Валерий Гвоздей ВЕЧНЫЕ ЦЕННОСТИ

Валерий Гвоздей

ВЕЧНЫЕ ЦЕННОСТИ

Экспортно-импортные торговые операции на планете Аксис давали пусть небольшую, но стабильную прибыль, не подверженную влиянию галактической рыночной конъюнктуры. И руководство компании, в которой подвизался Дэн Нифонтов, это ценило.

Дэн был на Аксисе пятый раз. Первые четыре в качестве ассистента, а нынешний — как полноправный агент компании. Действовал Нифонтов профессионально. Все дела завершил в срок, выдержал параметры, намеченные бизнес-планом. И разгрузку-погрузку оформил без недоразумений. В общем, заслужил право немного развлечься.

Приняв такое решение, Дэн испытал особое удовольствие. Ведь раньше он находился в подчинении, а теперь… Начальство далеко.

Хотя с развлечениями тут было туго. На планете царили патриархальные, можно сказать, пуританские нравы. Предпочитались вполне традиционные, вечные ценности.

Оставалась рутинно познавательная экскурсия по городу, с заходами в унылые музеи.

Не питая особых иллюзий, Дэн покинул гостиницу, огляделся по сторонам.

Лето, середина дня, жарко. В тени под стеной дремал серый пёс, на брусчатке, влажной от капель из оконного кондиционера. Дома не слишком высокие, простенькие. Много зелени. Ровные, постриженные газоны. С ритмичным шелестом работали дождевальные установки, разбрызгивая по кругу струи воды, сверкающие на солнце.

Горожане тихие, вежливые, благостные.

Девушки ходили, не поднимая глаз, в платках, в длинных просторных одеяниях, скрывающих фигуру, в сопровождении родственниц постарше. С мужчинами никаких разговоров не вели. От приезжих, даже таких неотразимых, как Дэн Нифонтов, просто шарахались, несмотря на то, что мужчин здесь катастрофически не хватало, и правительство инициировало комплекс программ, направленных к улучшению демографической ситуации на планете.

Скульптуры на улицах и площадях тоже в скромных одеяниях. Всё чинно, пристойно.

В таких условиях трудно повысить рождаемость.

В общем, скучновато.

Первым делом торговый агент нашёл уютный ресторанчик и со вкусом пообедал, не отказав себе в двух бокалах вина.

Затем вышел на прогулку.

Из проспектов Нифонтов знал, что преступность на Аксисе почти отсутствовала. Если возникали проблемы, то — с приезжими. Основная причина заключалась в том, что на планете Аксис официально использовались мыслесканеры.

Они стояли повсюду — в учреждениях, в общественных местах, в частных жилищах, на транспорте. Мощные компьютеры отслеживали потоки сознания. Криминальные замыслы фиксировались в зародыше и пресекались. Обжулить контрагента, например, втюхать ему недоброкачественный товар или по завышенной цене, было невозможно.

Как уживаются пуританские нравы и современные технологии — вопрос отдельный.

Пройдясь по нескольким музеям, фланируя по тротуару, Нифонтов совсем расслабился. На закутанных девушек смотрел как гурман. Такая целомудренность в одежде уже казалась пикантной, делающей красавиц ещё более соблазнительными. Очертания фигуры длинные одеяния, конечно, скрадывали, но игра складок и порывы налетающего иногда ветра, благодаря которому лёгкая, струящаяся ткань облегала формы, невольно подстёгивали фантазию.

Воображение Дэна разыгралось. Отчасти, наверное, повинны в этом были неожиданно острая, пряная кухня ресторанчика и забористое вино. Отчасти.

Впереди, под конвоем двух раскормленных тёток семенила девушка, с фигуркой, похожей на веретено, которое Нифонтов хорошо рассмотрел в этнографическом музее.

Остро захотелось взглянуть ей в лицо.

Дэн ускорил шаг, идя вдоль чугунной решётки собора.

