6.5. Информационные противостояния

«Democracy is the worst form of Government except all those other forms» (в пер. с англ. — «Демократия ? наихудшая форма правления, если не считать всех остальных». — Ю.С.).

Сэр Уинстон Леонард Спенсер-Черчилль

Либеральная демократия позволяет одним кругам продвигать свои интересы за счет остальных. В частности, через проплачиваемые связи с общественностью (public relations — PR. — Ю.С.) и государственные отношения (government relations — GR. — Ю.С.) можно контролировать ценностные ориентиры интеллектуальной элиты общества и СМИ. Имея наибольшие ресурсы для воздействия на них и интеллектуальную элиту, можно влиять на формирование массового сознания, внушая населению то, что выгодно именно им и через негласные табу — связанные с ними методы травли, дискредитации и люстрации тех, кто эти запреты осмеливается нарушать, делая невозможным разоблачение идеологических манипуляторов и используемых ими технологий и методов. Не имея таких ресурсов, нет возможности противостоять этому даже тогда, когда СМИ и интеллектуальная элита становятся распространителями вредных и губительных для большинства идей.

С момента крушения коммунистической идеологии в России она утратила идеологический иммунитет. Вокруг людей, способных бороться за идеологическую безопасность нации и разоблачать манипуляторов массовым сознанием, возникла атмосфера нетерпимости и невозможности их публичной деятельности.

С конца 1980-х годов ведущие советские СМИ вживляли в сознание и подсознание советских людей комплексы идей их неполноценности. Для этого в оборот были введены самоидентификационные термины типа: «быдло», «совок», «красно-коричневые», а также идеи типа «СССР — это империя глупости и зла». В умах его граждан создавали ложные представления о том, что проблемы существуют только в Советском Союзе и России. И при этом внушались иллюзии благотворности распада страны, внедрялась и тщательно обосновывалась необходимость уничтожения основы их существования — идея расчленения их собственного государства.

«Дайте мне средства массовой информации, и я из любой нации сделаю стадо свиней для бойни».

Пауль Йозеф Геббельс, немецкий политик, гауляйтер в Берлине с 1926 г. и начальник управления пропаганды НСДАП с 1930 г., главный идеолог нацизма

Выдающийся русский философ Иван Ильин в своей статье «О расчленителях России» еще в середине прошлого века считал самыми большими угрозами для будущего СССР его расчленителей и распространяемую ими идеологию.

«Расчленизм ? идеология, теория и практика расчленения Великой России. Все расчленисты являются агентами влияния сил заинтересованных в расчленении России. Они могут быть оплачиваемыми агентами или агентами по убеждению.

Важнейшей задачей расчленистов является проникновение во власть: в окружение власти с целью антинационального коррумпирования власти (обещания благ каждому ? в случае дестабилизации и распада страны); в СМИ; в интеллектуальные круги, влияющие на формирование общественного мнения.

Когда в России стабильность, главная задача расчленистов ? дестабилизировать страну. Для этого используются такие приемы воздействия на массовое сознание:

? как возведение любых недостатков, имеющихся в стране, в ранг ее неизлечимых пороков;

? как раздувание любых негативных событий в стране до масштаба катастроф мирового масштаба;

? как создание из любых негативных событий иллюзии их множественности;

? как принижение достижений страны, поиск в них недостатков, превращение этих недостатков в массовом сознании в мировое зло;

? как навешивание на конкурентные преимущества страны ярлыков типа “проклятие”, чтобы нация перестала их ценить и бороться за них;

? как любые инициативы и действия власти, которые могут способствовать укреплению страны и которые должны представляться как безумные, ведущие к растрате заплаченных ее гражданами налогов;

? как замалчивание, игнорирование и камуфлирование всего того, что где-то что-то хуже, чем в России;

? не допускать и дискредитировать любые сравнения, в которых доказывается, что в других странах что-то хуже, чем в России, фразами типа “Надо заниматься своей страной, а не лезть в чужой огород”;

? пресекать любые попытки ссылок на успехи России фразами типа “Ну сколько можно об этом говорить”;

? как выдумывание и распространение лживых слухов и измышлений о состоянии страны и о тех, кто обеспечивает ее единство, используя такую уязвимость массового сознания, как вера в поговорку: “Дыма без огня не бывает”;

? как воспрепятствование доступу к СМИ и продвижению во власти всех, кто реально может способствовать укреплению страны и ее единству, подрыв репутации, нераспространению любого негатива о тех, кто из такого рода лиц уже обладает властью и влиянием;

? каких бы успехов ни добивалась страна и как бы она ни была богата, всегда можно взвинчивать психологическую атмосферу до иллюзии приближающейся катастрофы. Всех тех, кто не поддается таким приемам, дискредитировать, используя термины: «стадо», «холуи», «лизоблюды», «совки», «бараны», «нерукопожатные» и т. п.;

— использовать любые поводы и измышления для разжигания розни и взаимной ненависти среди различных слоев российского общества: социальных, национальных, групповых: всем должно внушаться, как много они выиграют от распада России;

? всех, кто пытается разоблачать расчленизм, подвергать травле, лишать возможности работать и зарабатывать, делать из них изгоев.

