Скандалы вокруг гонок «Формула-1»

Скандалы вокруг гонок «Формула-1»

  

Гоночный болид

Победа в престижных автогонках «Формула-1» открывает спортсменам дорогу к всемирной славе и миллионным гонорарам. Поэтому ее жаждут все: и те, кто идет к ней, совершенствуя свое мастерство в соревновании человека со скоростью, и те, кто пытаются обогнать соперников путем скрытого нарушения установленных технических требований. Вот уже более ста лет эти соревнования сопровождаются попытками обмануть судей, и с каждым годом они становятся все изощренней и скандальней.

Еще на заре автоспорта, в 1900 году, во время проведения Кубка Беннетта на шесть автомобилей, участвовавших в гонках, поступило двенадцать протестов. В XX веке такие случаи стали приобретать массовый характер. В погоне за скоростью инженеры-изобретатели все чаще нарушают священное правило «Формулы-1» — технический регламент. Требования к гоночному автомобилю (болиду) предписывали наличие у него плоского днища. Интерпретировать столь однозначную формулировку было невозможно. В 1981 году была предпринята первая попытка запрета болидов-крыльев. Правила гласили: «Расстояние между трассой и днищем машины на старте не должно быть менее 60 миллиметров». А после старта? Вот эта расплывчатость в формулировке правила и подтолкнула конструкторов на поиск новых решений.

Одно из них было найдено изобретателем Колином Чепменом, сконструировавшим болид «Лотус-88» с так называемым «гранд-эффектом». Уже первые его испытания породили массу невероятных слухов. Несмотря на строжайшее соблюдение служебной тайны, в печать просочились сведения, что новая машина начисто лишена подвески. Но действительность оказалась еще более сногсшибательной — болид имел два корпуса! Вся хитрость конструкции заключалась в том, что на старте он полностью соответствовал требованиям регламента, и только при движении второй корпус прижимался к дорожному полотну и прикрывал доступ воздуха под днище машины. При дебюте на Гран-при США 17 октября 1981 года все команды (конюшни) подали протест против старта этого проекта и судейская коллегия запретила его участие в гонке. Но в начале следующего года на Гран-при в Бразилии эта история повторилась. Однако и здесь Чепмену не смогли помочь даже шестеро юристов, которых он привез на соревнование, — «Лотус-88» так и не стартовал. Напуганные потоком конструктивных новшеств команды решили поставить им заслон. Они хорошо понимали, что если дело пойдет так и дальше, то им никогда не угнаться за английскими чудо-болидами и в прямом, и в переносном смысле.

Правда, не все конкуренты сидели сложа руки. В той же Бразилии было подмечено, что машины команды «Брэбхэм» в ходе гонки практически касались боковинами полотна трассы. Чтобы прояснить ситуацию, болид сняли с дистанции и замерили расстояние между днищем и дорогой. Но загадка не прояснилась. Как только машина уходила на трассу, она вновь приседала и утюжила ее почти на брюхе. Однако поданные против этой команды протесты техническая комиссия не удовлетворила. В итоге, оказалось, что главный конструктор команды Гордон Мюррей использовал уже проверенные технологии: гидро-пневматическую регулировку дорожного просвета, применяемую в тяжелых грузовиках. Эта идея новизной не блистала, и президент Международной автомобильной федерации Жан-Мари Балестор вынужден был заявить: «Лично я считаю, что у «Брэбхэма» не все по правилам, но в то же время доказать это мы пока не можем». А доказывать, в сущности, нужно было другое — новинка этой команды еще больше снижала безопасность на гоночных трассах. Но это почему-то никого не волновало.

Затем последовал очередной скандал. На следующих этапах гонок из болидов «Брэбхэма» кто-то украл комплектный узел подвески. Вскоре все другие команды использовали эту разработку в своих машинах. В результате ее применяли еще два сезона на соревнованиях «Формула-1». Пока не грянул гром: в 1982 году на гоночной трассе погиб известный канадский гонщик Жиль Вилльнев. После этого использование новинки «Брэбхэма» на болидах «Формулы-1» Международной автомобильной федерацией было запрещено.

