ШКОЛА И ГОСУДАРСТВО

ШКОЛА И ГОСУДАРСТВО

СТАТЬЯ ПЕРВАЯ

Буржуазия сделала из школы орудие классового господства. Программы школы, метод преподавания, школьная дисциплина, словом, весь дух школы были таковы, что воспитывали из ученика, сына рабочего или крестьянина, человека, привыкшего беспрекословно повиноваться воле всякого начальства, точно исполнять приказания и считать существующий буржуазный порядок чем-то незыблемым и неизменным, установленным самим господом богом.

Вот почему Маркс стремился освободить школу от ее подчиненности государству. Он хотел выбить это орудие духовного порабощения народа из рук классового врага пролетариата — буржуазии. Хотел, чтобы школа была тем, чем она должна быть — содействием всестороннему развитию свободного человека.

Перечисляя заслуги Парижской Коммуны, Маркс в числе ее заслуг считает и то, что «все учебные заведения стали бесплатными для всех и были поставлены вне влияния церкви и государства. Таким образом, не только школьное образование сделалось доступным всем, но и с науки были сняты оковы, наложенные на нее классовыми предрассудками и правительственной властью»[1].

Тут имеется в виду административное вмешательство государства.

Законодательное вмешательство государства Маркс признавал. В одной из резолюций Женевского международного конгресса 1866 г., составленной Марксом, говорится: «Рабочий не свободен в своих действиях. В очень многих случаях он даже слишком невежествен, чтобы правильно понимать интересы своего ребенка или нормальные условия человеческого развития. Как бы то ни было — наиболее просвещенная часть рабочего класса вполне сознает, что будущее его класса, следовательно человечества, всецело зависит от воспитания подрастающего рабочего поколения. Она знает, что прежде всего дети и подростки должны быть ограждены от разрушительного действия современной системы производства. Это может быть достигнуто лишь путем превращения общественного сознания в общественную силу, а при данных условиях этого можно добиться только посредством общих законов, к соблюдению которых принуждает государственная власть»[2].

Итак, в данную эпоху Маркс считает необходимым законодательство государственное, подчеркивая, что это законодательство государством необходимо лишь при данных условиях. В связи со взглядом Маркса на государство ясно, что он под этим подразумевает, что, когда сознательность, организованность и солидарность рабочих достигнут такой высоты, что не будет надобности ни в каком регулировании извне, тогда условия будут иные, не будет надобности в государственных законоположениях и само государство постепенно отомрет. Но это еще далекое будущее. А пока за государством остается право и обязанность регулировать законодательным путем постановку школьного дела.

Свою точку зрения на соотношение школы и государства Маркс формулировал с достаточной определенностью в «Критике Готской программы»:

«Никуда не годится «народное образование, находящееся в руках государства». Определять общим законом расходы на народные школы, квалификацию преподавательского персонала, программу обучения и т. д. и наблюдать при посредстве государственных инспекторов, как это делается в Соединенных Штатах, за соблюдением этих предписаний закона, — нечто совсем иное, чем назначить государство воспитателем народа. Следует, наоборот, отстранить как правительство, так в равной мере и церковь от всякого влияния на школу. В современной Прусско-германской империи… государство, наоборот, само нуждается в очень суровом воспитании со стороны народа»[3].

Таковы взгляды Маркса на отношение между государством и школой.

Но скажут, может быть: рассуждения Маркса относятся к государству буржуазному, а к государству народному, Советскому, все это не относится.

Свергая буржуазию, пролетариат стремится освободить не только себя, но и все человечество. Диктатура пролетариата имеет целью сломить классовое господство буржуазии, сломить, где надо, силою, разрушить все формы порабощения, но никоим образом не к тому, чтобы создать новое классовое господство. Это основная истина социализма, которую всегда имел в виду Маркс и которой руководится и будет руководиться в своей деятельности Комиссариат просвещения.

О том, что и как он считает нужным сделать, чтобы превратить школу из орудия классового угнетения в орудие духовного освобождения, — об этом в следующий раз.