Но троица вдруг свернула в распахнутые ворота, ступила на посыпанную гравием дорожку, ведущую к храму, степенно её миновала и, поднявшись на крыльцо, скрылась за массивными дверями.

Инопланетный гость мялся не больше трех секунд, после чего решительно вошёл в те же ворота и зашагал по той же дорожке меж зелёных кустов, усеянных крупными лиловыми цветами. Ступени крыльца. Массивные двери.

Внутри была умиротворяющая и довольно сонная атмосфера. Косо падали цветные лучи света из огромных витражных окон. В тёмных углах мерцали огоньки лампад и свечей. Невероятное количество резных колонн и арок. Гулкие своды. Где-то неразборчиво бормотал на местном диалекте сочный баритон. Людей почти не было, единицы и те норовили исчезнуть в хаосе переходов, в лабиринте странных приделов и ещё чего-то, архитектурно вряд ли обоснованного.

Поблуждав наугад по храму, Дэн вырулил на закуток с иконой и небольшим алтарём, перед которым стояла на коленях его пассия. Рядом с ней, по бокам, в коленопреклонённых позах громоздились тётки.

Лиц не было видно.

И всё же Нифонтов умилился. Юная девушка по сравнению с этими глыбами выглядела хрупкой и удивительно соблазнительной.

Коленопреклонённая поза ей очень шла. Ткань облегала нижнюю часть тела…

Вот они, вечные ценности. Не подверженные девальвации и колебаниям спроса.

Дэн сместился, чуть меняя ракурс.

Плавные, округлые, нежные линии давали новую пищу воображению.

В этот волнующий момент он почувствовал, как сильные руки сомкнулись на его локтях.

— Пройдёмте с нами, тихо, но твёрдо произнёс над ухом глуховатый голос.

— Куда? — спросил Нифонтов, успев разглядеть боковым зрением двух мужчин в длиннополых одеяниях.

— Вас ждёт беседа с вершителем правосудия.

— Что?.. — Нифонтов сделал попытку вырваться. Не тут-то было. — Какого правосудия?

— Неподкупного и беспристрастного. Идёмте.

Несмотря на довольно аскетический вид, храмовые служки проявили такую силу, что о сопротивлении думать не приходилось.

Скоро торговый агент был в зале суда, заставленном пустыми скамьями.

Вершитель правосудия, со строгим лицом, в чёрной мантии, сидел за обширным столом. Грозно хмурясь, сверлил Дэна взглядом.

Служки бесшумно откланялись, закрыв за собой дверь.

Судья и начинающий торговый агент были одни в огромном зале.

— Как же вам не стыдно, молодой человек!.. — сказал вершитель скрипучим голосом и укоризненно покачал головой.

Дэн покраснел. Но спешить с признанием вины счёл излишним.

— В чём меня обвиняют? — спросил он холодно, вскинув подбородок.

— В греховных мыслях о невинной девице, помышленных в святом храме, — отчеканил вершитель правосудия и нахмурился ещё более грозно.

«Помышленных…» Вечно юристы изощряются… Как загнул… Нифонтов вспомнил склонённую фигурку девушки.

Это какая нужна дисциплина мышления, чтобы ничего не «помыслить»…

— У вас запрещена эротика? — поинтересовался Дэн, уверенный, что сумеет оправдаться и без адвоката.

Судья усмехнулся:

— Нет, эротика не запрещена. Даже поощряется, в определённых ситуациях, поскольку способствуют повышению рождаемости… Но предаваться эротическим фантазиям в храме — нарушение одного из важнейших законов планеты Аксис.

— Вот как?..

— Да, молодой человек. Важно и то, что помышлено, и то, где помышлено, и то — когда помышлено.

— И о ком, — внутренне хмыкнул Нифонтов.

— Правильно, — кивнул судья, тут же считавший мысль с помощью стоявшего на столе мыслесканера.

Дэн возмутился:

— А как же неприкосновенность частной жизни?

