Инновационная шизофренизация

Инновационная шизофренизация

Из доклада Г. Малинецкого вырисовывается недвусмысленная картина. С одной стороны, только инновационная модель развития позволит России не распасться, и власти это признают. С другой стороны, они же, говоря об инновационном прорыве РФ, на деле наносят тяжелейшие удары по тем сферам и структурам, от которых зависит успех перехода страны на инновационную модель экономики. Налицо настоящая «шизофренизация». А на фоне этого США ускоренными темпами движутся в новый технологический уклад, строят новый мир. Их планы впрямую угрожают будущему РФ, бросают нам вызовы. Американцы, в отличие от нас, активно создают будущее.

Первый пример «шизофренизации» — бездарная реформа образования в РФ, связанная с «болонизацией» и введением единого госэкзамена (ЕГЭ). Эти «инновации» реально ведут к разрушению основы основ инновационного развития — высококачественного русско/советского образования. Качество обучения падает. При этом и ЕГЭ, и всякие бакалавриаты-магистратуры в штыки встречаются большинством общественности. Тем не менее «реформа» продолжается.

Модернизация российского образования:

• Болонская конвенция

• Переход к системе «бакалавриат + магистратура»

• Единый государственный экзамен ЕГЭ-2008

Двойки:

— Математика — 23,5%.

— Русский язык — 11,2%.

По словам профессора Малинецкого, у него сейчас «на отзыве» — федеральный госстандарт по шести специальностям, где Институт прикладной математики РАН — признанный лидер. Это касается прикладной математики, математики и механики, математического моделирования. И уже видно: так называемые бакалавры в этих специальностях никакого знакомства с наукой не получат. Идёт сокращение аудиторных часов: там, где в СССР было 36 часов, новый стандарт оставляет 27.

— То, что творится сейчас, — симуляция, имитация образования, — рассказывает заместитель директора ИПМ. — Читая лекции в МГТУ имени Баумана, в Физтехе и МИФИ, я это отлично вижу. Студенты не учатся, как в СССР, пять-шесть лет. Реально посещая занятия два с половиной года, они затем, как говорят в шутку, получают специальность «слесаря-программиста» и уходят работать на неполный день, за тысячу долларов в месяц. А учёба идёт побоку…

Но что будет со страной, если образование наше развалится? А его — под речи об инновационном прорыве РФ — именно разваливают!

Вторая игнорируемая властью проблема — слом инновационного цикла.

Каким он был в СССР? Сначала — фундаментальные исследования, условно говоря — на рубль. Потом — прикладные исследования, уже — 10 рублей. Далее шло создание технологий и вывод их на рынок — это уже 100 рублей затрат. Потом следовала реализация новых товаров и услуг, осуществление появившихся возможностей. Затем шла экспертиза всего этого, выявление возникших проблем и постановка новых задач, и снова начинались фундаментальные исследования.

Весь этот цикл в РФ разгромлен. Нет больше прикладной науки. Негде использовать новые разработки: в России погибли высокотехнологичные промышленные гиганты. Есть отличные биотехнологии, но нет нашего «Проктора и Гэмбла», который их мог бы востребовать. Что толку от великолепных исследований в аэродинамике, если больше нет отечественных аналогов «Боинга» — фирм Туполева, Яковлева, Ильюшина, Антонова? Авиастроение в РФ еле теплится. Разрушение образования — тоже слом инновационного цикла. Экспертизы тоже больше нет, попытки её восстановить блокируются на всех уровнях.

Ещё в 2001 году президент В. Путин поставил перед наукой задачу: проводить экспертизу решений, принимаемых государством, строить прогнозы и планы на будущее, создать систему предупреждения чрезвычайных ситуаций. И что же? Эта работа блокируется на уровнях Академии наук, правительства и даже администрации президента.

Таким образом, сегодня инновационное развитие РФ намертво заклинено, его механизм умело поломан.

Как пример Г. Малинецкий приводит профанацию с созданием госкорпорации «Роснано». В структуру вкачаны огромные деньги, во главе поставлен Чубайс, все ждут, когда начнётся торговля нанотехнологиями.

