмания, в местечке Порт-Артур слабоумный по имени Мартин Брайант устроил настоящее побоище. Газетчики прозвали его «тасманийским волком» и «воскресным убийцей». Меньше чем за сутки этот белобрысый 28-летний идиот настрелял 35 трупов. (Второе место в «одиночном плавании», между прочим!.. Больше «тасманийского волка» в одиночку удалось перестрелять только Ву Бун-Кону — южнокорейскому полицейскому, который в марте 1982 года угрохал 57 человек. И что теперь — запрещать полицию?)

Купив полуавтоматическую винтовку, патроны и две спортивные сумки, Брайант в один прекрасный день сел на свой желтый «Фольксваген» и поехал в Порт-Артур. По дороге он остановился у небольшой фермы и убил там двух человек. А приехав в городок, открыл огонь по туристам, сидящим в кафе. Стрелял весьма результативно: 29 выстрелов — 90 секунд — 22 трупа.

Палил слабоумный из винтовки, свой 12-зарядный пистолет он так из багажника и не вытащил — запомните этот факт.

Дальше Брайант сел в машину и поехал, куда глаза глядят. По дороге он убил сначала мать с двумя детьми — шести и трех лет, потом четырех пассажиров встретившейся ему на пути машины. Затем убил еще одну женщину и взял заложника, с которым заперся в небольшом коттедже. В операции по поимке «тасманийского волка» участвовало две сотни полицейских, машины, вертолеты…

После столь вопиющей трагедии слушать голос разума уже никто не стал. Началось ужесточение оружейных законов. Было сломлено сопротивление даже самых упорных «оружейных» штатов — Квинсленда и той же Тасмании, где произошла трагедия. Раньше австралиец, не состоящий на учете в полиции, мог за 30 долларов приобрести пожизненную лицензию и купить полуавтоматическую винтовку. Теперь все полуавтоматическое оружие было вообще запрещено. Под запрет попали не только самозарядные винтовки, но и помповые ружья. А остальное оружие нужно было непременно регистрировать в полиции.

Что ж, спекулируя на детской слезинке можно законодательно провести любую глупость, поскольку чересчур сильный эмоциональный фон наводит слишком сильные помехи на разум. Когда у общественности в глазах кровавые мальчики, она не очень-то восприимчива к сухим цифрам статистики.

А ведь у Австралии уже был опыт регистрации в полиции купленного законопослушными гражданами оружия. В штате Виктория, скажем, всеобщая регистрация гражданского оружия была введена еще в 1983 году. То есть гражданин, купивший в магазине оружие, должен был прийти в полицию и занести номер ствола в картотеку. Ну и что же? В 1995 году министр полиции штата, подведя итоги этого 12-летнего опыта, вынужден был признать, что результаты этого эксперимента оказались отрицательными. Потому что бюджетных денег было потрачено уйма, а толку — ноль: система регистрации оружия в полиции не помогла ни предотвратить, ни раскрыть ни одного преступления.

Оно и понятно: регистрировать все легальное оружие так же глупо, как всех полезных микробов в желудке: а вдруг кто-нибудь из них захочет стать вредным микробом — тут-то его координаты нам и пригодятся!.. Регистрировать имеет смысл лишь преступников, но они почему-то не горят желанием вставать на учет в полиции и докладывать о своих преступных планах.

(Оговорюсь: регистрация — это именно постановка своего оружия на учет в полиции/милиции самим владельцем. Для того чтобы преступники не бросились скупать оружие в магазинах для преступных целей, достаточно продавать его по документам или по оружейной лицензии и самим же магазинам записывать номер проданного ствола напротив фамилии покупателя. Отстрел оружия производится на заводе или магазином. Этого достаточно. В случае неправомерного применения ствола легальным покупателем найти последнего всегда можно через пулегильзотеку и магазин. Это случится в одном случае на тысячи проданных стволов, поэтому громоздкая система полицейской регистрации просто не нужна. Вернее, она может понадобиться только для одного — грядущей конфискации.)