— Мыслесканеры установлены для общего блага. Себя оправдывают. Позволяют обходиться без нудной процедуры сбора и предъявления доказательств.

— Убеждаюсь на своём опыте, Я изучал законодательство Аксиса, без этого меня просто не допустили бы к работе. И что-то я не припомню такого закона.

— Думаю, в силу вашей профессии, вы уделили внимание разделам, прямо связанным с торговлей. И некоторым смежным областям. Свод религиозных законов в лучшем случае пробежали вскользь, под углом зрения профессиональных интересов. Повидал я тортовых агентов. Знаю вас как облупленных.

— И что мне светит? — небрежно полюбопытствовал Нифонтов. — В смысле грозит?

Лицо судьи мгновенно заледенело:

— Согласно части восьмой статьи тридцать шестой Религиозного кодекса планеты Аксис. Эротические мысли в святом храме о невинной девице, находящейся в том же святом храме, есть осквернение святого храма. Невинность девицы Эшель из рода Уголо засвидетельствована в установленном порядке. Осквернение храма законодательствам планеты Аксис отнесено к категории самых тяжких преступлений и карается пожизненным заключением.

Дэн едва не упал со стула. Он-то убивался, думая о штрафе и и о заключении сроком в неделю, а тут — пожизненное заключение!..

Его словно окатили большим количеством воды, близкой к температуре замерзания.

Может, он чего-то не понял, ослышался?

— Девушка оскорблена вашим непристойным поведением, — строго добавил судья. — Она вправе заявить иск об оскорблении чести и достоинства.

— Об оскорблении?.. Каким поведением? Я же ничего не сделал!

— Судить вас будут по мыслям вашим. Мысль — деяние. Вам, молодой человек, следует поработать над культурой мышления… В исправительном учреждении помогут. Там есть хорошие специалисты, опытные педагоги.

— В исправительном учреждении?.. В тюрьме?..

Судья вздохнул:

— Dura lex, sed lex. Вы латынь изучали?

— Вскользь…

Судья опять вздохнул:

— Сейчас всё изучают вскользь.

В скрипучем голосе вершителя Нифонтов уловил нотку сочувствия. И воскликнул:

— Я же не знал о законе! Я с другой планеты!

— Незнание закона, как известно и школьникам младшим классов, не освобождает нарушителя от всей полноты ответственности за нарушение закона.

— Я требую встречи с консулом! Я требую встречи с адвокатом!..

Судья помолчал, опустив взгляд. И произнёс ровным тоном, каким ребёнку объясняют совершенно очевидные вещи:

— Мыслесканер не допускает искажения, сокрытия истины. Вами совершено преступление. Вина доказана в момент фиксации правонарушения. Кроме того, процесс транслируется в реальном времени заинтересованным лицам, вашим родителям, вашим работодателям, вашему консулу, вашему адвокату. Все получают исчерпывающие сведения о процессе, а также о вытекающих из обстоятельств дела юридических последствиях для вас. Благодаря информационным технологиям, процедура сокращена. В присутствии консула или адвоката необходимости не имеется. Уже приведены и рассмотрены все аргументы как со стороны обвинения, так и со стороны защиты… Без судьи тоже можно обойтись. Но всё же необходим какой-то элемент человечности. Любое дело нужно рассматривать с искренним участием. Согласны?

— Да, конечно…

— Вы находитесь на территории суверенной планеты Аксис и осуждены в соответствии с её законодательством. Прошу встать для заслушивания вердикта.

— Уже?.. — Подсудимый ошалело встал.

— Даниил Юрьевич Нифонтов! За ваши непристойные мысли в святом храме о невинной девице Эшель из рода Уголо, находившейся в том же святом храме, вы приговариваетесь к пожизненному заключению с отбыванием срока в тюрьме общего режима.

Судья взял в руку деревянный молоток и стукнул по специальной, круглой и плоской, деревяшке, лежащей на столе. Правосудие на планете Аксис работало неотвратимо и стремительно, как гильотина.

