Удар Тамерлана

Удар Тамерлана

Эмир Тимур, который вошел в историю под именем Тимур-э Лянг – «Железный хромец», или Тамерлан, к концу XIV века создал гигантское государство со столицей в Самарканде. Он разгромил Золотую Орду, совершал завоевательные походы в Иран, Закавказье, Индию, Малую Азию и другие страны. В 1405 году он умер во время похода на Китай. Согласно хроникам, тело эмира забальзамировали, положили в гроб из черного дерева, обитый серебряной парчой, и отвезли в Самарканд, где и похоронили с великими почестями в мавзолее Гур Эмир, в ту пору еще незавершенном. Однако существовали и другие версии относительно места погребения выдающегося полководца древности. Известный российский историк и знаток древних языков Востока Александр Семенов полагал, что искать надо в древнем городе Отрар, располагавшемся в среднем течении реки Сырдарьи и просуществовавшем до середины XVI века. Остатки Отрара находятся в Казахстане, в районе железнодорожной станции Тимур. Именно в этом городе великий завоеватель внезапно умер, когда вел свои полчища покорять Китай. Одним из аргументов в пользу своей гипотезы Семенов считал тот факт, что приближенные вождя некоторое время скрывали его смерть в надежде на удачный поход и большую военную добычу.

Видный узбекский историк и математик, впоследствии академик и президент Академии наук Узбекистана, Ташмухамед Кары-Ниязов был уверен, что могила Тимура находится в древнем афганском городе Герате, основателем которого считался Александр Македонский. Туда, по мнению ученого, тайно отвез скончавшегося Тамерлана его сын, Шахрух.

Согласно еще одной гипотезе, Тимур похоронен в Узбекистане, в своем родном городе Шахрисабзе, где ранее эмир повелел построить великолепный мавзолей для своих отца и матери. В пользу этой версии говорило то, что, действительно, в подземной части этого мавзолея стоял саркофаг, закрытый мраморной плитой весом три с половиной тонны, и что находится внутри саркофага, никто не знал.

В марте 1941 года по личному разрешению Сталина была организована научная экспедиция, членам которой вменялось в обязанность установить место захоронения Тамерлана. Возглавил экспедицию Кары-Ниязов. Кроме него и Александра Семенова в состав экспедиции вошли: известный ленинградский археолог, антрополог и скульптор Михаил Герасимов – создатель уникального метода восстановления внешнего облика людей на основе скелетных остатков; таджикский писатель, ученый и общественный деятель Садриддин Айни – будущий первый президент Академии наук Таджикистана, а также четыре кинооператора, которые должны были запечатлеть на пленке основные этапы и результаты работы экспедиции. Одним из этих операторов был двадцативосьмилетний узбек Малик Каюмов, ставший впоследствии известным режиссером документального кино, народным артистом СССР, Героем социалистического труда и лауреатом множества премий.

В конце мая 1941 года все члены экспедиции собрались в Самарканде и начали поиски с мавзолея Гур-Эмир, поскольку именно там, согласно историческим документам, находились останки ближайших родственников Тамерлана, его сыновей, внуков и правнуков. Работы по вскрытию первого захоронения, которое Герасимов определил как могилу сына Тамерлана, Шахруха, начались 1 июня 1941 года. Ученые и мастера-каменщики копировали все вырезанные на каменных плитах изображения и надписи, которые могли быть случайно повреждены во время раскопок. Весь процесс фотографировали и снимали на кинопленку.

Тогда-то Семенов и обнаружил выгравированную на одной из мраморных плит загадочную надпись на древнеарабском языке. Она содержала 16 имен Тамерлана и цитаты из Корана. А заканчивалась предостережением следующего содержания:

«Все мы смертны и в свое время уйдем из жизни. Много великих людей было до нас и будет после нас. Кто позволит себе возвыситься над другими и обесчестит прах предков, того постигнет ужасная кара».

Полностью текст этой надписи Семенов сумел прочесть только 17 июня, когда раскопки уже шли полным ходом, однако никто не осмелился прервать работы. Ведь подробные отчеты об их действиях ежедневно получал сам товарищ Сталин, гнев которого мог быть гораздо более реальным, чем начертанная на камне угроза пятисотлетней давности. Поэтому ученые решили работы продолжить, а текст обнаруженной надписи огласке не предавать. Тем более что уже был вскрыт саркофаг Шахруха, а вслед за ним и место захоронения внука Тимура – Улугбека, знаменитого астронома и математика. Но ничего необычного за это время не произошло.

Ранним утром 21 июня приступили к вскрытию третьего захоронения. Работа с самого начала не заладилась. Почти сразу же вышла из строя лебедка, с помощью которой поднимали на поверхность каменные монолиты, и всем участникам раскопок пришлось очередную мраморную плиту извлекать из могилы вручную. Когда плиту вытащили, обнаружилось, что яма до краев засыпана землей. Сторонники других версий решили было, что могила пуста и останки Тимура надо искать в другом месте. И вдруг всех находящихся в усыпальнице одновременно охватило чувство какой-то непонятной тревоги, ощущение нарастающей угрозы. Люди молча переглядывались, старались успокоить нервы, подавить беспричинное волнение. И продолжали раскапывать могилу.