Ознакомившись с цифрами экономических потерь, министры восьми австралийских штатов согласились со своим коллегой: регистрация оружия вещь абсолютно бессмысленная с точки зрения контроля над преступностью и вредная с точки зрения финансовой. Было решено отказаться от всеобщей регистрации огнестрельного оружия в тех штатах, где она уже работала. Но тут, как на грех, случилась тасманийская бойня. И общественные эмоции возобладали над разумом. Серая пена глупости всплыла на поверхность, затмив собой все. Было много слов и криков. Много пафоса. Розовые либералы рассуждали о том, что владение оружием и сам его вид спровоцировали Брайанта на столь жестокий поступок.

Но так ли это?

Да, Брайант имел дома оружие. Но оружие имели и имеют дома тысячи людей. И оно вовсе не заставляет их никого убивать… Может быть, все-таки нечто другое спровоцировало Брайанта на столь масштабное смертоубийство? Искать причину трагедии нужно в том, чем Брайант отличался от других людей, а не в том, где он на них походил (например, наличием оружия или штанов). И такие отличия есть!.. При обыске в доме убийцы нашли более двухсот разнокалиберных плюшевых мишек. Кроме того, выяснилось, что Брайант любил спать в кровати, обняв живого поросенка. Удивляюсь, почему в Австралии никто не потребовал ограничить оборот плюшевых мишек и запретить спать с поросятами. Ведь, возможно, именно их вид спровоцировал парня на массовое убийство!

Шутки шутками, но австралийские власти, вместо того чтобы наладить учет всех австралийских олигофренов и законодательно запретить продавать им оружие, решили запретить оружие. нормальным гражданам. Очень умно!..

А между тем странности в поведении и агрессивность главного героя этой истории были всем видны задолго до трагедии. Было, например, известно, что его IQ равняется всего 66 единицам, а это является пограничным состоянием между дебильностью и олигофренией. И ему продали оружие!..

Сожительница Брайанта тоже была сумасшедшей, хотя и богатой бабой. В ее доме обитали десятки собак, кошек, птиц. При этом уборкой парочка себя не обременяла вовсе. Соседи жаловались на вонь в их доме, и когда туда нагрянули санитарные инспекторы и потребовали привести все в порядок, Брайант с сожительницей выбросили из дома семь контейнеров с навозом и мусором. И такому человеку разрешили купить винтовку!..

Однажды Брайанта высадили из автобуса за то, что он приставал к школьнице. Но тот не успокоился, взял такси и, когда машина поравнялась с автобусом, стал орать водителю матерные слова. Короче, ублюдок изрядно достал всех в округе. Но ему продали оружие…

Соседи рассказывали, что по ночам Брайант частенько проникал в их владения. И вот это, между прочим, был чертовски удобный момент, чтобы от него избавиться! В прекрасном Техасе этого агрессивного дебила с легкой степенью олигофрении ночью просто пристрелили бы при проникновении на частную территорию. И округа сразу зажила бы спокойно. И не случилось бы той самой трагедии. То есть оружейная трагедия была бы просто купирована в самом зародыше с помощью того же оружия. Были бы спасены десятки человеческих жизней. Но, увы, слишком гуманные законы Австралии не позволяют фермерам сделать то, что должно было сделать.

Можно было, наконец, просто-напросто запереть психа в дурку. Но, опять-таки, чересчур гуманные законы не позволили сделать и этого. А ведь еще в 1991 году один из психиатров, который обследовал Брайанта, констатировал, что прогноз излечения неблагоприятный и состояние больного «будет только ухудшаться».

В общем, ясно, что виновато во всей этой кровавой истории было не оружие, а больная психика дебила и гуманно-социалистические австралийские правила, которые гласят: дурак — тоже человек, у него есть права, и давайте продадим ему оружие!.. Дурость законов помножилась на дурость олигофрена, а в результате наказать вместо одного больного решили целую нацию. Оружие, которое могло бы стать спасителем, было объявлено виновником.

Борьбу с безвинными предметами австралийские власти начали с запрета некоторых видов оружия и с распространения на всю страну системы регистрации оружия, к тому времени уже доказавшей свою бессмысленность.

А, между прочим, оружейные активисты заранее предупреждали, что добром эта затея с регистрацией не кончится. Что регистрация — только первый шаг перед всеобщим разоружением нации перед лицом преступности. Именно так было в Нью-Йорке — сначала регистрация, потом тотальный запрет. Регистрация личного оружия в полиции — то же самое, что регистрация евреев в фашистской Германии — зная адрес, брать легче. Именно так и случилось — начав с регистрации, австралийские власти докатились до практически полного разоружения населения.

