История 18 My sister

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

История 18 My sister

Чего далеко ходить за историями, если в моей собственной семье есть свой паранормальщик. Моя сестра Ирка видит вещие сны. Не очень часто, но бывает. Вот несколько примеров.

Было это давно, еще когда Ирка была замужем, и ее муж Мишка собирался покупать машину. «Пока не куплю машину, к вам на дачу не приеду — буду машину выбирать», — сказал он. Ирка со своим сыном Антоном жила тогда на даче, поскольку было лето и сияло солнышко.

И вот наступают первые выходные после его отъезда. Ирка видит сон. Во сне она беседует с мужем. «Ну что, купил машину?» — спрашивает она. «Нет», — отвечает Мишка. Значит, не приедет, понимает Ирка наутро. И он не приезжает.

Проходит неделя, и за первыми выходными самым естественным образом наступает черед вторых. Ирке хочется, чтобы муж приехал. Но она знает, что он не приедет, пока не купит машину. В пятницу она ложится спать и опять видит тот же сон — беседа с мужем. «Купил?» — спрашивает она Мишку. «Нет, — отвечает тот. — Не купил». И она понимает: и в эти выходные не приедет.

Перед третьими выходными ситуация повторяется. «Ну что, — опять спрашивает во сне Ирка мужа. — Купил машину?» «Купил», — отвечает он. И, представьте себе, на следующий день приезжает на машине цвета «серый асфальт»!..

Еще одну проскопию моя сестра наблюдала незадолго до того, как в небе над Баденским озером самолет Башкирских авиалиний столкнулся в небе с немецким «боингом». Помните эту историю? Тогда погибло очень много детей, а несчастный отец Калоев, решив, что в смерти его семьи виновен швейцарский диспетчер, зарезал его ножиком, оставив сиротами троих детей и увеличив таким образом счет жертв трагедии.

Так вот, незадолго до этой страшной катастрофы, сестрица моя видела следующий сон. Ночью она летит в самолете. Все спят, и только ей не спится. Ирка посматривает в иллюминатор, тревожно ворочается, потом вызывает стюардессу и напрямую спрашивает у нее: «У нас на борту все в порядке?» «Да, — отвечает стюардесса. — Вам лучше уснуть, все в полном порядке». Но вместо того чтобы успокоиться, сестра моя во сне оказывается почему-то взволнованной еще больше и с чувством говорит стюардессе следующую фразу: «Нет-нет, теперь уже не в порядке!» На этих словах она проснулась и, вполне возможно, даже произнесла их вслух.

А вскоре и катастрофа подоспела…

Бывают у Ирки ночные предвидения и по мелочам. Например, такой вот сон. Она едет с сыном Антоном в метро. Ехать им еще далеко, но вдруг на одной из станций Антон, увлеченный потоком выходящих людей, выходит из вагона. Ирка теряет сына в метро. Пугается и просыпается.

На следующий день ситуация повторяется в реальности. Они едут в метро. Ирка сидит, читает книгу, Антон стоит рядом с ней у двери вагона. Проехали они уже немало, но ехать им еще далеко. И вдруг на очередной станции Ирка вспоминает свой сон, поднимает голову от книги и видит, как Антон… выходит из вагона вместе с толпой. Она успевает схватить его за капюшон и втащить обратно.

— Ты куда это направился?

— Ой, не знаю. Мне почему-то показалось, что мы сейчас выходим.

Еще один пример. У меня в отделе работал один алкоголик — Кирилл Коликов. И вот как-то он пропал. Не вышел на работу, исчез из дома. Неделю человека нет. Звоним по моргам, по больницам, по милициям — мало ли что с пьяницей может произойти. И вдруг в один из дней Ирка говорит:

— А Коликов твой не объявился? А то я его во сне живым видела.

Именно в тот день Коликов и объявился.

Подобные вещи происходят с Иркой периодически. Причем это странное свойство — видеть вещие сны — передалось и ее сыну Антону.

…Как-то отдыхали мы всем кагалом на Кипре — я, моя жена Галка, мой сын Артем, моя сестра Ирка (к тому времени уже разведенная) и Антон. Взяли машину на несколько дней и рассекали туда-сюда по острову, неприятно поражаясь высоким ценам у греков и радуясь низким ценам на турецкой стороне. И вот в ночь перед очередным нашим путешествием Антон видит сон, как он вязнет в зыбучих песках.