После того как ситуацию в стране удалось дестабилизировать, должны решаться следующие задачи:

? деморализация нации: принижение всех ее достижений, представление всех ее членов как недочеловеков (“совков”);

? навешивание на всех сторонников единства страны ярлыков типа: “гэбня”, “красно-коричневые”, “совки”, “нашисты”;

? руководствоваться правилом: “Больному с зубной болью следует внушать, что ему конец до тех пор, пока он не покончит с собой (саморасчленится)”;

? под предлогом чрезвычайности ситуации, захватив власть, принимать по возможности самые абсурдные меры с целью окончательного уничтожения единства страны, ее экономики, промышленности, сельского хозяйства — оправдаться можно будет всегда, и победителей не судят;

? лишение доступа к СМИ и в органы власти, а также (моральное и репутационное) уничтожение всех, кто реально может способствовать выправлению ситуации».

Александр Верный (из статьи «Расчленизм — идеология, теория и практика расчленения Великой России»)

Угроза расчленизма была проигнорирована десятилетия назад и игнорируется до сих пор. В 1989 году расчленистскую идеологию озвучил писатель Валентин Распутин с трибуны Съезда народных депутатов СССР. В 1990 году многомиллионным тиражом была издана и распространена через газету «Комсомольская правда», по сути, расчленистская доктрина — брошюра писателя и мыслителя Александра Солженицына «Как нам обустроить Россию». В ноябре 2011 года был опубликован своеобразный меморандум Валерии Новодворской — ее статья «Открой величико», в которой ее автор просит Бога, чтобы тот уменьшил Россию до площади Монако в 2,2 кв. км, т. е., по сути, уничтожил большинство русских.

Уроки идеологических причин распада СССР можно выразить в следующих тезисах.

1. Россия даже после краха Советского Союза и потери значительных пространств и природных богатств занимает самую большую и богатую ресурсами территорию, и потому, как показал опыт расчленения СССР, вложения в ее дальнейший распад могут многократно окупиться. Поэтому финансирование идеологии и идеологов деморализации нации, паникерства, пораженчества и расчленения РФ практически неограниченно, что является мощным стимулом для продвижения таких настроений в среде интеллектуальной элиты страны.

2. Успех идеологии расчленизма определяется существующим в журналистской и интеллектуальной средах негласным, но жестким табу на свободу слова об оппозиционной части 4-й власти. Те, кто его нарушает или не поддерживает расчленистов, затравливаются и становятся изгоями.

3. На государственном уровне отсутствует понимание необходимости организации, обеспечения и финансирования идеологической безопасности РФ в аспектах противодействия расчленизму.

Расчленизм имеет человеконенавистническую природу, он маскируется и за либеральными, демократическими и националистическими идеалами и ценностями, но, по своей сути, также опасен и заразен, как нацизм: может поражать мозг и души, строится на лжи, клевете, подтасовках, интеллектуальном информационном шулерстве и потому может процветать только в условиях жесточайших табу на его разоблачение.

Мировой опыт борьбы с этой угрозой, прежде всего накопленный США, свидетельствует о необходимости, в частности, применения в различных государствах принципов и положений американского Закона о регистрации агентов влияния (Foreign Agent Registration Act — FARA. — Ю.С.).

Процветание больших, богатых природными ресурсами мультиэтнических наций, или супернаций, таких как российская, требует перманентной борьбы с проблемами, угрозами и вызовами за целостность и могущество страны, ее конкурентоспособность, единство и мировое лидерство, в том числе в ликвидации угроз существованию человечества.

Фундаментальная идея такой идеологии процветания была высказана Владимиром Путиным еще в 2004 году. Сегодня она развивается как «русский неопрогрессизм».

«…Советский Союз был первым в истории человечества сверхобществом огромного масштаба. В его социальной организации сложилась не просто государственность, а сверхгосударственность, не просто экономика, а сверхэкономика, не просто идеология, а сверхидеология. К этой теме я специально вернусь ниже. А здесь дам краткое описание советской идеологической сферы. Я буду употреблять слово идеология, а не сверхидеология, чтобы не усложнять изложение.