— Но позвольте! Во всём мире занимаются прежде всего нанонаукой и наноинженерией, а технологии будут позже. Так всюду, но только не в РФ. Нанотехнологии — финальная часть цикла, а «Роснано» собралась, метафорически выражаясь, доить корову, которую ещё не вырастили и не выкормили, — рассказывает Георгий Геннадьевич, один из создателей Нанотехнологического общества России. — Получается сущая «панама»!

А, во-вторых, нанотехнологии «ближнего прицела» (до создания наноассемблеров-сборщиков) должны применяться в имеющихся отраслях промышленности. Это как острые специи к основным блюдам. Каковы они на сегодня? Где применяются нанотехнологии «ближнего прицела»?

Мощной биотехнологической промышленности, работавшей в СССР, больше нет. У нас уничтожено производство систем накопления информации и полупроводников, не делаются новые материалы. Производство полимеров еле теплится. Ну и где мы будем использовать технологии, что собирается создавать «Роснанотех»? За рубеж с ними идти? Но там уже места под солнцем поделены, русских никто не ждёт. Взглянем на диаграмму глобального раздела рынка нанотехнологий.

Доля в мировом рынке

Я спросил обо всём этом у одного из заместителей Анатолия Чубайса. Мол, у кого и за счёт чего мы рынок отвоюем? Его ответ поразил до глубины души: «Ещё не знаю, но мало никому не покажется!» В общем, чего тут думать — трясти надо, как в анекдоте про прапорщика и шимпанзе. В общем, шапками закидаем супостата! Мы пробовали изложить наши соображения другим руководителям «Роснано». Мол, вы специи хотите делать, но для какого блюда? В ответ слышим: «Это надо осмыслить…»

Они об этом даже не задумывались…

Георгий Малинецкий как пример «шизофренизации» государства привёл корректировку бюджета на 2009 год, проведённую Минфином. Итак, какие статьи в стране, заявившей о борьбе с кризисом и о переходе на инновационные рельсы, были сокращены, а какие — увеличены?

* * *

Уменьшили:

Инфраструктура: –56,4%.

Субсидии бюджетам субъектов РФ: – 9,9%.

Функционирование Вооружённых сил РФ: –8%.

Дорожное хозяйство: –26,2%.

Высшее образование: –6,4%.

Культура: –22%.

Фундаментальные исследования: –9,4%.

Органы безопасности: –3,4%.

Увеличили:

Помощь дотационным регионам: +34,2%.

Транспорт (безопасность): +19,2%.

Телевидение и радиовещание: +34,9%.

Топливно-энергетический комплекс: 40,3%.

— У нас решили помочь «Газпрому», сырьевому сектору! — возмущается исследователь. — У нас, оказывается, слабые радио и телевидение! Наверное, не хватает «Дома-2» — нужны «Дом-3, 4, 5…». А кто у нас в «отстое»? Инфраструктура. Как будто бы в РФ инфраструктура не в угрожающе изношенном состоянии. Как будто все страны мира не выходили из кризиса, вкладывая деньги прежде всего в инфраструктуру! Вы опыт Франклина Рузвельта вспомните. Или опыт нынешнего Китая. А у нас всё наоборот.

Что там ещё сажают на голодный финансовый паёк? Важнейшие для инноватики сферы: Вооружённые силы, высшее образование, фундаментальные исследования, культуру. Чистейшей воды шизофренизация: новая Стратегия нацбезопасности в одну сторону тянет, бюджет — в другую…

По мнению исследователя, без создания нового инновационного механизма, без подъёма отечественной перерабатывающей индустрии и без ликвидации шизофрении в политике государства все разговоры об инновационном развитии РФ пустые словеса.

Общество

Плоды холодной гражданской войны

Есть ещё одна проблема национального масштаба, что на корню режет всякое инновационное развитие. Это невероятное расслоение общества в РФ, его обнищание, настоящая холодная гражданская война в стране.

— Вот имущественная структура стабильного общества: небольшой бедный класс (красный цвет), большой средний класс (белая область) и небольшая богатая верхушка (синий), — поясняет профессор Малинецкий.

Чтобы средний класс был многочисленным, а разница между богатством и бедностью не разверзалась в пропасть, государство на Западе проводит антимонопольную политику, строит «социальные лифты», развертывает социальные программы. В итоге и бизнесмены, и средний класс, и государство кровно заинтересованы в инновационном развитии.

