Глава 29 КАК США «УПУСТИЛИ» КУБУ

Глава 29

КАК США «УПУСТИЛИ» КУБУ

Хотя в своих предвыборных речах кандидат в президенты Джон Кеннеди говорил о «высоких идеалах Америки», которые оказались забытыми его предшественниками, с первых дней пребывания у власти 35-го президента (20 января 1961 г. — 22 ноября 1963 г.) стало ясно, что новый президент продолжил курс гонки вооружений и экспансии. Стремление правительства Д.Ф. Кеннеди продолжать агрессивную политику Трумэна — Эйзенхауэра проявилось в первые же дни его пребывания у власти по отношению к маленькой Кубе.

Как было сказано выше, на протяжении всей истории США Куба являлась объектом захватнических планов Вашингтона. К 1959 году производство сахара, главной хозяйственной культуры Кубы, его переработки, его экспорт принадлежали «Юнайтед фрут» и другим американским монополиям. Они же владели четвертью лучших земель острова. Американцы держали в своих руках 90 % скотоводства, 90 % горнодобывающей промышленности, 80 % коммунального хозяйства. Брат президента и его главный эксперт по Латинской Америке Мильтон Эйзенхауэр писал: «Стоимость американских капиталовложений на Кубе, государственных и частных, составляла примерно один миллиард долларов. Эти капиталовложения создавались в течение многих лет, начиная с периода испанского колониализма и включая последовавшие режимы, особенно в период диктатуры Батисты». К концу 50-х годов 68,9 % кубинского экспорта направлялось в США, а 80 % кубинского импорта поступало из США.

Хозяйничанье американских монополий США на Кубе сопровождалось, как и везде в Латинской Америке, сохранением помещичьих порядков, отсталости и нищеты. Американский исследователь Роберт Смит писал: «Проблема неграмотности продолжала быть острой на Кубе, особенно в сельских районах… В стране было более 200 тысяч семей, у которых не было совсем земли. Сельскохозяйственные рабочие трудились редко более трех месяцев в год». В 1956–1957 годах одна треть населения была безработной или частично безработной. К началу революции число безработных достигло 738 тысяч человек.

Однако правящие круги США были заинтересованы не в развитой и процветающей, а политически стабильной Кубе под жестким американским контролем. Перед Второй мировой войной Д. Гантер писал: «С точки зрения национальной обороны наш генеральный штаб придает Кубе такое же значение, как Флориде… Мы никогда не можем позволить какой-либо иностранной державе установить здесь свой контроль». Гарантом такого контроля был Фульгенсио Батиста, который с небольшими перерывами управлял Кубой то прямо, то через посредство своих ставленников на протяжении двух десятилетий.

Как впоследствии признавал Р. Кеннеди, правительство США «поддерживало тиранию Батисты до момента ее развала». Поэтому США были вынуждены после победы революции 1 января 1959 года отозвать своего посла Э. Смита, скомпрометировавшего себя и свою страну откровенной поддержкой жестокой диктатуры. В то же время, как подчеркивали американские историки С. Ше-ер и М. Цейтлин, «отношение к революции в Соединенных Штатах, даже в ее первой фазе, когда экономические интересы США не были затронуты, было в целом враждебным». Исторический опыт, в том числе недавнего прошлого, свидетельствовал о том, что подобное отношение правящих кругов США к латиноамериканским правительствам, в конечном счете, приводило к их свержению в результате прямого или косвенного вмешательства США (Гватемала и Бразилия в 1954 г., Аргентина в 1955 г.)

Опасения вызывали планы руководителей кубинской революции осуществить радикальные общественные преобразования, которые могли бы затронуть интересы американских компаний. По оценке представителя Государственного департамента, «75 % руководителей делового мира, которые поднимали вопрос о Кубе перед департаментом, требовали проведения жесткой политики в ка-кой-либо форме», настаивая на сокращении кубинской сахарной квоты и замораживании кубинских вложений в США. Поводом для развертывания антикубинской кампании стали открытые судебные процессы над представителями режима Батисты, ответственными за бесчеловечные пытки и уничтожение тысяч кубинцев. Член палаты представителей Роджерс направил Фиделю Кастро телеграмму, в которой от имени «народа Америки и всего мира» выражал свое «возмущение политическими казнями, происходящими на Кубе».

В то же время около 15 % представителей делового мира считали необходимым оказать экономическую помощь и поддержку новому правительству Кубы. Противники «жесткого курса» обращали внимание на то, что, несмотря на огромную роль в руководстве революции Фиделя Кастро, его брата Рауля и их единомышленников, ключевые посты в управлении страны занимали «умеренные». Миро Кардона, впоследствии превратившийся в одного из ведущих противников Кастро, вплоть до 17 февраля 1959 года был премьер-министром Кубы, а Уррутиа, впоследствии отошедший от революции, до конца июля 1959 года был президентом страны.