…Советская идеология была государственной, обязательной для всех советских граждан. Отступления от нее и тем более борьба против нее считались преступлением и карались.

…Официально считалось, что советская идеология была марксизмом-ленинизмом. Это верно в том смысле, что марксизм и ленинизм послужили основой и исторически исходным материалом для нее, а также образцом для подражания. Но неверно сводить ее к марксизму-ленинизму. Она сложилась после революции 1917 года. В разработке ее приняли участие тысячи советских людей, включая Сталина и его соратников. В нее вошла лишь часть идей и текстов марксизма XIX века, причем в основательно переработанном виде. Даже из сочинений Ленина в нее вошло не все буквально в том виде, как оно возникло в свое время. Ленинизм вообще вошел в нее в значительной мере в сталинском изложении. Отражение жизни человечества и интеллектуального материала ХХ века заняло свое место в ней.

…Советская идеология декларировала себя как науку. Эта ее претензия обусловлена причинами историческими. Трудно назвать тему, которая не была бы в сфере внимания советской идеологии. Но ядро ее составляли такие три раздела: 1) диалектический материализм (философия); 2) исторический материализм (социология); 3) учение о коммунистическом обществе (его называли научным коммунизмом). Марксистская философия не стала наукой о мире, о познании мира и о мышлении по причинам как идеологического, так и неидеологического характера. Однако это нисколько не умаляет ту роль, какую она фактически сыграла в советском обществе. Она возглавила колоссальную просветительскую работу, какую до того не знала история. Через нее и благодаря ей достижения науки прошлого и настоящего стали достоянием широких слоев населения. В антисоветской критике обратили внимание на отдельные случаи, когда советская философия играла консервативную роль (отношение к теории относительности, генетике, кибернетике и др.), и раздули эти случаи так, что они заслонили собою все остальное. Но они на самом деле затронули незначительную часть прозападно настроенной интеллигенции, которая мало что понимала в этом. Причем они привнесли с собою новые виды идеологической фальсификации достижений науки.

…В сфере общественных явлений советская идеология ощущала себя полным монополистом. Она была искренне уверена в том, что она одна давала подлинно научное понимание общества. И она имела для этого основания. Все то, что делалось вне марксизма в отношении понимания общества с точки зрения уровня и широты понимания, нисколько не превосходило то, что было сделано в марксизме. В современной науке об общественных явлениях вздора не меньше, чем в идеологии, а узость и мелочность результатов не тянет на уровень общей социологической теории. В современной науке об обществе нет не только приличной общесоциологической теории, но нет даже теорий, относящихся к отдельным типам обществ. А марксистско-ленинское социальное учение, хотя и не являлось научной теорией в строгом смысле этого слова, все же претендовало на объяснение исторического процесса в целом и на объяснение основных участников этого процесса — капиталистической и коммунистической систем.

…Основной целью коммунистической идеологии в некоммунистическом обществе было обоснование путей превращения данного общества в коммунистическое, каким последнее представлялось, а именно: как обобществление всех средств производства, ликвидация классов частных собственников и предпринимателей (капиталистов и помещиков), захват политической власти коммунистической партией, централизация всей системы власти и управления и т. д. И то, что говорила идеология на этот счет, есть не ложь и не чепуха, а в высшей степени серьезное дело. Это была установка для действия, отражавшая какой-то аспект реальности. Это был интеллектуальный аспект социально-политической борьбы.

…Основными целями советской идеологии в сложившемся коммунистическом обществе были: апологетика этого общества, обоснование путей его сохранения и укрепления, обоснование наилучшей тактики и стратегии его отношений с внешним миром. И опять-таки это была не ложь и не чепуха. Когда советская идеология, например, говорила об отсутствии классов капиталистов и помещиков в СССР, об отсутствии антагонистических противоречий между рабочими и крестьянами, о руководящей роли партии, о расколе мира на две системы, о борьбе народов мира за освобождение от колониализма и т. д. — она не лгала. Она просто констатировала некоторые очевидные факты реальности и давала им свое истолкование.

…Идеология с первых дней существования коммунистического общества стала практически орудием деятельности генерального руководства обществом. Когда руководители Советского Союза говорили, что они действовали в соответствии с учением марксизма-ленинизма, они не обманывали и не лицемерили. Марксизм на самом деле был для них руководством к действию. Но не буквально, а через определенную систему истолкования, как это и следовало делать в отношении идеологических текстов. Идеология в данном случае ставила перед руководителями страны общую цель, которая, независимо от ее достижимости или недостижимости, играла организующую роль и указывала основные пути движения общества в направлении этой цели. Идеология давала единую ориентацию процессу жизни общества и устанавливала единые рамки и принципы деятельности его руководства.

