Как стеклышко! / Политика и экономика / Те, которые...

Как стеклышко! / Политика и экономика / Те, которые...

Как стеклышко!

/  Политика и экономика /  Те, которые...

Как бы ни голосили эксперты, правозащитники и некоторые депутаты, жить нам при сухом законе: до сих пор все попытки вернуть разрешенные промилле разбивались о стены Белого дома. Дмитрий Медведев не раз пенял на отсутствие у россиян культуры пития: известно же, что еще Петр I призывал «зелье пить вволю, доколе ноги держут. Кады откажут — пить сидя». Справедливости ради отметим, государь и с наказанием не усердствовал: семикилограммовый чугунный орден «За пьянство» вешал на шею лишь самым отъявленным бражникам. Робкая надежда забрезжила на прошлой неделе, когда стало известно о письме, написанном помощником президента Татьяной Голиковой. В нем экс-министр предлагает вернуть в законодательство термин «состояние опьянения». Расшифровку столь важного для русского человека понятия тихой сапой вычистили из Административного кодекса в 2010 году, вскоре после введения «абсолютного ноля». Зачем?

Злые языки болтают — ради пополнения личного бюджета инспекторов. Из изъятого абзаца КоАП и предыдущей редакции 308-го приказа Минздрава следовало, что опьянение — это не только излишек спирта в крови или воздухе, но и совокупность нарушений физических или психических функций человека. Проще говоря, неадекватное поведение и снижение реакции — как раз то, что влияет на безопасность.

Сторонники нулевой нормы любят приговаривать: «Жили же без промилле, и ничего! Ни обиженных, ни коррупции». Видно, подзабыли, что до 2008 года, то есть до того, как вступил в силу разрешенный порог в 0,3 промилле, вердикт «пьян — не пьян» выносил не прибор, а врач-нарколог. Именно эскулапы выясняли, пребывает тестируемый в состоянии измененного сознания или нет, и обязательно с учетом всех клинических признаков. Двумя продувками дело не ограничивалось: доктор оценивал внешний вид, мерил пульс и давление, предлагал с закрытыми глазами коснуться носа, сосчитать в обратном порядке. Некоторым товарищам удавалось и на фоне 0,5 промилле выйти из кабинета с правами в кармане: алкоголь обнаружен, а состояние опьянения — нет. Потом «клинику» убрали. Человек в халате превратился в оператора одной кнопки, а каждый восьмой «лишенец» теперь ходит пешком из-за «вчерашнего» кефира или погрешности алкометра.

Не исключено, что письмо экс-министра — звоночек: если в Кремле прощупывают почву для смягчения антиалкогольного режима, отмена сухого закона может состояться не де-юре, так де-факто. Оставляем ноль, возвращаем клинические признаки — и все при своих.