Впоследствии считалось, что, заняв в первые месяцы 1959 года выжидательную позицию, правительство США «упустило» Кубу. В то время Государственный департамент выступил с заявлением, в котором отвергались обвинения кубинцев в поддержке Соединенными Штатами дикататуры Батисты. Одновременно были предприняты попытки «прощупать» Фиделя Кастро, который с 17 февраля 1959 года стал премьер-министром страны. Кастро был приглашен в США, где его приняли министры США и вице-президент Никсон.

Последний предъявил Кастро списки кубинских государственных служащих, которые, поданным американской разведки, «сочувствуют коммунизму». Никсон потребовал их немедленного удаления из правительственного аппарата. Позже Р. Никсон писал: «Я пришел к выводу, что Кастро проявляет потрясающую наивность или же подчиняется коммунистической дисциплине, и мы должны поступить с ним соответствующим образом». По словам Мильтона Эйзенхауэра, сразу же после окончания встречи с Фиделем Кастро «вице-президент на память записал на десятке страниц эту красноречивую беседу» и сформулировал практические выводы для правительства США. В этом меморандуме Р. Никсон предлагал: «Необходимо немедленно вооружить группу кубинских эмигрантов для свержения Кастро», а затем «высадить их на берег, чтобы устранить режим, столь опасный для американского предпринимательства и интересов безопасности на острове».

А вскоре в Майами была учреждена контора «Дабл Чекере корпорейшн», через которую ЦРУ стало финансировать операции против Кубы. По словам кубинского эмигранта Р. Л. Фрескета, «ЦРУ стало бороться с кубинским правительством с 14 мая 1959 года».

Одновременно правительство США оказывало давление на правительство Кубы, чтобы заставить его отказаться от намеченных социально-экономических преобразований. Однако в мае 1959 года был опубликован проект аграрной реформы, установивший предельные размеры пахотных земель в 4000 га. (Впоследствии на Кубе были осуществлены более радикальные аграрные преобразования.)

Реформа ударила по американским собственникам сахарных плантаций, представители которых в конгрессе США тут же заявили о необходимости принять энергичные меры против Кубы. В конгресс было направлено письмо председателя правления сахарной компании «Асукарера Атлантика дель Гольфо» Джона Леба, который требовал не возобновлять закон о сахаре, регламентирующий квоту закупок этого продукта на Кубе.

При этом утверждалось, что политика Кубы угрожает безопасности США. Сенатор Истленд уверял, что возникла угроза для Панамского канала. Сенатор Л.Б. Джонсон предлагал немедленно прекратить военную помощь Кубе.

Кубинское правительство не отступило перед американским шантажом. Закон об аграрной реформе был принят. Тогда 2 июля 1959 года была внесена поправка Джонстона к закону о взаимном обеспечении безопасности. Поправка запрещала оказание военной помощи тем странам, которые осуществляют национализацию собственности американских компаний. С осуждением поправки выступил сенатор Фулбрайт, отметивший роль американских сахарных монополий в развязывании антикубинской кампании. Поправка была отклонена, но с небольшим перевесом (44 голосами против 39).

К этому времени развернулась новая антикубинская кампания. Поводом для нее послужили сообщения о высадке группы революционеров на берегу Панамы весной 1959 года. Выступая в начале июля 1959 года на пресс-конференции, президент США Дуайт Эйзенхауэр заявил: «Нет смысла закрывать глаза на события в Центральной Америке и Карибском море, но мы обращаемся прежде всего, к Организации американских государств, чтобы она взяла на себя инициативу, иначе нас назовут империалистами или чем-нибудь в этом роде».

На 12 августа в Сант-Яго (Чили) была назначена конференция министров иностранных дел стран ОАГ. За два дня до ее открытия на Кубе был раскрыт антиправительственный заговор, в организации которого принимали участие агенты доминиканского диктатора Трухильо. Поскольку этот одиозный диктатор давно вызывал ненависть во многих странах Латинской Америки, немало участников конференции в Сант-Яго вместо критики правительства Кастро выступили с резким осуждением режима Трухильо, опиравшегося на помощь США. Вопреки предложению государственного секретаря США К. Гертера опубликовать декларацию «доверия основным принципам межамериканской системы», которая была бы направлена против Кубы, декларация Сант-Яго осудила диктаторские режимы в Латинской Америке. Было провалено и американское предложение о создании «специальной временной комиссии для изучения положения в районе Карибского моря». После окончания конференции министр иностранных дел Кубы Рауль Роа констатировал: «Нам удалось сорвать международный заговор против Кубы; мы смогли развеять идею создания полицейских сил под эгидой диктаторов района Карибского моря».