В истории автогонок известно немало скандалов и другого рода, мало связанных с конструкторскими ноу-хау, а больше смахивающих на аферы. Еще в 1972 году фирма «Рено» применила в Королевских гонках турбодвигатели. Спустя десять лет они снова стали востребованными. Специалисты с завистью констатировали, что за стальными конями фирм «Рено» и «Феррари» невозможно угнаться. Тогда команды «Уильямс», «Брэбхэм» и «Эрроуз» выставили машины с новой системой охлаждения тормозов, которая состояла из пластикового бака емкостью 25–30 литров и четырех трубок, соединенных с тормозными механизмами. Здесь следует отметить один немаловажный момент: согласно требованиям, под сухой массой болида понимается масса машины без пилота и топлива. Раз так, значит, можно построить машину легче настолько, сколько воды помещается в баке? Это уже граничило с нечистой игрой! Начались гонки, и эта афера развернулась во всю ширь: по поверхности трассы растеклись лужи воды. Откатав налегке гонку, пилот отдавал машину механикам, которые заправляли бак водой по самое горлышко и спокойно передавали болид на взвешивание. Все сходилось! А о безопасности на мокрой трассе никто не думал.

Один из руководителей «Рено», Жан Саже, произвел простой расчет: «недостающие» 30 кг массы дают конкурентам прибавку в скорости на 6 км/час. Кроме того, было замечено, что механики команды «Брэбхэм» перед взвешиванием заливают в двигатель до 15 литров масла. Саже недоумевал: «Да ведь такой двигатель даже не заведется!» Хотя он уже догадывался, что лишнее масло просто можно потом слить.

На бразильском этапе гонок Нельсон Пике на «Брэбхэме» и Кеке Розберг на «Уильямсе» заняли два первых места. Но после протеста со стороны «Рено» и «Феррари» их обоснованно пришлось дисквалифицировать. Даже после того, как эти махинации были раскрыты, английские гонщики пытались протестовать и отказались выставить свои болиды на Гран-при Сан-Марино. Однако дисквалификация получила подтверждение. Тем самым была решена судьба хитрой английской «системы» водяного охлаждения тормозов. И больше уже не растекались лужи «нечистой» воды на трассах «Формулы-1».

Однако на этом «рационализаторы» не успокоились. В 1984 году на тренировке Гран-при Монако пилот команды «Макларен» Ален Прост установил новый рекорд трассы — 1 минут 22,6 секунд. Турбодвигатель болида «Рено» был настроен идеально. Преимущество гонщика было очевидным, и он вполне заслуженно получил лавры победителя. Однако у многих специалистов вызвал удивление тот факт, что бронзовым призером стал немецкий гонщик Стефан Беплоф, который выступал на «Тирелле-012» — единственном болиде, не оснащенном турбодвигателем. А разница между «золотом» и «бронзой» составляла 165 лошадиных сил! Было над чем задуматься. Но, как говорится, не пойман — не вор.

Продолжение этой истории произошло в Детройте на Гран-при США. Пилот команды «Брэбхэм» Нальсон Пике едва не уступил победу британцу Мартину Брандлу. Последний отстал от победителя на 0,83 секунды. Хороший результат, но вызывало недоумение то, что британец пришел к финишу опять-таки на болиде «Тирелл-012». По своим техническим характеристикам эта машина просто не могла показать такой результат. В чем же секрет?

Причина успеха вскрылась позже. Было замечено, что незадолго до финиша гонщики команды «Тирелл» регулярно заезжают на пит-стоп для дозаправки водой системы охлаждения. В этом не было бы ничего необычного, если бы не одна деталь: вся эта операция занимала у них в 3–4 раза больше времени, чем у остальных гонщиков. Техническая комиссия не удовлетворилась простым взвешиванием болида. А один из дотошных судей стал совать свой нос буквально во все щели и в баке с водой вдруг обнаружил. 35 кг свинцовых шариков! Секрет «успеха» стал ясен всем: меньшая масса машины позволяла ей «летать как ласточка» и конкурировать с турбодвигателями других команд. Свинец шел в ход за два-три круга до финиша. Взвешивание проходило нормально.

29 августа 1984 года Международная автомобильная федерация вынесла суровый вердикт. У команды «Тирелл» отобрали все очки, и она была дисквалифицирована до конца сезона.

Но скандалы продолжали преследовать гонки «Формулы-1». Чтобы разобраться в порождающих их причинах, необходимо вернуться еще на четверть века назад, в то время, когда эти престижные соревнования начали прибирать к своим рукам два незаурядных англичанина — Максимилиан Мосли и Бернард Экклстоун. Они решили исправить плачевное финансовое положение в автоспорте. Британская пресса тут же окрестила их «сиамскими близнецами».