…Учение о высшей стадии коммунизма (о полном коммунизме) образует своего рода райскую часть марксизма. Здесь этот рай спущен с небес на землю. И обещался он хотя и в неопределенном будущем, но все же не после смерти всех людей, а при жизни наших потомков.

…Райский коммунизм идеологии — не просто прекрасная сказка. Он выполнял определенные идеологические функции. Людям свойственно мечтать о лучшем будущем. Мечтать — не значит верить. Мечтать можно и без веры. Мечта сглаживает неприятности реальной жизни и приносит некоторое облегчение. Идеология удовлетворяла эту потребность людей с избытком, причем все варианты таких мечтаний. Разные люди представляли себе райский коммунизм фактически по-разному. Одним он представлялся в виде общества, где между людьми будут душевные отношения, другим — как изобилие предметов потребления. Одним — как возможность самоотверженно трудиться, другим — как возможность столь же самоотверженно бездельничать.

…Райский коммунизм играл роль идеала, к которому должно стремиться общество как целое. И дело тут главным образом не в изображении идеала, а в самом факте его существования, в его формальной организующей роли. То, что цель была недостижима, играло роль второстепенную. Цель играла роль не научного предсказания, а ориентировочную и организующую массовое сознание. Страна жила с сознанием великой исторической миссии, что оправдывало все трудности и несчастья, обрушивавшиеся на нее. Возникновение такой эпохальной цели не являлось случайностью для коммунистического общества. Она была необходимым фактором его жизни как органического целого. Она придавала исторический смысл его существованию.

…Идеологический механизм советского общества в основных чертах сложился еще в довоенные годы. Но высшего состояния он достиг в послевоенные годы, в особенности после смерти Сталина. В задачу идеологического механизма входило следующее. Во-первых, сохранять идеологическое учение в том виде, в каком оно канонизировано в данное время. Охранять его от ересей, расколов, ревизий, чуждых влияний. Содержать учение в состоянии актуальности. Принимались важные партийные и государственные решения. Вожди произносили длинные речи. В мире происходили важные события. Так что идеологам постоянно приходилось подновлять учение хотя бы свежими примерами к старым догмам. Осуществлять истолкование всего происходящего в мире в духе идеологического учения и в его интересах. Во-вторых, осуществлять тотальный идеологический контроль над всей духовной сферой жизни общества. В-третьих, осуществлять идеологическую обработку населения, создавать в обществе требующееся идеологическое состояние, пресекать всякие отклонения от идеологических норм.

…Идеологическая обработка людей (идеологическое оболванивание) была основой, сущностью, стержнем процесса формирования человека коммунистического общества и сохранения его в этом качестве. Этот процесс начинался с рождения человека, продолжался всю его жизнь и заканчивался лишь с его смертью. Идеологическая обработка охватывала все слои общества и все сферы жизни людей: их трудовую и общественную деятельность, нерабочее времяпрепровождение, отдых, развлечения, семейные отношения, дружбу, любовь и даже болезни и преступления. И это не были только оболванивание и обман. Это была и позитивная деятельность по адаптации масс людей к условиям их социального бытия, без которой длительная жизнь человейника как целого вообще невозможна».

Александр Александрович Зиновьев, русский философ, писатель, социолог, публицист, выходец из бедной крестьянской семьи, участник войны, в 1950—1960-е годы — один из символов возрождения философской мысли в СССР

Своеобразный парадный автопортрет советского государства создавался по правилам идеологии тоталитарных режимов. В первые годы советской власти особенную революционную романтику и пафос содержали призывы к преобразованию природы. Как и все старое, ее требовалось низвергать и строить более соответствующую коллективным потребностям советского общества, новую окружающую среду. Обновление и переделка природы соответствовали идеологии формирования «нового советского человека».

«Человек, изменяя природу, изменяет себя».

Максим Горький (Алексей Максимович Пешков), русский и советский писатель, прозаик, драматург, основоположник литературы социалистического реализма, инициатор создания Союза писателей СССР и первый председатель правления этой организации, один из самых значительных и известных в мире русских писателей и мыслителей

О том, что человеку подвластны все стихии свидетельствовали: освоение воздушного и космического пространств, возведение электростанций, прокладывание тысячекилометровых железных дорог и каналов, создание промышленных гигантов, освоение целинных земель, строительство метрополитена и высотных зданий, добыча полезных ископаемых.