Кейт Тидсдэлл, директор Ассоциации спортивной стрельбы Австралии, рассказывал:

«Легальные владельцы оружия не думали, что такое когда-нибудь произойдет. Это надо помнить тем, кто не верит, что регистрация оружия предшествует его конфискации. Одно следует за другим с той же неизбежностью, как ночь за днем.

Первый, и самый большой урок из этого — то, что в обсуждении оружейного вопроса не принимались во внимание доводы разума. Властям не удалось найти ни одну страну в мире, где ужесточение оружейного законодательства снизило бы уровень преступности. Не было ни настоящих дебатов, ни консультаций с владельцами оружия. Бюрократы скрыли информацию от общественности и использовали пропаганду дамочек из американских центров контроля за оружием…

Второй урок: политиков всегда надо считать безнравственными. Были нарушены многие соглашения, и власть федерального правительства была использована для того, чтобы подмять правительства штатов. Краеугольным камнем австралийской политики является автономия штатов. Но штатам, которые отказывались поддержать волю федерального правительства, угрожали крупными финансовыми карами.

Третий урок: средства массовой информации всегда будут противниками владения огнестрельным оружием (поддерживая в этом вопросе правительственных чиновников-бюрократов). Это война эмоций, а не фактов… Центральное правительство Австралии решило искоренить частное владение оружием».

Оружейные гайки начали закручивать после случая массовой бойни, устроенной дебилоидно-олигофреническим маньяком Брайантом. Думали, ужесточение оружейных порядков поможет избежать подобных случаев.

Как думаете, помогло?

Правильно, конечно, не помогло… 21 октября 2002 года в университете Мельбурна студент убил двух и ранил пятерых человек. Вместо того чтобы сделать выводы и гайки открутить обратно, их решили зажать до предела. И с 2003 года в Австралии вовсе было запрещено ношение оружия. Теперь граждане стали совершенно беззащитны перед маньяками.

Сейчас каждый, кто желает купить двустволку или мелкокалиберную однозарядную винтовку калибра 5,6 мм для стрельбы в тире, должен доказать «истинную потребность» в оружии. Необходимость в самообороне таковой потребностью не признается.

Английский вариант! И результаты этого эксперимента оказались точно такими же, как в Англии. Да и как они могли быть иными, если власти вооружили преступность? Нет-нет, я не оговорился. Ведь сокращение количества оружия у честных граждан повышает относительную долю оружия в руках преступников — даже если абсолютное число стволов у бандитов осталось тем же. Это понятно. А если какой-либо даме непонятно, я объясню, не поленюсь.

Допустим, один человек с огнетушителем может погасить один квадратный метр огня. У нас есть загорание площадью десять метров и десять человек с огнетушителями. Мы вполне справляемся.

Теперь огнетушители у людей отняли. Оставили только у одного, которого назначили полицейским, простите, ответственным за тушение. Мы имеем те же десять квадратных метров загорания и один огнетушитель. Относительная вооруженность огнетушителями упала в десять раз.

Это ясно?

— А почему не отняли оружие у преступников? — спросят меня отдельные гражданки социал-прогрессивных взглядов.

А потому что это невозможно. Отнять зарегистрированное оружие после его запрета ничего не стоит. Ходи по спискам и забирай этих жидов в концлагерь. А как отнять оружие у преступников после запрета оружия? Ничуть не проще, чем до запрета.

Иными словами, запрет действует только на законопослушных граждан. А бандиты как пользовались незаконными стволами, так и пользуются. Для них ничего не изменилось.

Вру!.. И для них изменилось. Им теперь стало легче работать. Безопаснее. На словах заботясь о безопасности законопослушных граждан, социально озабоченные власти в действительности сделали их жизнь опаснее. А жизнь преступников, убийц и насильников — проще.

Результат, противоположный задуманному, к чему мы уже привыкли. А в цифрах этот результат выразился в том, что за восемь лет действия оружейного запрета число вооруженных ограблений выросло на 59 %.

А теперь перенесемся в Канаду. Там тоже был поставлен аналогичный австралийскому (и английскому) эксперимент.