А вот — «двугорбая» структура общества в Российской Федерации. Ничтожный средний класс, много бедных и нищих — и огромная концентрация богатств у меньшинства населения. (Причём это меньшинство богатело и богатеет на сырьевом бизнесе и на криминальных схемах присвоения богатства.) Не работают «социальные лифты», бедность носит безнадёжно-застойный характер.

Двугорб

По сути дела, перед нами — два разных народа, богатые и бедные. И у них — совершенно противоположные интересы в сфере инноваций. Скажем, бедные и средние хотели бы получить отечественные, высокоэффективные и недорогие лекарства — а не дорогие импортные. Или не импортные фальсификаты по запредельным ценам. А богатым на это наплевать: они рассчитывают лечиться за границей и пользоваться проверенным импортом. Цены их не волнуют. И получается так: в РФ в инновациях больше всего заинтересованы те, кто не имеет денег. Те же, кто «над златом чахнет», инновациями заниматься не хотят. Их интересы — за границей. Они в России рассчитывают «поматросить и бросить» — типичная «вахтово-офшорная» «элита», к тому же сырьевая.

И пока мы не уничтожим чудовищное имущественное расслоение, пока не запустим «социальные лифты», пока не воссоздадим многочисленный средний класс (имевшийся в СССР) и не вырастим новую (высокотехнологичную) элиту — Россия продолжит тонуть в трясине отсталости…

Конец «энергетической сверхдержавы»

Видимо, верхи РФ «в подкорке» сами пока не верят в возможность инновационного варианта развития, по-прежнему в глубине души уповая, как и в 1991-м, на экспорт углеводородов. Но Георгий Малинецкий безжалостно развенчивает эти мечтания:

— Давайте не лгать самим себе: время «нефтяной цивилизации» заканчивается. И дело не только в том, что в США вот-вот примут грандиозную программу использования солнечной энергетики. Судя по всему, доступных, относительно лёгких в разработке месторождений «чёрного золота» уже нет: за последние четверть века не было открыто ни одного нового «Кувейта». Сейчас каждая третья тонна нефти добывается либо на шельфе, либо в океане, сквозь толщу вод до 2 километров. Добыча углеводородов скоро начнёт падать.

Однако это падение не приведёт к росту цен на нефть. Почему — скажу ниже.

Отметим, что Российская Федерация с её семью процентами в мировом нефтяном балансе и разваленной системой геологоразведки не в состоянии даже пошевелить мировые цены на углеводороды. Никаким «Энергогарантом» она быть не в состоянии.

Лучшие времена её нефтедобычи уже позади. Достаточно посмотреть на график.

При этом есть все основания ожидать, что мировое падение нефтедобычи не приведёт к росту цен на нефть! Ведь в США (основном мировом потребителе нефти) через Конгресс проходит грандиозная программа развития солнечной энергетики. Американцы намереваются, повысив КПД солнечных батарей всего на 1%, покрыть их панелями пустыни Аризоны и Невады, где безоблачно и жарко почти круглый год. Намеченные рубежи: с помощью солнечных установок производить 65% энергии, потребляемой страной, и 35% — тепла. У нас почему-то не говорят об этой программе, а ведь она — смертный приговор России в её нынешнем «углеводородном» виде.

Кажется, наши власть предержащие боятся заглянуть в будущее и не решаются что-то толком спланировать. А делать это тем не менее придётся. Потому что мы стоим на пороге совершенно нового мира…

Добыча нефти

Слова Малинецкого о конце «мира нефти» отнюдь не преувеличение.

Выступая в апреле 2009 года на ежегодном собрании Национальной академии наук США, новый президент очертил перед ней внушительный фронт работ.

Как заявил президент США, пора опять становиться мировыми лидерами в науке и образовании.

— Мы будем выделять более 3% ВВП на исследования и разработки. Мы не просто достигнем, мы превысим уровень времён космической гонки, вкладывая средства в фундаментальные и прикладные исследования, создавая новые стимулы для частных инноваций, поддерживая прорывы в энергетике и медицине и улучшая математическое и естественно-научное образование! — заявил американский лидер, срывая аплодисменты аудитории.

Он же обрисовал и фронт задач, стоящих перед наукой: солнечные батареи, дешёвые, как краска; «зелёные» здания, сами производящие всю энергию, которую потребляют; компьютерные программы, занятия с которыми столь же эффективны, как индивидуальные занятия с учителем; протезы, настолько совершенные, что с их помощью можно будет снова играть на пианино; расширение границ человеческого знания о себе и мире вокруг нас.