«Нам нет преград, ни в море, ни на суше…»

Из популярной песни «Марш энтузиастов»

«Пройдут годы, пройдут десятилетия, и человечество, пришедшее к коммунизму во всех странах мира, с благодарностью вспомнит советских людей, которые впервые, не боясь трудностей, смотря далеко вперед, вступили в великую мирную битву с природой, чтобы стать ее господами, чтобы показать человечеству путь к овладению ее силами, к ее преобразованию».

Максим Горький

Официальная пропаганда, культура и искусство, прежде всего литература и кино, создавали пафосные произведения, в которых воспевались романтика труда и созидания, дух героизма и творчества народа, его коллективные усилия в социалистическом преобразовании мира на пути построения коммунизма.

Со временем идеологическим подтверждением успехов социалистического строительства стала «счастливая, зажиточная жизнь» простых советских людей. В первые годы после революции искусство и СМИ создавали образ идеального советского государства будущего. С 1930-х годов достижения Советского Союза в повседневной жизни преподносились его народу как данность.

«Жить стало лучше, жить стало веселее».

Иосиф Виссарионович Сталин

По историческим причинам идеология СССР декларировала себя наукой. Ядро советской идеологии составляли диалектический и исторический материализм, учение о коммунистическом обществе, или «научный коммунизм».

По причинам идеологического и неидеологического характера марксистская философия не стала наукой о познании мира и мышлении. Это, однако, не умаляет роль, какую она сыграла в советском обществе, возглавляя колоссальную, невиданную до этого в истории просветительскую работу. Это сделало достоянием широких слоев населения достижения науки прошлого и настоящего. Отдельные случаи, когда советская философия играла консервативную роль (отношение к теории относительности, генетике, кибернетике и др.), не заслонили собою все остальное.

В сфере общественных явлений советская идеология была фактически монополистом. У нее были основания считаться дающей подлинно научное понимание общества. Все то, что делалось вне марксизма в отношении понимания общества с точки зрения уровня и широты понимания, не превосходило сделанного в марксизме.

В основных чертах идеологический механизм советского общества сложился еще в довоенные годы. Своего высшего состояния он достиг в послевоенные годы, в особенности после смерти Иосифа Виссарионовича Сталина. Задача идеологического механизма включала: сохранение идеологического учения в канонизированном виде; охрану его от ересей, расколов, ревизий, чуждых влияний; содержание учения в состоянии актуальности; осуществление истолкования всего происходящего в мире в духе идеологического учения и в его интересах; тотальный идеологический контроль за всей «духовной» сферой жизни общества; идеологическую обработку населения; создание в обществе требующегося идеологического состояния; пресечение отклонения от идеологических норм.

Основной феномен советской пропаганды состоял в ее принципиальной важности для Страны Советов. Свое прошлое, настоящее и будущее государства создают, придавая одним событиям и людям статус символов, а других, стараясь, стереть из коллективной и индивидуальной памяти. Избирательность истории позволяет ей служить фундаментом различных вариантов настоящего.

В СССР пропаганда была таким же значимым ключевым компонентом к построению государства, как военные или спецслужбы. Первые удерживали деление на «свое» и «чужое» в физическом пространстве, вторые — частично в информационном, например, борясь с распространением слухов и анекдотов, несших альтернативные интерпретации действительности, а пропаганда — в виртуальном. Ее влияние было более заметным, поскольку она «глушит» альтернативные модели мира.

Советская система своими пропагандистски-символическими инструментами контролировала: физическое, информационное и виртуальное пространство. Непонятно, как Иосиф Сталин единолично мог вникать во многие вещи, от чтения сценариев фильмов до книг писателей, которые выдвигались на премии.

Физическое пространство контролировалось статической символизацией: переименованием улиц и площадей; появлением памятников; динамической символизацией — парады, демонстрации, возложение цветов, принятие в пионеры в символических местах. Это политическая география разрослась после Великой Отечественной войны 1941–1945 годов, в результате которых появились города-герои со своими собственными символическими историями.

Информационное пространство контролировалось самоцензурой и формальной цензурой учреждения, называвшегося Главлитом. Мощная система пропаганды реализовалась в миллионных тиражах газет для общего читателя и отдельных профессий.

В виртуальном пространстве гуманитарные институты Академии наук, Министерство образования формировали потоки знаний, несшие нужные интерпретации действительности. Виртуальные продукты деятелей культуры создавались в рамках существовавшей идеологической системы. Эти произведения часто имели и высокий уровень художественной культуры.