Однако беспрецедентное поражение американской дипломатии в ОАГ не остановило дальнейших антикубинских акций США. Очередному протесту Государственного департамента США против аграрной реформы на Кубе от 12 октября 1959 года предшествовала бомбардировка сахарного завода в Пинар дель Рио 1 1 октября, совершенная кубинскими эмигрантами с территории Флориды. Среди членов экипажа сбитого бомбардировщика были два американских пилота. Этот налет, а также последовавшие за ним налеты осуществлялись при поддержке ЦРУ.

Через десять дней американский самолет В-25, пилотируемый кубинским эмигрантом, бомбил Гавану. Одновременно был раскрыт антиправительственный заговор. В ноте от 27 октября кубинское правительство призывало правительство США отказаться от непризнания «исторической реальности нынешней революции» вопреки «финансовым интересам группы американских граждан». Нота осталась без ответа.

29 декабря 1959 года президент Кубы Освальдо Дор-тикос обратился к правительству США с предложением подписать новое американо-кубинское торговое соглашение. Однако правительство США не ответило на это предложение и отозвало посла Бонсала из Гаваны. Одновременно в конгрессе США развернулись дебаты по вопросу о продлении закона о сахаре на 4 года. Представители сахарных монополий, имевших интересы на Кубе, а также представители штатов, в которых сахар производился из сахарной свеклы, требовали резкого сокращения кубинской квоты. Сенаторы Китинг, Джонстон и Бат-лер требовали от правительства «более смелых действий» по отношению к Кубе и вспоминали «политику большой дубинки».

По американскому телевидению постоянно показывали антикубинские передачи. Время развертывания кампании было выбрано не случайно. В начале февраля 1960 года в Гаване начались переговоры между советской правительственной делегацией во главе с первым заместителем председателя Совета министров СССР А.И. Микояном и кубинским правительством по вопросам экономического сотрудничества. 13 февраля было подписано соглашение о предоставлении советского кредита Кубе на сумму в 100 миллионов долларов и закупке Советским Союзом крупной партии кубинского сахара. Через два месяца были восстановлены советско-кубин-ские отношения, прерванные при Батисте.

Ответом на советско-кубинские соглашения стали враждебные действия США против Кубы. 29 февраля правительство США отвергло предложение Кубы от 22 февраля о решении спорных вопросов путем переговоров. В американской ноте говорилось: «Правительство Соединенных Штатов должно сохранять свободу во имя осуществления своего суверенитета, принять любые шаги, которые оно сочтет необходимыми в соответствии с международными обязательствами в защиту законных прав и интересов своего народа».

О том, какие «шаги» имели в виду США, стало ясно после взрыва 4 марта 1960 года в гаванском порту судна «Ле Кубр». На борту судна находилось оружие, закупленное правительством Кубы в ряде западноевропейских стран. 17 марта президент Д. Эйзенхауэр одобрил рекомендацию ЦРУ о подготовке группы кубинских эмигрантов для вооруженного нападения на Кубу. Под руководством ЦРУ в мае 1960 года в Майами была создана единая контрреволюционная организация кубинских эмигрантов. В конгрессе США не прекращались выступления с призывами «решительных действий» против революционной Кубы. В конце апреля 1960 года правительство США прекратило оказание помощи Кубе по программе взаимного обеспечения безопасности, а в середине мая была прекращена «техническая помощь» Кубе.

30 июня палата представителей США 395 голосами (никто не голосовал против и никто не воздержался; 37 отсутствовало) приняла поправку Холвена к Закону о сахаре, предоставляющую президенту США право вносить сокращения в сахарную квоту. 2 июля аналогичную поправку 84 голосами (никто не голосовал против и не воздержался) принял сенат. При этом член палаты представителей М. Риверс угрожал Кубе блокадой и оккупацией. 3 июля Государственный департамент США направил в комитет ОАГ меморандум, в котором утверждалось, что Куба стала «главным источником международной напряженности в районе Карибского моря».

