Володя, сделай красиво!

Володя, сделай красиво!

Ушибленный площадью Путин возвращается в Кремль

Игорь Холманских, начальник цеха «Уралвагонзавода», удивленно замер посреди кадра. Он посредством телемоста горячо поздравлял Путина с победой. Владимир Владимирович к тому моменту уже все слезы выплакал на митинговой Манежной. Однако во время разговора в штабе с верными соратниками на него вновь нахлынуло чувство горячей благодарности: «Вроде никто не просил, мужики сами собрались. Ваша позиция серьезным образом повлияла на мое поведение. Ваш интеллект на два порядка выше тех, кто считает себя человеком, на котором боженька заснул». Холманских, невзирая на повышенный интеллект, глубоко задумался над словами нацлидера (и всякий бы на его месте задумался), а потом как-то быстро испарился из кадра.

И прежде было трудно не заметить, как сильно Владимир Владимирович не любит интеллигенцию. Данное чувство роднит его не только с Лениным и Говорухиным, но и с Николаем II. «Ники», как писала в своих дневниках Вырубова, фрейлина императрицы Александры Федоровны, это слово произносил всегда отчетливо, в голосе страх, брезгливость, будто произносит «сифилис». У Путина к брезгливости примешалась ненависть. Общаясь с рабочими «Уралвагонзавода» под руководством все того же Холманских, он гневно заклеймил тех, кто не стоит у станка, а только болтает и бездельничает.

Вообще если что и поразило меня 4 марта, так это агрессивность будущего президента. Во время избирательной кампании в моду вошла милитаристская эстетика и поэтические призывы типа «Умремте ж под Москвой!» Но кампания закончилась убедительной победой, можно успокоиться, перестать грозить кулаком неведомым врагам, норовящим уничтожить Россию. А Путин все никак не угомонится. В выборную ночь на просторах ТВ раздавался скрежет дисгармонии между благостной телевизионной картинкой и резким рисунком поведения победителя. Гром победы раздавался уже при начальном подсчете голосов. Модераторы долгих ночных разговоров, Петр Толстой и Владимир Соловьев, каждый на своем канале, общались с гостями студии ласково и умиротворенно, как врачи с буйными пациентами. Даже Говорухин как-то обмяк от счастья и вмиг лишился привычной величественности. И только Путин не поддался гипнозу триумфа, продолжая вести яростный диалог с невидимыми противниками. Впрочем, на следующий день ушибленный Болотной президент начал приходить в себя, будто осознав, что при высоченном рейтинге народного доверия площадь ему больше не указ. А раз не указ, то и нечего церемониться. Разгон митинга на Пушкинской, даже сильно смикшированный государственными каналами, производил ошеломляющее впечатление своей жестокостью.

Почему так происходит? Почему наш чтец-декламатор столь ловко освоил Лермонтова с Есениным, но забыл про Пушкина с его «милостью к падшим»? Блуждая в поисках смысла, тщетно пыталась осознать разрыв между субъективным и объективным. Ключ к разгадке отыскался внезапно. Вспомнила митинг в Лужниках. Путин стремительно поднимается на подиум. Гигантский стадион вяло приветствует своего кумира. И только некий мужичонка в вязаной шапочке с помпоном самозабвенно орет вблизи подиума: «Володя, сделай красиво!» Вот Володя и делает «красиво», как может.

Он еще в декабре будто принял некое внутреннее решение, поставив на преданный ему пролетариат и вынося за скобки всяких там интеллигентов и сетевых хомячков – болтунов и бездельников. Отсюда – спортивные куртки и грубые свитера, спецодежда для митингов, призванная лучше слов засвидетельствовать: я ваш, я человек толпы, я один из вас. Правда, на Манежной цельность образа была разрушена. Путин благодарил всех, кто сказал «да» великой России. Он легко поставил знак равенства между собой и великой Россией. Но это уже не наше дело, пусть «психоложеством» (как сказал Маяковский, еще один поэт-трибун, которого предстоит освоить национальному лидеру) займутся другие.

Наше дело вспомнить предисловие к фильму «Белая гвардия», показанному в день выборов. На нем прозвучало несколько важных мыслей. Обсуждая исторические параллели между февралем 1917-го и февралем 2012-го, Наталья Солженицына резонно заметила: если есть параллели, то они страшны. Февральская революция случилась из накопленной ненависти общества и власти. Сегодня мы наблюдаем противостояние именно образованного класса и власти. Если власть не сделает умных выводов, будет плохо.

Пока власть умных выводов не делает. Она продолжает делить страну на своих и остальных. Со своими, конечно, спокойнее. Свои вовремя, аккурат в день выборов, обогатят русский язык словосочетанием «непрерывный цикл», позволяющим легально привозить на избирательные участки народ целыми автобусами. Свои умеют просто объяснить сложное. Как Никита Михалков, утверждающий с видом первооткрывателя: тем, кто вышел на площадь, нужны великие потрясения, а нам нужна великая Россия. Свои категоричны, как цельнометаллический Алексей Пушков: «Путин – идеальный кандидат для всех». Кстати, доверенные лица Путина, пусть не из числа пролетариата, пусть даже поющие, снимающие и пляшущие, априори выведены из числа тех, кто считает себя «человеком, на котором боженька заснул» (что же это все-таки значит?). Люди вкалывают, работают, думают над тайнами бытия. Даже простой шансонье Трофим (Сергей Трофимов) на деле оборачивается подлинным мыслителем. Вот как он оценивает главное достижение своего доверителя: «Путин сумел консолидировать нашу финансовую элиту на базе “Газпрома”». Ждем теперь не менее значительных открытий от рэпера Тимати, который так лучезарно улыбался на фотосессии с Владимиром Владимировичем.

Справедливости ради следует сказать, что и президент Медведев, поддавшись искушению, вдруг заспешил на прощание «сделать красиво» сразу всем референтным группам. Он забыл о бадминтоне и о переводе часовых стрелок, зато вспомнил про Ходорковского и незарегистрированную партию ПАРНАС. Он подписал указ о награждении Николая Расторгуева, любимого певца Путина (в связи с 55-летием), орденом Почета. Не прошло и несколько дней, как он издал еще один указ, который на сей раз коснулся Габриэля Гарсиа Маркеса (в связи с 85-летием). Дмитрий Анатольевич решил с помощью все того же ордена Почета уравнять в правах лидера группы «Любэ» и всемирно известного колумбийского писателя. Расторгуев, судя по его активнейшему участию в путинских митингах, доволен высокой государственной наградой. Реакция Маркеса пока неизвестна.

6 марта

Данный текст является ознакомительным фрагментом.