ЦАРСКОЕ ГОСТЕПРИИМСТВО

ЦАРСКОЕ ГОСТЕПРИИМСТВО

Денис Тукмаков

Посреди катастроф, смертей, соболезнований по всему миру Москва отмечает свой день рождения. В Англии — траур по принцессе Диане, в Индии — похороны матери Терезы, а в Москве — великое веселие. Природа будто восстанавливает равновесие радости и горя, в дни всемирных страданий устраивая феерическое московское празднество. 177 делегаций со всего мира прибыли к нам — так, скрываясь от несчастий, войн, чумы, бегут языки и народы в спасительный предел, благословенный край.

Приехавшие президенты Белоруссии, Казахстана, Молдавии, Татарстана, Башкирии встречаются с Ельциным, но в газетах и по телевизору — ни слова о политике, все сообщения о столичных гуляниях. Становится ясно: президенты приехали не в Кремль, а к Лужкову на праздник. Сам Ельцин ходит за мэром по улицам и, как гость, машет публике ручкой.

Губернаторы наперегонки бегут под московский престол, со скрытой завистью тянут руки к Лужкову — поздороваться. Говорят осторожные слова о преображенной столице и ее могучем хозяине. Московский мэр привечает гостей, рассаживает на хорошие места на Красной площади недалеко от Лобного места смотреть концерт.

Праздник — подходящее время для порчи отношений. Не приехал из-за пограничного конфликта удельный грузинский царек. Остался дома строптивый бакинский шах. Кто-то направил своих послов не в Москву, а в Чечню — поздравить с независимостью… Князь Московский все замечает, все припомнит.

На празднике раздаются подарки. Лужков дарит Патриарху Всея Руси Алексию II храм Христа Спасителя. Мужи в чалмах получают из рук московского мэра ключи от только что выстроенной мечети на Поклонной горе. А еще — новый подземный город, и царственный гигант над рекой, и хрустальный мост.

Город огромен, всем хватает места: оперные арии у Христа Спасителя, лазерная электронная музыка у Университета. А Красная площадь на три дня отдана именитым гостям — пусть погуляют всласть.

“Множество разных людей стекается в этот город к празднику. Бывают среди них маги, астрологи, предсказатели и убийцы, а попадаются и лгуны,”- слова булгаковского Понтия Пилата. В эти дни в Москву съехались президенты, фокусники, мэры, теноры, губернаторы, циркачи. Дэвид Копперфилд, похищающий здания, татем в ночи пробрался в Кремль. Лучано Паваротти сразу с английских похорон сошел на московский бал. Американские оркестранты, перебегая с площади на площадь, исполняют советскую музыку; москвичи бросают им монеты. По центральным улицам в безумной карнавальной пляске проносятся китайские драконы, индейские пироги, чукотские нарты, африканские слоны. Москва на три дня — столица планеты, идет пир на весь мир.

Москвичей ублажают; они принимают свой праздник как должное. Разбуженные воскрешенными песнями, взбодренные давно желанными державными речами, они шествуют по улицам родного города — гордо, мерным шагом, ступая по знакомым камням.

Лужков сердцем — в гуще праздника, а умом — на российских просторах. Москва поднимает упавшее имперское знамя, встает во главе городов русских, начинает новое собирание земель, снаряжает рати в поход на юг — освобождать Севастополь, готовит экспансию в соседние княжества. И может быть, скоро в столице России, на расчищенных от демократического мусора площадях, вырастут новые храмы на взятие грозных вражеских городов.

Денис ТУКМАКОВ