В ответ 6 июля Совет министров Кубы принял закон № 851 о национализации собственности американских предприятий. В тот же день Д. Эйзенхауэр подписал прокламацию об аннулировании кубинской сахарной квоты. В заявлении, сделанном в этой связи президентом США, так объяснялись причины американских мер: 1) закупки Кубой товаров в Советском Союзе; 2) продажа Кубой сахара в СССР по ценам ниже уровня цен, установленного в США. Эйзенхауэр лицемерно выражал соболезнование кубинцам, которые понесут ущерб в результате этих санкций. В то же время президент предупреждал, что за этими санкциями «должны последовать другие шаги — экономические, дипломатические, стратегические».

В поддержку Кубы выступил Советский Союз. В со-ветско-кубинском коммюнике, которое было подписано во время пребывания в Москве в июле 1960 года министра Вооруженных сил Кубы Рауля Кастро, Советское правительство обязалось обеспечить снабжение Кубы нефтью и другими жизненно необходимыми товарами.

В ответ 9 июля Д. Эйзенхауэр заявил: «Соединенные Штаты в соответствии со своими договорными обязательствами не позволят установление режима, который находится под контролем международного коммунизма в Западном полушарии».

В тот же день в своем выступлении на Всероссийском съезде учителей Председатель Совета министров СССР Н.С. Хрущев заявил: «Мы… используем все для того, чтобы поддержать Кубу, ее мужественный народ в борьбе за свободу и независимость, которую он завоевал под руководством своего национального вождя Фиделя Кастро… Не следует забывать, что теперь Соединенные Штаты не находятся на таком недосягаемом расстоянии от Советского Союза, как прежде. Образно говоря, в случае необходимости советские артиллеристы могут своим ракетным огнем поддержать кубинский народ, если агрессивные силы в Пентагоне осмелятся начать интервенцию против Кубы».

Так кубинско-американский конфликт перерастал в глобальный, чреватый развязыванием мировой войны. Следует учесть, что в это время американско-советские отношения ухудшились до крайности. Хотя вскоре Хрущев заявил, что ракеты, которыми он собирался защитить Кубу, были «символическими», тем не менее грозное предупреждение из Москвы явно напугало Вашингтон, и правительство США воздержалось от новых акций против Кубы. Следует также учесть, что приближались президентские выборы в США, и развязывание острого международного конфликта было невыгодно правящей республиканской партии.

Правда, американская дипломатия воспрепятствовала обсуждению вопроса об агрессивных действиях США на Совете безопасности ООН по инициативе Кубы. По настоянию США Совет безопасности отложил обсуждение этого вопроса до совещания стран ОАГ.

С 22 по 29 августа 1960 года в Сан-Хосе (Коста-Рика) состоялось 7-е консультативное совещание министров иностранных дел стран ОАГ. В своем выступлении государственный секретарь США К. Гертер заявил, что происходящее на Кубе представляет собой «угрозу межамериканской системе, угрозу миру в Западном полушарии». Хотя в принятой совещанием декларации содержалось косвенное осуждение политики кубинского правительства, Куба, вопреки настояниям американских дипломатов, не была упомянута.

Члены конгресса США осуждали «слабую» декларацию Сан-Хосе. В то же время в ответ на эту декларацию в Гаване 2 сентября 1960 года состоялся массовый митинг, на котором выступил Фидель Кастро. В конце митинга его участники приняли так называемую Гаванскую декларацию. В ней осуждалась агрессивная политика США в отношении Кубы и провозглашались неотъемлемые права народов Латинской Америки. А вскоре Фидель Кастро прибыл на сессию Генеральной ассамблеи ООН, на которой выступил с речью. В ней он вновь разоблачал происки США по отношению к Кубе.

Тем временем вопрос о Кубе стал активно обсуждаться в ходе предвыборной кампании по избранию президента США. Кандидат от демократов Д.Ф. Кеннеди в своих выступлениях в теледебатах против кандидата от республиканцев Р. Никсона (23 сентября, 6 и 21 октября) обвинял республиканское правительство в том, что оно «упустило» Кубу, и требовал оказания помощи кубинской контрреволюции. Хотя Р. Никсон заявлял в ответ, что Куба — «это невыносимая раковая опухоль» и «терпение уже не является добродетелью», он осуждал позицию Кеннеди. Никсон говорил, что «если мы последуем этим рекомендациям, то мы потеряем друзей в Латинской Америке, нас, возможно, осудят в ООН, и мы не достигнем цели». Хотя Никсон прекрасно знал о начавшейся подготовке к вторжению на Кубу, он предлагал ограничиться экономической блокадой против острова.

19 октября Государственный департамент объявил о введении запрета на торговлю почти всеми товарами с Кубой. 16 декабря Д. Эйзенхауэр заявил о запрещении закупок кубинского сахара в первой половине 1961 года. Правительство Кубы 31 декабря 1960 года потребовало созыва Совета безопасности для осуждения агрессивных действий США. В ответ правительство США в первые числа января 1961 года разорвало дипломатические отношения с Кубой.