Канада — очень социальная страна, в которой власти заботятся о гражданах, как о детях малых. А излишняя опека всегда во вред. Излишняя забота о мышцах приводит к их атрофии. Мышцы нужно нагружать!.. Излишняя забота о гражданах инфантилизирует и оглупляет население. Граждане должны быть самостоятельными и ответственными, а не наивными и безответственными. А то про безответственность западных людей уже анекдоты рассказывают. Один подает в суд на табачные компании за то, что курил. Другая — в суд на «Макдоналдс» за то, что пролила сама на себя кофе, который в этом «Макдоналдсе» купила. Тупеют люди. Становятся беспомощными, как груднички. Потому что сегодня одну функцию переложили на специалистов, завтра другую. И социалисты людей в этом направлении всячески толкают.

Вам нельзя курить марихуану, это для вас вредно.

Вам нельзя заниматься самолечением. Лечение — дело дипломированных специалистов. Поэтому в некоторых странах в аптеке человек без рецепта врача элементарное лекарство себе купить не может, даже если точно знает, что именно ему нужно…

Вам нельзя защищаться самим, людей от преступников должны защищать сертифицированные специалисты, они называются полицейскими. Поэтому оружие людям без рецепта от государства продавать нельзя. И даже с рецептом уже нельзя…

Краны на кухне тоже должны менять специалисты. Поэтому героя одного из американских фильмов шантажируют тем, что в своей квартире он незаконно (не имея лицензии сантехника!) менял кран под раковиной…

Заправлять бензин в автомобиль нельзя доверить водителю: бензин — вещество опасное, поэтому заправкой автомобиля должен заниматься специальный человек. Я ничуть не стебаюсь! В некоторых штатах США местные законы запрещают водителю самому заправлять машину на бензоколонке — это должен делать только специально обученный человек…

Поскольку все люди дураки, а умное только Правительство, где, как уже было сказано, сидят марсиане, о гражданах-дураках необходимо трогательно заботиться. Все для блага человека! Даже если сам человек об этом не просит и ему это неудобно, как, например, пользование ремнями безопасности в машине. Старший Брат знает, что нужно людям лучше, чем сами люди…

По сути, развитые страны с высокой социальной защитой населения включают среди этого населения «неестественный отбор», пестуя в огромных количествах недалеких инфантов. И Канада — не исключение.

Страна кленового листа в оружейном плане всегда была довольно дубоватой державой. Первые ограничения, выделившие оружие из всех товаров в особую группу, были приняты здесь еще в 1892 году. Для ношения револьвера или пистолета отныне требовалась лицензия. При этом продавцы должны были вести учет продаж короткоствольного оружия.

В 1932 году был сделан еще один шаг: купивший ствол, должен был зарегистрировать своего «еврея» в «гестапо» (полиции). Вы помните, что регистрация — первый шаг в систему уничтожения?.. Молодцы. Дошло, в конце концов, и до этого. Но не будем забегать вперед.

В 1977 году было запрещено автоматическое оружие и усложнена процедура приобретения стволов. Начались первые изъятия оружия.

В 1991 году ввели еще несколько препятствий:

— покупатель ствола должен был пройти специальные курсы;

— запретили магазины емкостью более 10 патронов;

— установили месячный срок ожидания между получением лицензии и приобретением оружия (похожий срок дают в российских ЗАГСах брачующимся — между подачей заявления и регистрацией должен пройти как минимум месяц — а вдруг одумаются?!).

Наконец, в 1995 году был принят еще один ужесточающий оружейный закон.

События в Канаде развивались по классической англоавстралийской схеме: массовая стрельба — всплеск эмоций, затмевающих разум — очередной запрет на оружие для законопослушных людей (то есть очередное облегчение жизни для преступников).

В 1984 году вооруженный полудурок ворвался в провинциальный муниципалитет, убил троих и ранил тринадцать человек. В 1989 году некий Марк Лепин вошел в здание женского колледжа в Монреале, ухлопал там четырнадцать женщин и ранил тринадцать. После чего покончил жизнь самоубийством. (В ответ — ограничительный закон 1991 года.)