Охватывающий все три пространства всеобъемлющий характер пропаганды позволял называть ее тотальной, а государство — тоталитарным. Пропаганда была одним из важных механизмов существования государства. Поскольку в этой сфере было занято множество людей, она была его производительной силой и зарабатывала деньги, в частности, это касается партийных издательств.

Систему пропаганды характеризуют четкие причины всего. Для Германии это была несправедливость результатов Первой мировой войны и слабость Веймарской Республики, то есть причина лежала в прошлом. СССР нашел свою причину в будущем: возможную войну, которую могут развязать западные державы (позднее враг персонализировался на американских империалистов). Этот базис начинает объяснять все: внешний враг порождает работающих на него внутренних врагов, что ведет к ожесточению порядка внутри страны. В результате резко возрастает системность выстроенной системы, что позволяет обосновывать любые нужные ей действия.

«Любая “теория заговора” трактует действия, наблюдаемые на “политической сцене” как странные, непонятные или даже очевидно двусмысленные, чреватые какой-нибудь бытовой эсхатологией. Объяснением этой “непрозрачности” и потенциальной опасности, демонстрация которых составляет непременную особенность любой “теории заговора”, обычно служит зависимость публичных субъектов власти от других акторов, действующих исключительно в частной сфере и оттого находящихся вне поля зрения аудитории. Данное обстоятельство (по большей части оно так и остается гипотезой) позволяет считать, что публичные субъекты власти — это чьи-то “марионетки”, тогда как ситуацию в целом вполне можно рассматривать как нелегитимный и тайный отъем власти, т. е. заговор, уже состоявшийся или осуществляемый в настоящее время».

Андрей Андреевич Игнатьев, канд. филос. наук, преподаватель Центра изучения религий Российского государственного гуманитарного университета (РГГУ) (о ситуации отсутствия системности)

«Правители России имеют доктрину и традицию, где использование пропаганды играет заметную роль в проведении общей политики. Не следует забывать того, что захват власти в 1917 году был подготовлен годами работы, когда каждый член революционной партии должен был посвящать большую часть своего времени пропаганде.

Мы можем суммировать стратегию советской пропаганды, говоря, что ее стратегической целью является экономия материальных ресурсов для защиты и расширения власти русской элиты дома и за рубежом. Такая пропаганда является борьбой за разум человека с советской точки зрения только в том смысле, что это борьба за контроль материальных средств, с помощью которых, как считается, формируется разум масс. Поэтому целью русской пропаганды является не мирное убеждение большинства людей в какой-то стране как прелюдия захвата власти. Скорее, речь идет об ориентации на меньшинство, которое может оставаться идеологическим меньшинством, пока не достигнет успеха в получении материальных средств для достижения консенсуса».

Гарольд Дуайт Лассуэлл, американский политолог, один из основоположников современной политологии, представитель бихевиоралистского подхода в политической науке и один из основателей Чикагской школы социологии, теоретик междисциплинарного подхода к исследованию поведения личности в различных сферах деятельности (из статьи, напечатанной в 1951 г., о пропаганде как части мышления руководителей СССР)

Идеологический фактор как глобальный феномен определял жизнь общества в самых разных проявлениях внешней политики СССР. Особенно важную роль геополитика играла в судьбоносные периоды, в частности, как часть реализации идеи мировой революции.

Проективная идеология коммунизма определяла в СССР задачи планетарного уровня, она являлась «идейной матрицей» для построения нового общества, выполняла функции воспитания масс, выступала в роли системы убеждений в сознании лидеров Советского Союза, воздействовала на процесс принятия решений, играла самостоятельную роль в историческом процессе в этом государстве, на разных уровнях влияла на общество. Недооценка этого феномена не позволяет сделать корректный анализ причинно-следственных связей в политике Советского Союза, в частности, на международной арене. Влияние проективной идеологии коммунизма обусловливало специфические особенности внешней политики Союза ССР. Обычные прагматические интересы в ней дополнялись внутренними проективными идеологическими задачами глобального стратегического уровня.

Технологии влияния на сознание донесением необходимой информации существуют и работают в различных формах и сообществах людей. Способы, методы и сила влияния определяются в зависимости от кратко-, средне-и долгосрочных целей и задач.

Вызванная информационно-цифровой революцией деградация интеллектуального уровня человечества, в первую очередь правящих классов многих государств, продолжается. Это проявилось с приходом к власти склонного автоматически реагировать на последние новости и «картинку» «телевизионного поколения». Данная тенденция может многократно усилиться, когда повзрослеет мало отличающее реальный мир от виртуального и все менее склонное к самостоятельному, критическому, долгосрочному мышлению поколение «айфонщиков». При этом выбирающие себе подобных современные демократии являются антимеритократическим механизмом. Высока вероятность того, что критерием отбора правящих кругов в государствах, которые будут на него способны, станет малоуязвимость отдельных лидеров или их групп к интернету.