Эпоха Макса и Берни началась в начале 80-х годов прошлого столетия. Обхаживая владельцев крупных команд, Экклстоун выдвинул свой главный тезис: «Доверьтесь мне — и я вас озолочу!». Поскольку командам нечего было терять, они поддались на эти щедрые посулы. Мосли и Экклстоун действовали умело и ловко. «Формула-1» последовательно превращалась в шоу мирового масштаба и становилась высокотехнологическим, дорогостоящим, но чрезвычайно рентабельным коммерческим предприятием. Многомиллионные доходы от продажи прав на трансляции и разнообразной рекламы исчезали внутри сложной паутины, которую сплел Экклстоун из всякого рода офшоров, фондов и трастов. Все детали устройства финансовой империи «сиамских близнецов» были известны только им самим. Разумеется, что на счета команд все эти годы регулярно поступала определенная доля доходов, которая по договоренности с ними составляла 47 %.

Шло время. «Формула-1» развивалась и приносила неплохую прибыль. Менялась техника, в автоспорт пришли аэрокосмические технологии, использование которых требовало все больших средств. Аппетиты команд возросли, и они захотели пересмотреть прежние договоренности. Противоречия между ними и владельцами фирмы обострились. Макс и Берни до поры до времени подавляли всяческие попытки неповиновения их диктатуре. Однако вечно это продолжаться не могло. Между тем приблизилась к своему закату «эра непревзойденного Михаэля Шумахера», и настало время, когда в гонках «Формулы-1» непременно должна была произойти смена лидера. Но оказалось, что имя будущего чемпиона мира волнует команды не так сильно, как будущее самих королевских гонок. Тревожное положение сложилось из-за очередного грандиозного скандала, произошедшего во время Гран-при США в Индианаполисе и положившего начало череде потрясений, способных изменить судьбу этих соревнований.

Нарыв, созревавший в недрах «Формулы-1», лопнул вместе с двумя шинами «Мишлен» на автомобилях команды «Тойота». Оказалось, что знаменитая французская резина просто не выдержала экстремальных нагрузок. Это случилось при прохождении болидами одного из поворотов американской трассы. Справедливости ради нужно сказать, что при этом скорость достигала отметки свыше 300 км/час. Необъяснимые взрывы произошли в тренировочных заездах, и, к счастью, пилоты машин не пострадали. Все команды, использовавшие резину этой марки (семь из десяти), отказались участвовать в гонке. После этого события стали развиваться с молниеносной скоростью. Руководство Международной федерации автоспорта (ФИА) отказалось идти на компромисс с этими командами. А их требование было категоричным — заменить подозрительные комплекты покрышек на новые. В итоге, после тренировочного заезда 14 из 20 болидов из соображений безопасности вернулись в боксы.

Тем не менее, гонку решили не отменять. Но вместо захватывающего зрелища любителям автоспорта пришлось довольствоваться неудачной пародией. На старт вышли только 6 болидов, обутых в японскую резину «Бриджстоун».

Разочарованная американская публика была беспощадна. Зрители не только размахивали плакатами с требованием вернуть деньги — на трассу полетели бутылки с водой, а организаторы Гран-при и служба безопасности автодрома даже не попытались остановить эти хулиганские выходки. «Победа» в гонках досталась Михаэлю Шумахеру, но знаменитый пилот даже не стал откупоривать на подиуме традиционную бутылку шампанского. А после соревнования самые горячие болельщики начали заваливать суды исками. Они требовали не только материальной компенсации, но и дорожных расходов. Компания, занимавшаяся организацией поездок в Индианаполис, объявила о том, что те клиенты, которые не удовлетворены проведением соревнований, могут посетить бесплатно последующие этапы «Формулы-1».

Через 10 дней ФИА вызвала на ковер всех, кто отказался принять участие в гонках, и пригрозила им санкциями. Однако это не возымело действия. Возникла угроза, что ведущие команды могут покинуть престижное соревнование. Один из ветеранов гонок Дэвид Култхард от имени большинства своих коллег заявил, что если президент ФИА Макс Мосли не вступит в переговоры, возможна даже забастовка гонщиков. Напряжение достигло высшего предела.

В свою очередь Мосли не пожелал признать ответственность федерации за кризис в Индианаполисе: «Я не принимаю обвинений по поводу произошедшего на Гран-при США. Если бы я отвечал за команды или шинников, то никаких проблем бы не было. А вот команды должны заплатить болельщикам за потерянную гонку, компенсировав им не состоявшееся удовольствие от свидания с “Формулой-1”». Поистине циничное заявление — ведь отказ от участия в соревновании, возможно, спас жизнь многим пилотам.