В 1992 профессор монреальского университета Конкордиа, после того как ему сообщили об увольнении, застрелил четырех своих коллег. (В ответ — ограничительный закон 1995 года).

Логика запретителей простая: пожестче надо с людьми! Побольше наказывать и хорошенечко-хорошенечко всех контролировать. Если затянуть удавку до предела, глядишь, все и получится — пациент затихнет…

Но запреты, как мы знаем, не работают. Если гайки закрутить намертво, то в кровавую баню превратится уже не одна школа с маньяком, а вся страна целиком, как это было при Сталине. Срыв резьбы!

Казалось бы, канадские власти закрутили гайки, насколько возможно. Отняли у людей оружие, чтобы пресечь массовые убийства. И каков результат?

В 1999 году в канадском городке Табер молодой человек с помощью ножовки сделал обрез и, ворвавшись в школу, открыл огонь.

В 2006 году в монреальский колледж Доусон зашел парень в длинном черном плаще с ирокезом на голове. Достав из-под длинной полы плаща винторез, он открыл пальбу по учащимся. Итог: два трупа, двадцать раненых, преступник убит полицией.

Главным вопросом удивленной левой общественности был такой: почему же преступник использовал полуавтоматическую винтовку, ведь мы же такое оружие запретили! Отчего же бандит нас не послушался?..

И вот теперь я хочу спросить эту самую общественность:

— Ну что, титаны социалистического ума, помогли ваши запреты?

И сам же отвечу оторопевшим остолопам: помогли! Преступникам. После того как с 1978 года началась волна изъятия оружия у населения, всего за восемь лет уровень преступности в стране вырос практически в полтора раза.

Название этой болезни мы уже знаем — социальный дисбактериоз. Именуемый по-другому оружейной недостаточностью.

Казалось бы, сколько миру нужно явить примеров того, что социализм не работает? Сколько миллионов трупов должны были навалять Сталин, Пол Пот, Мао Цзэдун, сколько социалистических государств должно рухнуть, чтобы все поняли: это не работает?

Не понимают! И постоянно норовят добавить по капле социализма в разные места и механизмы социальной машины — в налоговую систему в виде прогрессивной шкалы, в оружейные законы в виде пугливо-бабского прогибиционизма…

Социализм — это уравнивание. Бедных с богатыми. Умных с глупыми. Ленивых с трудолюбивыми. Хороших с плохими. Добропорядочных с преступниками…

Сколько еще нужно социалистических экспериментов наподобие английского, австралийского, канадского, чтобы понять — будет только хуже?.. Мало вам трех? Ну вот еще — до кучи.

После того как в 1974 году в Ирландии у населения было конфисковано огромное количество оружия, количество убийств в стране выросло в несколько раз. Социальный дисбактериоз. Оружейная недостаточность.

То же самое произошло и на Ямайке. Первый закон об оружии был принят в 1967 году. Потом в него семь раз вносили ужесточающие поправки. В результате количество стволов на руках населения стало резко снижаться, а количество убийств с применением огнестрельного оружия, как водится, начало расти. Если в 1973 году совершалось 11,5 таких убийств на 100 тысяч населения, то в 1980 году уже 41,7. Впечатляющие успехи социал-маниловского проекта!.. Еще один прекрасный пример социального дисбактериоза, или, по-иному, оружейной недостаточности.

Между прочим, эту закономерность, это самое противостояние «хорошего» оружия и «плохого» можно пронаблюдать и на российском примере.

В нелегком 1991 году в России вступил в силу закон «О милиции», который существенно расширял права сотрудников милиции по применению оружия. Это была благословенная эпоха отрицания социализма, если помните. Милиции практически разрешили открывать огонь на поражение. А чего жалеть бандита, если разумнее пожалеть борца с бандитизмом? При социалистической власти каждое применение милиционером оружия на поражение вело за собой такую бумажную канитель, такую нервотрепку, что менты порой предпочитали рискнуть жизнью, но не доставать табельный «макаров».

Теперь их жизнь стала подвергаться меньшей угрозе благодаря большей оружейной свободе. В результате с 1991 по 1993 год число убитых милиционерами преступников выросло на 83 %, а раненых — на 110 %. Но самое главное, несмотря на разгул бандитизма в стране, количество убитых милиционеров снизилось почти в два раза — на 41,2 %!

