1581. Н. А. ЛЕЙКИНУ

1581. Н. А. ЛЕЙКИНУ

29 августа 1895 г. Мелихово.

29 авг.

Милый Николай Александрович, давно уже я не писал Вам, между тем пора уже написать, что Хина, которую я запирал весною с Бромом, родила настоящих таксов: одного живого, другого - дохлого; живой - сучка, очень красивая; прозвана Селитрой; теперь уж ей второй месяц, и на будущей неделе она будет отправлена на ферму к гр. Орлову-Давыдову.

Теперь огородные дела. Из бамий взошла только одна и та засохла. Тыквы Ваши грандиозны, так что трудно поднять; посолили в них огурцы. Репа тоже большая, какой мы никогда не видали. Теперь я понимаю, почему на выставках Вам дают медали. Сестра Вас благодарит и низко кланяется. Лето вообще было удачное, у нас все дозрело, даже баклажаны, не говоря уж о томатах и кукурузе. Яблоки были обильные и великолепны. Розы цвели буйно все лето и цветут до сих пор.

Я не совсем здоров. 8 августа я был у Л. Н. Толстого в Ясной Поляне и, вероятно, простудился у него или на обратном пути; 9-го авг у меня заболели волосы и кора правой половины головы, затем боль шла все crescendo, и 15-16-го у меня начались сильные невралгические боли в правом глазу и в правом виске. Поехал я в Серпухов, вырвал зуб, принял чертову пропасть антипирина, фенацетина, хины и проч. и проч. - и ничего не помогло. Только после 20-го боль стала сдаваться, и вот я уже могу писать и чувствую только боль в коре головы и в волосах, когда до них дотрагиваешься. Такое свинство. В результате: хохлацкая лень и эта болезнь сделали то, что летние месяцы у меня прошли прахом, я ничего не написал ни великого, ни малого, и если б не те два рассказа, которые я написал весной, то пришлось бы начинать сезон с пустыми руками. Впрочем, ленился я только для литературы. Все-таки немножко полечивал, немножко возился в саду и - наконец победил трудности французского языка, пройдя весь курс его. Теперь уж я не буду чувствовать себя в Париже дураком. Все-таки сумею спросить поесть и поблагодарить гарсона.

Урожай у нас хороший. Болезней летом не было и было похоже, точно тифы и дифтерит стали вырождаться.

Поклон нижайший Прасковье Никифоровне и Феде, Желаю Вам всяких благ, наипаче же здоровья. В Петербург приеду зимой или к зиме. Так как буду жить долго, то остановлюсь не у Суворина, а где-нибудь поближе к Невскому, в номерах. Никак не могу придумать, в каких номерах мне остановиться.

Фамилия моя шлет Вам привет и приглашает в Мелихово.

Ваш А. Чехов.