«Республика не отдаст чужакам своих завоеваний!»

«Республика не отдаст чужакам своих завоеваний!»

В начале двухтысячных Бабай начал понимать, что что-то идет не так.

Власть Путина становилась все более прочной, все реже губернаторы стали возражать новым московским руководителям с питерскими корнями.

Начал встраиваться в стремительно возводимую вертикаль власти и Бабай. Он совсем перестал при чужих людях и в присутствии прессы произносить свои расхожие пренебрежительные фразы а-ля «что они там понимают в Москве», «жизни не видели», «тремя курицами не командовали» (характеристика Бабая 99-ти процентов московских чиновников) и т. п. Правда, в кругу своих фразы стали куда злее. Такими же резкими были и незримые ответы на экспансию федерального центра.

Первым делом Бабай согласился с одним из менеджеров местной нефтянки о том, что эту самую нефтянку надо припрятать куда подальше, иначе из государственной она быстро станет негосударственной.

Менеджер был весьма убедителен. То ли потому, что звали его Урал, то ли в силу отчества, сильно похожего на имя Бабая. А может, и идентичность его фамилии с фамилией Бабая добавила красноречия.

История с ТЭКом, разумеется, заслуживает отдельной главы, которую чуть ниже она и получит, а пока просто коротко расскажем, как это было: вышеупомянутый талантливый мистер менеджер создал 7 обществ с ограниченной ответственностью. Эти ОООшки банально заключили договоры купли-продажи на контролирующие доли предприятий ТЭКа. А ввиду того, что таким мегахолдингам, как ООО «Свисток», «Лютик» или «Ягодка», как правило, не хватает составляющих их капитал стола и ручки, чтобы расплатиться за то, что строилось всем советским народом за миллиарды долларов – то расплатились эти ОООшки за свежеприобретенную собственность теми же самыми акциями ТЭКа.

Бабай тогда еще подумал, что не зря он сына во Франции и Америке уму-разуму учил. И гордо говорил во всех интервью, что мы единственные, кто нефтяное народное достояние сумел не сдать за бесценок олигархам, а оставил работать на благо народа республики.

Красота, да и только.

Но понравилось это не всем.

Не один и не два «серьезных человека» из Москвы уже не первый год поддавливали деда, чтобы он как раз отдал нефтянку в частные руки. Зачем это делали серьезные люди из Москвы?

Ну, это же очевидно. Они ж там патриоты все.

И переживают, что государство – неэффективный собственник. И если отдать республиканский ТЭК в частные руки – то государство получит гораздо больше средств в виде налогов. И только этим и руководствовались серьезные люди из Москвы. Что тут непонятного?

Но Бабай все отказывался это понимать.

И говорил во всеуслышание, что у него самый распрекрасный менеджмент на заводах, что глубина переработки нефти стремительно приближается к ста процентам и что частники-негодяи будут только челси-шмелси-яхты-вертолеты на нефтяные деньги покупать, а не социально-политическую стабильность в республике поддерживать.

Гонцы, пытавшиеся Бабая в этом разубедить, приезжали один за другим. В нескольких московских кабинетах, со столами размером с небольшую взлетно-посадочную полосу, Бабаю тоже прямо говорили, что одному тут крупному холдингу, исключительно для реализации страшно важных для государства задач, надо обязательно интегрировать в себя бабаевскую нефтянку, да поскорее. По моим приблизительным подсчетам, общее количество прослушивания серьезными московскими людьми бабаевской пластинки про глубину переработки – подонков-олигархов – «ыстабылнст9» в республике составило никак не меньше примерно 150-ти нормочасов.

На сто пятьдесят первом часе терпение собеседников Бабая лопнуло.

Как раз на горизонте показались очередные президентские выборы в республике.

Эти выборы давно уже весьма беспокоили семью Бабая – по российской конституции, на очередной срок выдвигаться ему вроде как было нельзя. Однако Владимир Владимирович не хотел потрясений, связанных с окончанием сроков у десятка так называемых российских губернаторов – «политических тяжеловесов». Потому что так просто из власти никто из них не ушел бы, а так или иначе постарался бы за собой руководство оставить, что могло привести к непредсказуемым последствиям.

Так, например, Бабай даже успел объявить, что президентская республика – это и не демократично, и не современно, и неэффективно, и вообще плохо со всех сторон и что надо наконец отдать власть от какого-то там президента непосредственно народу. И что республика уже решила перейти к парламентской форме правления. Соответственно – небольших поправок в Конституцию республики было бы достаточно, чтобы пост президента упразднить, всю власть передать республиканскому парламенту (он же Государственное собрание – Курултай), а спикером парламента, естественно, назначить не кого-нибудь, а кого народ больше всех поддерживает. Разумеется, работающий в том Курултае народ с радостью поддержал бы Бабая, ну, или, в крайнем случае, Урала Бабаевича, но уж, конечно, никого больше. И в этом случае никакие дурацкие ограничения на количество губернаторских сроков не помешали бы Бабаю и Уралу править, как положено, сколько аллах отпустил (хоть в аллаха ни тот ни другой, будучи прагматиками, особенно не верили).

Владимир Владимирович прекрасно понимал, что парламентские республики, края и области сейчас начнут плодиться, как поголовье скота в Хайбуллинском районе под мудрым руководством Бабая, и принял классическое соломоново-путинское решение. Ну, точнее, решение формально принял не Путин, а как бы Конституционный суд России, но что-то мне подсказывает, что Путин приветствовал это решение. В общем, Конституционный суд РФ сказал, что губернаторские сроки надо начинать отсчитывать с 99-го года, когда вышел в свет федеральный закон о власти в субъектах РФ, установивший ограничения по количеству сроков. То есть все предыдущие срока – обнулились.

Но при этом Бабая, как и всех остальных, строго-настрого попросили не городить огород с парламентскими и прочими республиками. Мол, право переизбираться вам дали – вот и переизбирайтесь.

Если сможете…