А потом вновь повеяло социальностью и юродивой сострадательностью к социально близким — ушел из правительства Гайдар, пришел Черномырдин, и либерализма (в истинном, а не современно-западном понимании этого слова) стало меньше. Россия повернулась в сторону европейского преступного (то есть выгодного преступникам) гуманизма.

Оперов снова стали дрючить за применение оружия. Если в Америке агентам ФБР рекомендовали носить пистолеты с большим количеством патронов в магазине и при стрельбе по цели зарядов не жалеть, то в России, издавна славящейся жалостью к каторжанам, прокуратура опять стала нюхать каждую гильзу. Работники органов на своих сайтах жалуются:

«Прокуратура так достала, не дай бог подстрелишь преступника, что я предпочитаю носить с собой газовый «макаров» и стреляю в воздух, чтобы напугать. Это может плохо кончиться, а ведь у меня жена и дети…»

В общем, в результате количество убитых головорезов уменьшилось на 59,4 %, а раненых на 64 %. Но самое печальное, что почти на треть (27 %) выросло число убитых милиционеров. И это было только начало! В период с 1998 по 2000 год число убитых сотрудников милиции подскочило на 79 %, а раненых — более чем вдвое. Сейчас дело дошло уже до того, что счет пошел в пользу преступности, а не государства — так, например, в 1999 году было убито и ранено 1034 милиционера и 771 преступник.

Как пишут в своем криминологическом исследовании доктор юридических наук Даниил Корецкий и профессор Михаил Сильников, «такое положение нельзя признать нормальным. Если государство в лице своих правоохранительных органов контролирует преступность в стране, то «счет потерь» должен всегда быть в пользу властных структур. Если же число милиционеров, убитых преступниками, в два раза превышает количество преступников, убитых милиционерами (а именно так и обстоит дело в России), то это означает явный перевес криминала над властью… Такое поведение [милиции] обусловлено требованиями статьи 12 Закона РСФСР «О милиции», предписывающей сотруднику милиции причинять «минимальный ущерб» правонарушителю».

Вот что такое нарушение оружейного баланса и смещение его в пользу преступного элемента, за что так ратуют социал-сострадатели обоего пола в розовых евроюбках!

И заодно уж затронем и следующий вопрос: а из чего же преступники так ловко убивают милиционеров, ведь пистолеты у нас запрещены, и, значит, преступник может стрелять (по логике запретителей) только из пальца? А вот из того самого, чего у них нет, они и стреляют. И нужды в нем, как видите, не испытывают. Ведут против государства активные боевые действия. И пока побеждают со счетом 2:1.

Всего 36,5 % бандитского оружия, которым они убивают милиционеров, составляют ножи, а почти в половине всех нападений используется самое разнообразное огнестрельное оружие и даже гранаты.

Упомянутые выше авторы приводят весьма показательную табличку — что использует преступный мир во время «боев» с милицией:

Как видите, преступный мир недостатка в оружии не испытывает. Причем использует заводское оружие, включая автоматы Калашникова. А вот самоделки составляют ничтожный процент.

Социалисты-утописты говорят: а вот если мы разрешим еще и гражданское оружие, преступникам будет гораздо легче вооружаться. Это наивно. За последние полвека одних только автоматов Калашникова в мире наштамповано более 50 миллионов штук. А всего, по подсчетам швейцарского Graduate Institute of International Studies, на планете находится 875 миллионов единиц ручного огнестрельного оружия. Это океан, который «запретить» невозможно: он уже существует. И существует масса «механизмов», которые из этого океана черпают и канализируют вычерпанное, нелегально переправляя оружие (например, нелицензионные китайские «ТТ» или «калашниковы») через границы и океаны. Мир наводнен оружием и деньгами. И пока это так, люди, нуждающиеся в оружии и имеющие деньги, проблем испытывать не будут. А законопослушные граждане будут.

Еще раз: оружие невозможно «изобрести обратно» — оно уже есть. И его по всему миру — сотни миллионов единиц, на много порядков больше, чем нужно преступному миру, который черпает из этого океана чайной ложечкой по мере необходимости. Ну добавится в этот океан еще кружка гражданского оружия. Что это изменит?

Данный текст является ознакомительным фрагментом.