Землю из саркофага археологи выгребали руками, и вскоре их взору предстала еще одна мраморная плита. Поднять ее и оттащить в сторону удалось только к полудню. Из-под плиты показалась деревянная крышка гроба. И в тот самый момент в мавзолее погасли сразу все светильники, а люди стали ощущать нехватку воздуха. Было решено устроить обеденный перерыв и выйти наружу, чтобы отдышаться и успокоиться.

Как вспоминал потом оператор Малик Каюмов, он «пошел в ближайшую чайхану, заказал чаю и подсел к сидевшим за столиком трем старцам. Перед ними лежала раскрытая книга с текстом на арабском языке. Поскольку арабский я учил в школе, они предложили мне прочесть одно предложение из книги. Оно гласило: “Тот, кто потревожит прах великого вождя, развяжет большую войну”.

Прочитав такое, я со всех ног побежал за Кары-Ниязовым и Семеновым, чтобы они побеседовали с этими старцами. Беседа состоялась, однако ученые высказали большое недоверие к такому предсказанию, завязался спор, перешедший в ссору. Обидевшиеся старцы встали, забрали книгу и вышли из чайханы. Я хотел остановить их и побежал следом, но они свернули в переулок и… растаяли в воздухе!»

Во второй половине дня раскопки продолжились. Герасимов спустился внутрь саркофага и принялся вынимать доски, образующие крышку гроба.

«Все присутствующие сразу же ощутили распространяющийся по всей усыпальнице незнакомый, но очень приятный запах, – вспоминал Каюмов. – Когда доски были подняты на поверхность, все увидели останки очень высокого мужчины с большой головой. Ученые стали осторожно извлекать из гроба одну за другой сохранившиеся кости. Особое внимание они обратили на бедренную кость левой ноги, которая, хоть и не была сломана, сохранила следы серьезного повреждения. Увидев такое, все убедились, что обнаружили скелет эмира Тимура по прозвищу Тимур-Ленг – Железный Хромец, которое европейцы произносили как Тамерлан».

Происхождение хромоты Тимура разные источники трактуют по-разному. Согласно одним, он стал хромать в детстве, после падения с лошади, и знаменитое прозвище получил от своих сверстников. Согласно другим, хромота стала следствием ранения, полученного в бою в 1362 году. Нет единого мнения и о том, на какую ногу хромал Тимур. Правда, большинство источников утверждает, что на левую.

Убедившись, что обнаруженные останки принадлежат именно Тамерлану, ученые не скрывали своей радости: экспедиция выполнила задание, полученное от вождя Советского Союза товарища Сталина. Но радость участников экспедиции была недолгой. На следующее утро радио сообщило о вероломном нападении гитлеровской Германии на СССР. Началась Великая Отечественная война.

Все раскопки были остановлены, члены экспедиции стали покидать Самарканд. Герасимов упаковал останки Тимура и увез их в Москву. Малик Каюмов записался добровольцем в армию и вскоре оказался на фронте в качестве военного корреспондента-кинохроникера. Однако проклятие Тамерлана не выходило у него из головы. Оказавшись подо Ржевом, на Калининском фронте, Каюмов узнал, что неподалеку располагается штаб-квартира командования фронтом, и решил воспользоваться этой удачей. Он получил разрешение на встречу с генералом Георгием Жуковым и рассказал ему во всех подробностях о работе экспедиции и о таинственных предостережениях. Поскольку командующий отнесся к рассказу Каюмова весьма серьезно, тот, набравшись смелости, попросил Жукова сообщить обо всем Сталину. Жуков пообещал выполнить просьбу, но почему-то не сделал этого. Однако в октябре 1942 года пути фронтового оператора и командующего фронтом снова пересеклись, и Каюмов напомнил генералу о проклятии Тамерлана. На этот раз Жуков позвонил Верховному главнокомандующему и все ему рассказал. После этого Иосиф Виссарионович поручил первому секретарю компартии Узбекистана Усману Юсупову срочно организовать возвращение останков Тимура в мавзолей Гур-Эмир.

Выполнить поставленную Сталиным задачу оказалось делом непростым, поскольку останки эти все еще находились в лаборатории Герасимова, работавшего над восстановлением облика великого завоевателя. Закончить воссоздание внешнего вида головы Тамерлана, а также его сына Шахруха и внука Улугбека Герасимову удалось к 28 октября, а 15 ноября 1942 года кости Тимура и его потомков покинули лабораторию, чтобы отправиться в Узбекистан.

Останки Тимуридов, изъятые из мавзолея Гур-Эмир, снова оказались в своих могилах 20 декабря 1942 года. По случаю такого события был составлен специальный протокол, написанный на четырех языках: персидском, узбекском, русском и английском. Одну из копий документа поместили в герметичную капсулу и положили в гроб с останками Тамерлана.

А через два дня начался разгром окруженных под Сталинградом 22 дивизий немецко-фашистских войск общей численностью 330 тысяч человек. В первых числах февраля 1943 года остатки шестой немецкой армии, всего 91 тысяча человек, во главе с генерал-фельдмаршалом Паулюсом, сдались в плен.

Но это еще был не финал эпопеи с возвращением Тимур-Ленга в свою усыпальницу. Летом 1943 года Сталин подписал распоряжение о выделении миллиона рублей на восстановление и реконструкцию самаркандского мавзолея. В те тяжелые для страны времена на эти деньги можно было построить 16 танков либо содержать в течение месяца целую армейскую дивизию. В эти же дни началась знаменитая танковая битва на Курской дуге, закончившаяся разгромом тридцати дивизий противника и освобождением Орла, Белгорода и Харькова.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.