Косвенно Обама признал, что США до сих пор ехали на запасе фундаментальных открытий полувековой давности. Теперь следует добиться нового продвижения в фундаментальном знании, причём перспективные открытия «будут питать наши успехи в течение следующих пятидесяти лет». «Только так мы добьёмся того, что труд нынешнего поколения станет основой прогресса и процветания в XXI столетии в глазах наших детей и внуков».

Принято решение о поддержке всего спектра фундаментальной науки и прикладных исследований: от научных лабораторий знаменитых университетов до испытательных площадок инновационных компаний. На основании Закона о восстановлении и реинвестировании в Америке (American Recovery and Reinvestment Act — пакет мер no стимулированию американской экономики, подписанный президентом США 17 февраля 2009 г.) и при поддержке Конгресса администрация США уже обеспечивает крупнейшее в американской истории вливание средств в фундаментальные исследования.

— Говоря словами Ванневара Буша, советника по науке президента Франклина Рузвельта: «Фундаментальные исследования — это научный капитал», — заявил Барак Обама. — Дело в том, что исследование того или иного конкретного физического, химического или биологического процесса может не окупиться в течение года, или десятилетия, или вообще никогда. Но когда оно окупается, выгодами от его использования чаще всего пользуются и те, кто платил за исследования, и те, кто не платил.

По этой причине частный сектор обычно недостаточно инвестирует в фундаментальную науку, и в этот вид исследований должно инвестировать государство (public sector): хотя риски здесь могут быть велики, но столь же велики могут быть и выгоды для всей экономики и нашего общества.

Никто не может предсказать новые приложения, которые будут порождены фундаментальными исследованиями: новые методы лечения в наших больницах, новые эффективные источники энергии, новые строительные материалы; новые культуры растений, более устойчивые к жаре и засухе.

Именно в ходе фундаментальных исследований был открыт фотоэлектрический эффект, на основе которого позднее были созданы солнечные батареи. Именно фундаментальные исследования в области физики в конце концов привели к возникновению компьютерной томографии. Расчёты, используемые в сегодняшней спутниковой GPS-навигации, основаны на уравнениях, записанных Эйнштейном более столетия назад.

Дополняя инвестиции Закона о восстановлении, предложенный мною бюджет — его версии уже прошли и палату представителей, и Сенат — ещё больше увеличивает исторические вложения в научные исследования, содержащиеся в плане восстановления…

Должен быть удвоен бюджет ключевых агентств, включая Национальный научный фонд, основной источник финансирования фундаментальных исследований, а также Национальный институт стандартов и технологий, поддерживающий широкий круг исследований — от улучшения информационных технологий в здравоохранении до измерения уровня углекислого газа в атмосфере. От разработки принципов построения «умной сети» электропередач до развития передовых производственных технологий.

Удваивается финансирование отдела науки в министерстве энергетики, в ведении которого находятся ускорители, суперкомпьютеры, мощные синхротроны и лабораторные комплексы для создания наноматериалов.

Чтобы не рассчитывать только на государство, властями США вводятся налоговые вычеты в пользу исследований и экспериментов. Они возвращают в экономику по два доллара на каждый потраченный доллар, поскольку благодаря им компании смогут позволить себе высокие затраты на разработку новых идей, технологий и продуктов. И если раньше эти налоговые льготы были временными, то теперь их переводят на постоянную основу.

Главным же мегапроектом развития администрация Обамы делает создание «экономики XXI века», базирующейся на «чистой» энергии.

— Когда Советский Союз запустил спутник чуть более полувека назад, американцы были ошеломлены. Русские опередили нас в космосе. И мы оказались перед выбором: признать своё поражение или принять вызов. И, как всегда, мы решили принять вызов.

Президент Эйзенхауэр подписал закон о создании НАСА и об инвестициях в естественно-научное и математическое образование, от начальной школы до аспирантуры. И всего несколькими годами позже, через месяц после его послания к ежегодному собранию Национальной академии наук 1961 года, президент Кеннеди сделал смелое заявление на объединённой сессии Конгресса о том, что Соединённые Штаты пошлют человека на Луну и обеспечат его благополучное возвращение на Землю.