Дэн затрясся, едва удержавшись на ногах.

— Я взываю к состраданию… — пролепетал он.

— Приговор вступает в силу с момента оглашения, — сообщил ему судья. — Напоминаю, согласно части восьмой статьи семьдесят третьей УПК, в течение семи дней решение суда может быть обжаловано. Вы намерены воспользоваться этим правом?

— Да, конечно!..

Судья, ткнув пальцем сенсор на пульте, встроенном в крышку стола, прочитал с экрана:

— Определение суда высшей инстанции: оставить решение суда первой инстанции без изменения. Определение суда высшей инстанции вступает в силу немедленно. Вы намерены заявить ходатайство о помиловании?

— Да, конечно… — сказал Нифонтов, уже догадываясь, что услышит в ответ.

Судья ткнул пальцем сенсор и прочитал:

— В удовлетворении ходатайства отказано.

Торговый агент почти не отреагировал на появление двух полицейских, вышел из кабинета как под наркозом, не чуя ног. В исправительное учреждение прибыл в глубоком ступоре.

Видеозвонки родных и коллег по работе не улучшили его морального состояния.

Туман в сознании держался около суток. Потом заключённый стал приходить в себя и реагировать на окружающее. Отчего испытал ещё одно сильнейшее потрясение.

К исходу вторых суток начинающий торговый агент был духовно сломлен.

Вся жизнь коту под хвост из-за пары игривых мыслей…

Разве это справедливо?

Утром его куда-то повезли. Сидя в зарешеченном отсеке, он смотрел в одну точку и не ожидал перемен к лучшему.

Очень удивился, оказавшись в памятном зале суда, один на один с тем же вершителем правосудия.

В голове робко шевельнулась мысль о судебной ошибке и отмене приговора.

— Нет, — усмехнулся вершитель, считавший эту мысль с экрана мыслесканера. — Ошибка исключена. Отмена приговора исключена. В суд обратилась девица Эшель из рода Уголо.

Сердце у Нифонтова оборвалось.

— Господи… — едва слышно пролепетал он.

Ему ли, уже приговорённому к пожизненному заключению, опасаться иска об оскорблении чести и достоинства? Заявление девицы Эшель показалось несчастному ударом, превышающем всякую меру и потому особенно жестоким…

Вершитель правосудия откашлялся и прочитал с экрана:

— Девица Эшель из рода Уголо, проникшись сочувствием к судьбе юноши, угодившего в исправительное учреждение во цвете лет и обречённого провести всю жизнь в заключении, обратилась в суд с ходатайством.

«О помиловании?!» — вспыхнуло в сознании Дэна.

— Вовсе нет, — покачал головой судья. — Ваше преступление из разряда самых тяжких. Помилование исключается. Тем не менее законодательство планеты Аксис, руководствуясь гуманными соображениями, допускает замену пожизненного заключения браком с девицей, послужившей невольной причиной совершённого преступления.

До Нифонтова не сразу дошёл смысл ходатайства.

В служебных инструкциях на это обстоятельство указывалось. Руководство советовало проявлять осторожность. Старшие коллеги предупреждали.

На планете имелся демографический перекос. Не хватало мужчин.

И падала рождаемость.

Клиенту, получается, дают созреть. Когда же он созреет, появляется невинная девица и спасает грешника от пожизненного заключения. Собой жертвует.

Демографическая программа в действии.

Судья вновь заговорил:

— До принятия решения вы имеете право на три свидания с девицей Эшель в присутствии обоих её родителей. Вы намерены воспользоваться этим правом?

Да, кивнул Дэн, получив, наконец, возможность заглянуть в лицо погубительницы.

Тем временем судья взял в руку деревянный молоток и стукнул по круглой деревяшке.

Выйдя из зала, Нифонтов случайно обернулся.

Конвоир закрывал дверь, по Дэн успел заметить краем глаза, как грозный судья таял в воздухе, наподобие картинки, созданной голографическим проектором.