За два месяца до этого на президентских выборах США победу одержал Д.Ф. Кеннеди. Внешнеполитическая платформа нового президента была направлена на укрепление пошатнувшихся позиций США в Латинской Америке с помощью проведения более гибкой политики. Кеннеди предложил создать «Союз ради прогресса», что предусматривало оказание значительной американской помощи странам Латинской Америки для осуществления широких экономических и социальных преобразований. Пример Кубы заставлял правящие круги США маневрировать с тем, чтобы предотвратить новые революции в Западном полушарии.

Одновременно правительство Кеннеди поддержало планы своих предшественников из республиканской партии, предусматривавшие вооруженное свержение правительства Кастро. 17 ноября 1960 года директор ЦРУ Аллен Даллес сообщил Кеннеди о подготовке вторжения на Кубу. Кеннеди одобрил действия ЦРУ.

Через день после прихода к власти правительства Д.Ф. Кеннеди Фидель Кастро заявил о готовности нормализовать кубино-американские отношения. Кеннеди не ответил на эту инициативу. Подготовка к вторжению продолжалась. В апреле в правительстве США состоялось обсуждение последних деталей плана интервенции. ЦРУ настаивало на более активном вмешательстве Вооруженных сил США. Государственный департамент выступал за более ограниченные действия, опасаясь неблагоприятной международной реакции. Компромиссом между этими позициями стало решение президента США сократить предполагавшееся первоначально число бомбардировок Кубы (вместо 48 было решено осуществить 8).

15 апреля с ведома президента США кубинские контрреволюционеры начали бомбить Кубу. Через два дня вооруженные отряды контрреволюционных эмигрантов высадились на берегу залива Плайя-Хирон. Вторжение должно было сопровождаться диверсиями в тылу.

Вскоре после начала интервенции стало ясно, что разгром «контрас» неизбежен. Энергичные удары кубинской армии по интервентам, сопровождавшиеся решительными действиями внутри страны против засланных заранее диверсантов, сорвали тщательно разработанные планы. В течение 72 часов интервенты потерпели поражение. Более 1000 из них были взяты в плен.

В последние часы разгрома интервентов кубинский контрреволюционный совет во главе с Миро Кардона, а также ряд американских военачальников настойчиво требовали вооруженного вмешательства США. Хотя Кеннеди не уступил этому требованию, он согласился обеспечить прикрытие контрреволюционеров шестью реактивными истребителями с авианосца «Эссекс».

Пресс-секретарь Кеннеди П. Сэлинджер вспоминал, что дни разгрома интервентов «были самыми мрачными днями Белого дома». Победа кубинских революционеров на Плайя-Хирон дискредитировала политику нового правительства и подняла авторитет кубинской революции. В своем выступлении на массовом митинге в Гаване Фидель Кастро 1 мая 1961 года объявил о социалистическом характере кубинской революции и огласил программу социалистической революции. Фидель Кастро также заявил: «Политика империалистов заключалась в том, чтобы помешать нам вооружиться, в то время как они сами готовились к вторжению… Только со стороны социалистического государства мы встретили дружественное отношение. Когда все капиталистические страны, подчинившись нажиму Соединенных Штатов, отказались продавать нам оружие, социалистические страны проявили готовность продавать его нам. И даже больше, чем продавать, доверить нам оружие».

То, чем постоянно стращали американцев политические руководители двух партий, произошло: в 90 милях от берегов США появилось социалистическое государство, такое же, как в СССР и других странах Восточной Европы и Восточной Азии. Более того, руководитель этого государства открыто объявил о своем сотрудничестве с СССР, в том числе в военной области. Поэтому уничтожение правительства Кастро и социалистического государства Кубы стало навязчивой идеей всех правительств США в течение последующих десятилетий. Уже 22 апреля 1961 года Кеннеди в своем выступлении в Американском обществе газетных редакторов заявил, что Куба представляет собой угрозу миру в Западном полушарии.

Одновременно были предприняты меры для международной изоляции Кубы. Под давлением США 31 января 1962 года на конференции министров иностранных дел стран ОАГ в уругвайском городе Пунта-дель-Эсте было принято решение об исключении Кубы из ОАГ. Ответом на решение конференции стала Вторая Гаванская конференция, принятая на массовом митинге в столице Кубы 4 февраля 1962 года! Декларация отвергала обвинения в адрес революционной Кубы и разоблачала подготовку нового нападения на Остров свободы.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.