Эта цель сплотила научное сообщество, и оно приступило к её достижению. И в результате удалось сделать не только те первые шаги по Луне, но и гигантские скачки в развитии знаний здесь, у нас дома. Программа «Аполлон» создала технологии, которые помогли улучшить почечный диализ и системы очистки воды; датчики для обнаружения опасных газов; энергосберегающие строительные материалы; огнеустойчивые ткани для пожарных и солдат. В более широком смысле, громадные инвестиции того времени — в науку и технологии, в образование и обеспечение исследований — создали мощный поток любопытства и творчества, принесшего неисчислимую пользу. Стоящие перед нынешним поколением вызовы, такие как необходимость преодолеть нашу зависимость от ископаемого топлива, не сводятся к единичному событию вроде запуска спутника. Это во многих отношениях усложняет наши задачи. И тем существеннее для нас быть постоянно сконцентрированными на предстоящей работе.

Но энергетика — это наш важнейший проект, важнейший проект этого поколения. И вот почему я поставил целью для нашей страны — уменьшить к 2050 году выбросы парниковых газов более чем на 80%. И вот почему я провожу, в согласии с Конгрессом, политику, которая поможет нам достичь этой цели! — заявил Б. Обама.

За счёт налоговых льгот, обеспечивая гарантии займов и предлагая гранты для поощрения инвестиций, его администрация надеется создать стимулы для удвоения возможностей страны производить энергию из возобновляемых источников в ближайшие несколько лет. Ибо благодаря исследованиям и разработкам, финансируемым из федерального бюджета, стоимость солнечных батарей за последние три десятилетия уменьшилась в десять раз. Бюджет в 150 миллиардов долларов — вот что предусматривается для инвестирования (в течение 10 лет) в возобновляемые источники тепла и электричества, а также в повышение эффективности использования энергии.

Обама объявил о том, что в стране создаётся Агентство передовых исследовательских проектов для энергетики, или ARPA-E.

Шаг — глубоко символичный и крайне настораживающий для русских. Дело в том, что в данном случае создаётся энергетический двойник знаменитого Агентства по передовым разработкам при Пентагоне (DARPA). В своё время эта структура была создана при администрации Эйзенхауэра как ответ на прорыв СССР в космос 1957 года. ДАРПА стала государственным механизмом финансирования самых венчурных и прорывных разработок, выведшим Америку на передовые рубежи. Ибо изначально ставка делалась на технологии двойного назначения, способные давать резкие толчки экономическому развитию страны. Интернет — лишь один из примеров тех работ, что сначала финансировались через ДАРПА. Здесь же — технология «стелс» и глобальная система позиционирования GPS. ДАРПА вкладывала деньги туда, куда никогда не вложит свои капиталы частный бизнес.

ARPA-E, создаваемое сейчас, должно заниматься исследованиями того же рода: научными разработками высокого риска и с потенциально высокой отдачей. Параллельно администрация США планирует заниматься разработкой всеобъемлющих законодательных мер, обеспечивающих ограничение выбросов парниковых газов через рыночные механизмы. В США хотят сделать прибыльным использование возобновляемых источников энергии.

Если этот проект увенчается успехом, РФ, равно как и иные углеводородные страны, ждёт жесточайший социально-экономический кризис. Если мы не успеем перевести экономику на инновационные рельсы развития, нас ждёт крах.

Всё это — серьёзнейший вызов для Российской Федерации. США намерены совершить скачок в развитии, который объективно покончит с нефтесырьевой экономикой РФ в её нынешнем виде.

Нужен адекватный русский ответ.

Но, как вы понимаете, наши правящие мрази никакого адекватного ответа дать не смогут. Ибо они — низшая раса клептократов. Образование в РФ успешно уничтожается, бал в образовательной реформе правят не практики, а тупые чинуши с либеральным идиотизмом в голове. Ну, а для инноваций в сырьевой экономике РФ нет спроса. Бело-сине-красной сволочи у власти вообще опасно и инновационное развитие, и рост числа действительно образованных людей. Им нужны пивные дебилы, млеющие от Медведевых и Путиных да хорошо — в силу своего идиотизма — управляемые примитивным кремлёвским пиаром.

Только новая русская власть сможет справиться с таким вызовом.

Однако вернёмся к докладу Георгия Малинецкого…

Данный текст является ознакомительным фрагментом.