Важными составляющими основных проблемных вопросов внешней политики являются гуманитарная, информационная, имиджевая.

Во внешнеполитической деятельности государства информационная составляющая сформировалась в качестве самостоятельного направления, подчиненного реализации заданной стратегии.

Россия предпринимает меры по наращиванию потенциала стратегического отечественного информационного ресурса в электронных и печатных медиа, интернете и других средах, совершенствует их организационные структуры. РФ активно выступает за создание формата международной информационной безопасности.

Актуальной проблемой внешней политики России является формирование ее международного имиджа как сложной конструкции, являющейся совокупностью рациональных и эмоциональных представлений об этой стране, создающих в массовом и индивидуальном сознании ее образ.

Евроатлантическая коалиция ведет целенаправленную кампанию по дискредитации РФ. Это проявляется, в частности, в одновременных и однотональных информационных вспышках по поводу одних и тех же тем, а также в многочисленных примерах двойных стандартов в оценке собственного поведения и действий РФ.

Объективные и субъективные, эмоционально-психологические причины того или иного имиджа РФ зависят от применяемых для его формирования информационных ресурсов и многих других факторов. Но самым главным в формировании позитивного международного имиджа России является укрепление совокупной силы ее общества и государства.

Психофизика человека восприимчива к повторению информации в различных контекстах и коннотациях, в частности, формирующей в сознании людей представления о ценностях жизни.

Запад обладает большими возможностями различного воздействия на страны и регионы Земли. Одним из проявлений этого процесса является феномен мировой информационно-психологической войны, способной угнетать мировоззренческое сознание людей, против которых она ведется.

Российская исконная ценностная парадигма и цивилизационная картина складывались тысячелетиями.

В современном универсуме человечество может выжить, лишь руководствуясь нематериальными ценностями человечности. Размывание цивилизационной идентичности России снижает ее жизнеспособность.

Усилиями США и мирового финансового капитала холодная война трансформировалась в войну нового типа — геополитическую, цель которой — разрушение глобальной национально-государственной системы и установление нового миропорядка.

Содержанием новой войны являются операции: информационно-психологические для деформации сознания и национально-культурной идентичности населения; финансово-экономические для подрыва экономики, организации финансово-экономических кризисов и установления контроля над экономикой и политикой страны-объекта; провоцирующие тупиковый путь развития и деградацию; демократические для смены режимов, продвижения в институты власти и формирования класса корыстных, малоспособных людей и создания сетевой агентуры; военно-стратегические и специальные для завершения разрушения страны и установления над ней полного контроля.

Эти операции могут проводиться с задействованием третьих стран и международных организаций на территориях других государств под благовидными лозунгами от имени международного сообщества и внутренней оппозиции, имея гуманитарное прикрытие. Главным объектом атаки, как правило, являются властвующие элиты государств, замена которых на собственную агентуру мирными средствами может не привлекать военные средства.

Избрав западный вектор своего развития и применяя его ценностные установки, постсоветское цивилизационное пространство и сообщество становятся противоположностью своей выработанной веками культурно-исторической традиции. Со второй половины ХIХ века Запад рассматривают Россию как враждебное государство или объект контроля, расчленения и уничтожения. Иной подход был реализован лишь в годы Второй мировой войны. В геополитике Запада в отношении России меняются стратегия и тактика, но не сущность и цели. Культурно-цивилизационные признаки, национально-государственные этнические, религиозные и факторы в США и Европе вытесняются экономической и политической географией рационализма, универсальными стандартами жизни.

Страны моря живут добычей полезных ископаемых, расширяют ее пространство, стремятся весь мир сделать ее объектом. Главный объект их посвященных этой цели геополитических теорий, стратегий, доктрин, устремлений — Евразия как главная награда за победу в холодной войне.

Мир находится в транзитном состоянии. В обозримом будущем вероятен новый технологический прорыв, который нынешняя мировая финансовая система и глобальная экономическая структура не смогут обеспечить. В жестоких схватках зарождается новая мировая финансовая система. Предыдущие закреплялись (ФРС) или создавались (Бреттон-Вуд) в ходе Первой и Второй мировых войн.

Политика холодной войны была направлена на подрыв финансовой основы СССР и мировой социалистической системы, на социально-экономический кризис, на разрушение системы-конкурента.

Начало XXI века демонстрирует нарастание в новом качестве и в более крупных масштабах противостояния по прежним геополитическим осям «Запад — Восток» и «Север — Юг».