А на следующий день мы заехали на машинке нашей на соляное озеро. И забуксовали! Что такое соляное озеро? Оно представляет из себя ровную, как стол, плоскость. Кажется — сухая глина, такыр на поверхности. Однако первое впечатление обманчиво: сухим является только верхний тонкий слой глины. А под ним — глина сырая. Пока едешь — едешь, остановился — пропал, тронуться уже невозможно: содрав сухую верхнюю корочку, колеса крутятся на одном месте в сыром глинистом слое. Машинку-то мы, конечно, вытолкали, она легонькая, тут главное с места стронуть, а дальше сама пойдет. Но сон.

Конечно, это были не зыбучие пески, а соляное озеро. И тонул не Антон — просто завязла машина. Однако, по утверждениям Ирки, «тик в тик» сон обычно не сбывается, в реальности всегда есть какие-то мелкие расхождения с сюжетом сна.

— Антон, а тебе не страшно было тонуть в зыбучем песке? — спросил я его. — Это же кошмар!

— Нет, не страшно. Я же во сне знаю, что я сплю. Поэтому не страшно. Всегда с интересом смотрю.

Кстати, этот маленький хитрый Антон делает удивительную терморегуляцию собственного тела. Если ему нужно не идти в школу, он берет градусник и за десять минут измерения повышает у себя температуру:

— Я просто представляю себе свое тело синим, а подмышки — красными. Просто сгоняю все тепло с тела в подмышки! И делается 37 с лишним градусов.

И Ирка разрешает ему не идти в школу. Не знаю, почему, но в последнее время «сеансы» проскопии стали случаться с Иркой не только во сне, но и наяву. В виде неких мимолетных видений, странных мыслей. Впрочем, возможно, это связано с целым комплексом «расшатывающих» организм обстоятельств. Ирка полетела в Лондон и шастала там целыми днями по экскурсиям, возвращаясь в номер только ночевать. Смена часовых поясов, климата, еды, воды, усталость — возможно, это сказалось.

Идет она к Тауэру мимо Темзы. И вдруг ей… ну не то чтобы мерещится, а, скажем так, представляется, что мимо нее справа скоро пробежит ребенок. А когда Ирка бросает взгляд на Темзу, почему-то думает, что там сегодня кто-то утонет. Она даже спросила своего спутника из местных, часто ли в Темзе тонут люди. «Нет, конечно», — удивленно ответил он. Действительно, часто ли в Москве-реке, в городской черте тонут люди? Темза такая же коричневая и грязная, как Москва, так же заключена в гранитные берега. Не купаются там люди.

И в этот момент мимо Ирки справа пробегает ребенок. «Неужто кто-то действительно утонет?» — думает она. А на выходе из музея Ирка со спутником видят такую картину: набережная огорожена полицейскими ленточками, и из воды извлекают труп.

На следующий день нелегкая занесла Ирку в небольшой английский городок милях в сорока от Лондона. Подъезжая к нему, она почему-то подумала, что одним из первых встреченных ею здесь будет инвалид на каталке. И точно — мимо провезли инвалида на каталке.

А вот сам я никаких вещих снов не вижу, хотя мы и родственники с Иркой. Зато моя жена видит! Только у нее «вещесть» снов какая-то односторонняя. Она предсказывает только болезни близких родственников. Галкой давно замечено: если она во сне ест пирожное — кто-то в семье заболеет. Исключений из этого правила пока не было. Срабатывает железно.

Любопытно, что некоторые люди видят вещие сны часто, а другие — всего раз в жизни. Моя коллега Лена Мулярова — спецкор журнала «Ваш Досуг» — видела вещий сон один раз в жизни. Было так. Лена готовилась к какому-то экзамену в вузе, а накануне ей приснился следующий сон: студенты пришли на экзамен, а экзаменатора нет. Нет и нет, нет и нет. А через какое-то время приходит паренек из деканата и говорит, что у экзаменатора случился сердечный приступ и он умер.

На следующий день Мулярова, как ни в чем не бывало, пришла на экзамен. И что вы думаете? Студенты пришли, а экзаменатора нет! Через сорок минут пришел кто-то из деканата и сообщил, что накануне у профессора случился приступ и он в больнице. Не умер, правда.