После этого ФИА разослала письма командам, обвинявшимся в срыве этапа гонок в США. В них говорилось о том, что командам придется ответить по четырем пунктам: отсутствие подходящей к данной трассе резины; отказ от старта в гонке; отказ от проведения гонки с соблюдением безопасной для шин скорости; сговор с другими командами и, как следствие, нанесение вреда имиджу «Формулы-1».

Справедливости ради стоит отметить, что у ФИА есть большие претензии и к «Мишлен». У производителя шин затребовали всю техническую документацию и заключение специалистов компании для проверки. Скорее всего, эта процедура будет иметь воспитательно-устрашающий характер, хотя ведутся разговоры и о более суровых санкциях: если заключение специалистов ФИА будет расходиться с «Мишлен», шинников могут «попросить» из «Формулы-1». Это будет очередной скандал, так как командам придется «переобуваться» у другой фирмы. А это дело сложное, тонкое и связанное с большими затратами.

Вероятно, что все эти «разборки» вызовут новую волну разногласий. ФИА припомнят старые скандалы с шинами (на Гран-при Испании и Венгрии), споры вокруг проблемного регламента соревнований и многое другое. Не стоит забывать — у Макса Мосли немало недругов в мире автогонок. Девять из десяти команд и пять ведущих автоконцернов уже выступили с совместной декларацией. В ней, в частности, говорится, что подписанты направили в ФИА свои конкретные предложения по изменению «Формулы-1». Одна из доминирующих тенденций современных автогонок состоит в том, что в последние годы все больше частных команд переходит в собственность крупнейших мировых автопроизводителей. Самый свежий пример — приобретение концерном BMW царской конюшни «Заубер». Автоконцерны — это сила. Вкладывая в разработку современных болидов огромные деньги, они сами хотят «заказывать музыку» в королевских гонках. Правила, установленные Максом и Берни, их уже не устраивают. Автоконцерны требуют пересмотра старых договоренностей о дележе доходов от телетрансляций и рекламы. Кроме того, автогиганты — «Мерседес», «Рено», «Тойота», BMW и «Хонда» — хотят влиять на процесс принятия организационных и технических решений. Но главное для них — ограничить власть ФИА. Таким образом, федерации дали понять, что если она что-то имеет против позиции 90 % участников чемпионатов мира по автогонкам «Формула-1», то это ее проблема.

Макс Мосли, как умный и тонкий политик, вряд ли захочет открыто конфликтовать с объединенной оппозицией. Из его канцелярии уже слышны первые комментарии конфликта, которые свидетельствуют о том, что компромисс возможен. А 74-летний Берни Экклстоун, которого величают «властелином колец “Формулы-1”», недавно высказал любопытную идею: почему бы командам и автоконцернам не выкупить у банков акции его компании. Коммерческие права на «Формулу-1» формально принадлежат компании SLEC, 75 % акций которой находятся в собственности консорциума трех международных банков. Это могло бы разрешить множество проблем. Тогда команды из участников чемпионата мира превратятся в его хозяев и делить доходы станут по своему усмотрению. Возможно, Экклстоун просто решил отойти от дела, доставляющего ему много хлопот, да и человек он не бедный.

Тем временем череда скандалов вокруг «Формулы-1» растет. Бушуют даже шпионские страсти. Как сообщила итальянская «Газетта делло Спорт», команда «Феррари» обвиняет команду «Тойота» в промышленном шпионаже. Немецкие следователи произвели обыск в доме итальянского инженера, ранее работавшего в конюшне «Феррари», а затем перешедшего в «Тойоту». Однако перешел он туда не с пустыми руками, а прихватив с собой программные продукты для анализа аэродинамических данных. В Кельне, в штаб-квартире «Тойоты», полиция во время обыска произвела выемку документов из отдела аэродинамики. Суть обвинения состоит в том, что японская фирма использовала украденные у «Феррари» технологии для испытания аэродинамики гоночных машин. Недаром в начале 2003 года многие специалисты и болельщики отмечали, что болиды «Тойоты» и «Феррари» похожи друг на друга, как братья-близнецы. Следствие ведется как в Италии, так и в Германии. Имена лиц, замешанных в этом скандале, пока не называются, и руководство «Тойоты» воздерживается от каких-либо комментариев. С японской дипломатичностью фирма желает благополучного разрешения процесса для всех заинтересованных сторон.

Таким образом, можно сделать простой вывод — большие деньги порождают крупные скандалы. Так, видимо, будет всегда. Девять команд «Формулы-1» и пять мировых автоконцернов объединились во имя общей цели: получения контроля над самыми популярными в мире автогонками. На спортивные состязания это уже мало похоже.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.