Относительное возвышение в конце XX и начале XXI века ведущих развитых стран и их контроль над информационно-медийной сферой позволили им создать миф о либеральном порядке и в той или иной степени успешности внедрить его в общественное сознание. В соответствии с этой функционально выигрышной установкой получается, что сторонники либерального консенсуса — хорошие, правильные, легитимные и заботящиеся об общем благе, а противники — плохие, неправильные, реваншисты и ренегаты.

Одним из явлений глобализации являются сетевые войны, методологии которых определяют строительство многополярного мира. Адаптации сетецентрических принципов (Networkcentric Principles) при реорганизации Вооруженных сил Российской Федерации оправданны, призваны укрепить позиции Heartland’s и повысить боеспособность армии как одного из главных элементов многополярной конфигурации.

Сетецентрический принцип ведения войн характеризуется техническими (приборами слежения, оперативной двухсторонней связью, интерактивными техническими средствами и т. д.) и принципиальными аспектами.

Сетевые войны идут перманентно и во всех направлениях для борьбы с противниками, союзниками и нейтральными силами. Сетевые операции должны развертываться со стороны центра (или центров) строительства многополярного мира. Сетевые войны ведутся не отдельными государствами в качестве акторов, а гибкой и многоуровневой структурой, борющейся за создание многополярного мира. Цель сетевой войны со стороны атлантистов и глобалистов — установление однополярного мира от лица всего Запада. Ее ведение разными полюсами (Россией, Китаем, Индией, Ираном и т. д.) может создавать многократно усиливающие эффективность сетевых стратегий интерференции и резонансы.

Каждый полюс многополярного мира заинтересован в ослаблении мировой гегемонии гипердержавы, а не в усилении другого полюса. Сетевая война многополярного мира может быть чрезвычайно эффективной, представляя собой структуру спонтанной конвергенции усилий. РФ выгодно усиление КНР. Индии выгодна безопасность Ирана. На ситуации в Афганистане, Центральной Азии и т. д. позитивно скажется независимость Пакистана от США. Ориентируя заряженные многополярно сетевые, информационные и имиджевые потоки во всех направлениях, можно сделать сетевую войну чрезвычайно эффективной, потому что обеспечение интересов одного актора многополярного миропорядка автоматически работает на интересы другого. Координация в таком случае должна быть только на самом высшем уровне представителей стран (как правило, глав государств) в многополярном клубе, где будут согласовываться общая парадигма и стратегия действий.

Сетецентричные войны характеризуются повышенной чувствительностью к условиям своего возможного начала. Решающим для всего результата может быть то, с какой точки начинается вероятный конфликт, какую позицию занимают участвующие в нем стороны и в какой информационной среде это происходит. Приоритетное внимание следует уделять подготовке локальной и глобальной сред. Исключить конфликтную ситуацию и обеспечить убежденность потенциального противника в бесперспективности сопротивления или вооруженной эскалации могут правильная расстановка сил, просчет последствий тех или иных шагов в информационной сфере, заблаговременная подготовка имиджевого обеспечения. Это касается традиционных боевых действий и информационных войн.

Провозглашающие ориентацию на многополярность страны могут и должны использовать теории и практики сетецентрических операций в своих интересах. Сетевая война является ключевым стратегическим инструментом ведения войны в условиях постмодерна. Многополярность принимает его вызов и начинает битву за постмодерн. Сетецентричные операции представляют собой одну из наиболее важных территорий ее ведения.

В пропаганде целесообразно давать как можно больше правды. Обрушиваемая на РФ тотальная ложь подмывает действовать зеркально, но тон в ответах желателен не возмущенный, а презрительно насмешливый.

Какими бы ни были геополитические ситуации в мире, Россия должна использовать все возникающие благодаря этому возможности для воссоздания гармоничного порядка, для отвоевывания культурного и жизненного времени и пространства для своих традиции и цивилизации.

СМИ иностранных государств могут работать в общенациональном информационном поле РФ в рамках международных соглашений, предусматривающих равноправный обмен информацией в конкретных областях.

Для большинства современных российских радиостанций различных форм собственности важнейшей частью их профессионального стиля являются прямой эфир и диалог со слушателями. Общественно-политический формат вещания способен создавать пространство для интенсивного общественного диалога.

Тотальный контроль над глобальными СМИ позволяет белое называть черным и наоборот. Место «центра зла» в американской пропаганде после СССР как главного оппонента в прошлом могут занять Иран как стремящийся к ядерным технологиям, КНР как первая экономика мира или РФ как ядерная сверхдержава.